Свёкр с Кавказа. Десять уроков любви

2

Илона

Я всегда знала, что мой свёкр ненавидел меня.

Но он всё-таки дал согласие на брак.

Сказал, что Рустэм может делать всё, что хочет…

Что ему плевать…

Я не знаю, почему…

Но теперь я думаю, что лучше бы он запретил сыну брак со мной…

Полукровкой.

Безотцовщиной.

Потому что так было бы лучше для меня самой.

Нервно смотрю на часы на стене, стрелка ползёт слишком медленно.

Мне кажется, прошёл уже час, пока я стою здесь, под ледяными струями кондиционера, и моё платье буквально облепило меня всю.

Всё моё заледеневшее от боли и страха тело.

Но внутри которого бьётся огненный раскалённый шарик моего сердца.

Гордо вскидываю подбородок и презрительно смотрю на одного из охранников, и он мгновенно отводит свой взгляд в сторону.

Рассматривал меня тайком.

Мечтал обо мне…

Представлял, как взял бы меня прямо здесь, содрал с меня одежду…

Теперь я точно знаю, что всем мужчинам нужно только одно…

И им плевать на твою душу и на твