Сумрачный ворон (СИ)

Кто же ты Елена

Я направился следом за лакеем и встретился с Еленой. Следы былого насилия почти сошли с ее нежного лица. И да, я не ошибся… Она пленительно красива. Высокая, с лебединой шеей, влажными, чувственными губами и двумя серыми омутами глаз, пронзающими насквозь. Так пронзительно на меня смотрела лишь одна женщина — Сумрак, но ее давно уже нет в живых. Несколько непокорных локонов, выбившихся из прически, придавали ее облику трогательную хрупкость, а изящная шляпка завершала этот воздушный, неземной образ. Елена бережно прижимала к себе маленькую дочурку.

Мой взгляд невольно задержался на ее фигуре, на высокой, упругой груди, на точеной талии. С удивлением я отметил отсутствие корсета, по крайней мере, в том виде, как его носят местные дамы. Поднимаясь по лестнице, я бросил на нее еще один взгляд, гадая, какая она без одежды? Я мысленно ее раздел. И моя фантазия тут же отозвалась в моих брюках, делая их неудобными и тесными. В этот миг наши взгляды встретились, и в ее глазах мелькнула искра.

В отведенной мне гостевой комнате я первым делом сорвал с шеи галстук, словно удавку, скинул сюртук и рухнул на диван. Образ дочери герцога прочно засел в голове, не желая отпускать. "М-да, Ворон, влип ты по самые яйца. Из всех женщин тебя угораздило запасть на самую неподходящую! Интересно, если ее разок трахнуть, я успокоюсь? Ни хрена не успокоюсь!" Я хочу ее, больше всего, потому что она недоступна для меня.

Багаж доставили минут через тридцать. Я отпустил слугу. Привычка, выработанная годами: в чужом доме личные вещи — моя забота. Не нужны мне чужие взгляды и руки в моих секретах.

Разобрав вещи, я спустился к ужину. В столовой, куда меня проводил лакей, уже восседали герцог и леди Елена.

— Супруга все еще неважно себя чувствует, — произнес Корвус заученным тоном, — просила передать свои извинения, что не может спуститься и поприветствовать вас.

— Передайте ее светлости мои искренние пожелания скорейшего выздоровления.

После второй смены блюд наша беседа оживилась. Иногда Елена казалась погруженной в свои мысли. Пару раз я ловил на себе ее мимолетные, изучающие взгляды. Неужели я ее заинтересовал? Если это так, то меня ждет двойная катастрофа.

— Какие у тебя на завтра планы, после занятий с берейтором, дорогая? — осведомился у Елены отец.

— Думаю погулять с Энни в беседке, что неподалеку от декоративного пруда, — ответила девушка тепло улыбаясь отцу.

Вскоре, сославшись на неважное самочувствие, она удалилась, и мы с герцогом переместились в его кабинет. Я испытал облегчение, от того, что объект моего желания, точнее объект желания моего члена покинул поле моего зрения и я смог привести мысли в порядок.

В кабинете Эрик разлил виски по массивным хрустальным бокалам и один протянул мне.

Усевшись на диван, стоявший напротив рабочего стола, герцог сразу перешел к делу.

— Мне не нравится Елена, — прозвучало в тиши кабинета.

— В каком смысле? — не понял я.

— Мне кажется, она что-то замышляет, — он задумчиво потер подбородок.

— Уверен? — Спросил я, хмурясь.

Корвус кивнул.

— Хреново. Есть возможность отправить ее куда-нибудь на воды? — Уточнил я.

— Через две недели отправлю их супругой и малышкой на минеральные воды. Думаю, пару месяцев она ничего не предпримет, — посетовал Эрик.

— Женщины непредсказуемы, — согласился я, делая глоток обжигающей жидкости.

— Прошу тебя приглядеть за ней эти дни. Может, сумеешь понять, что у нее на уме.

— Ради бога, Эрик, ты же знаешь, что я в такие игры не играю.

— Ты неправильно меня понял, — поспешил пояснить мой приятель. — Я не прошу тебя ее расположить к себе! Всего лишь понаблюдай. Позадавай правильные вопросы. Не мне тебя учить.

— Я подумаю, как это лучше сделать. — Обнадежил я его. — Что тебя конкретно насторожило в ее поведении?

— Она как-то упомянула, что собирается вернуться к Маркусу, — Ответил герцог.

— И?

— Раньше Елена, скорее всего, так и поступила бы, но сейчас я осознал, что совсем не знаю свою дочь. Понимаешь, о чем я?

Я кивнул.

— Есть подвижки в нашем деле? — спросил меня Корвус.

— Слабые, — не стал я юлить. Наш приятель залег на дно. И пока себя не проявляет. Несколько человек смогли опознать одного из слуг нашего приятеля. Впрочем, ты сам знаешь, он всегда сможет вывернуться, откреститься от любых связей, мол, понятия не имел о грязных делишках своих слуг.

— Что ж, остается лишь ждать, — герцог Корвус устало выдохнул. — Мой кабинет в твоём распоряжении, если вдруг понадобится.

— Не боишься подпустить волка в овчарню? — с ехидством поинтересовался я.

— Все самое ценное и интересное для тебя уже давно перекочевало в другое место, мой дорогой друг, — Эрик парировал с той же ядовитой ухмылкой.

— Один — один, — констатировал я, и мы расхохотались.

Поднявшись по лестнице, что вела на второй этаж, я немного постоял в нерешительности. И все же переборов себя направился в гостевое крыло. В мою комнату.

Раздевшись и приняв ванну, я, обмотавшись полотенцем вышел из купальни. Как же приятно смыть с себя дорожную пыль. Предыдущая ночь выдалась адской — как всегда, куча неотложных дел обрушилась разом. Оставив распоряжения своему заместителю, я наконец-то вырвался сюда. Небрежно сбросив полотенце с бедер, я рухнул под одеяло и, кажется, провалился в сон прежде, чем моя голова коснулась подушки.

Меня разбудил едва слышный шорох у двери. Замок предательски щелкнул, и ручка медленно, с опаской повернулась. Собравшись, как зверь перед прыжком, я приготовился сорваться с кровати, встретить и отразить любого врага. Дверь бесшумно приоткрылась, и в комнату скользнула высокая, гибкая тень, тут же плотно прикрыв за собой дверь. Я вихрем метнулся вперед, готовый к схватке. Но передо мной стояла гостья. Точнее — Елена.

Я хотел было спросить, что она делает в моей комнате посреди ночи, но она приложила палец к моим губам, останавливая поток слов. В свете луны, проникавшем в комнату сквозь не задернутое окно, она казалась неземным видением. На ней был лишь шелковый халат, запахнутый поверх, как мне показалось, обнаженного тела. Медленно, завораживающе, она потянула за пояс. Ткань бесшумно соскользнула с ее плеч, упав к ногам изящной змеей.

— Заче… — начал я, чувствуя, как перехватывает дыхание.

— Т-ссс, — прошептала она, прерывая меня.

Вслед за халатом на пол упала и тонкая ночная сорочка. В полумраке мы стояли обнаженные, до конца не осознавая происходящее. Она сделала первый шаг, и я потерял контроль. Желание, томившееся во мне, вырвалось наружу, сметая все преграды. Я хотел ее с того самого момента, как впервые увидел у лестницы.

Я жадно сжимал ее тело, ловя каждый изгиб, каждую линию, словно пытаясь навсегда запечатлеть в памяти это мгновение. Не помню, как прижал ее к холодной стене, властно вколачиваясь в нее. Она тихо стонала, и я понимал, что, возможно, она ждала нежности, поцелуев, ласковых слов. Но в эту ночь мне было не до них. Я получил краткий, безумный шанс прикоснуться к мечте, к женщине, о которой запретил себе думать. Завтра, возможно, я пожалею об этом. Но сейчас, рыча от страсти, я упивался моментом. Все закончилось быстро, слишком быстро.

Елена, плавно покачиваясь подошла к своей одежде, что лежала на полу. Наклонилась за своей ночной сорочкой, мне этого было достаточно. Я подошел к ней и не давая опомниться и подхватив на руки, понес ее к кровати. Эта ночь была безумием, водоворотом страстей, где порой казалось, что не я владею ею, а она мной. Но я отбросил эти мысли, отдаваясь во власть дикой, неутолимой жажды. Лишь под утро мы обессилено уснули, я — довольный и опустошенный.

Утром проснулся с отчетливой мыслью: нам нужно поговорить. Обсудить, как мы будем продолжать… Или не будем?

Возможно, Елена будет плакать, как это часто делают женщины.

Повернувшись, чтобы разбудить ее, я сам еще не понимал, зачем мне это нужно. И.… никого. Кровать была пуста. Лишь от подушки, на которой она лежала, исходил легкий, едва уловимый аромат ее духов, дразнящее напоминание о безумной ночи.

Взгляд скользнул по настенным часам. Без четверти двенадцать. Наспех одевшись и смирившись с пропущенным завтраком, я распорядился приготовить кофе. С чашкой крепкого, обжигающего своим ароматом напитка я вышел на террасу. Устроившись в плетеном кресле, я жадно вдыхал дивный аромат, осознавая мимолетность этого райского мгновения. Все еще плененный воспоминаниями прошлой ночи, я любовался видом, открывшимся передо мной. Внезапно мой взгляд выхватил из общей картины всадников, двигавшихся по дорожке легкой рысью. Точнее, мое внимание приковала всадница. Елена весело смеялась, и этот звук, казалось, звенел в утренней тишине.

Ее осанка… поворот головы… манера держать повод… разворот плеч… Время остановилось. Чашка с кофе, выскользнув из ослабевшей руки, с глухим стуком разбилась о каменный пол, разлетевшись на мириады осколков. Но мне было не до того!

Твою ж мать! Не может быть! Сумрак... жива! Жива старушка! И тут я осознал. А когда осознал, меня прошиб холодный пот.

Эту ночь я провел не с Еленой. Эту ночь я провел с Элланой. Выходит, мне не показалось. Она действительно… поимела меня.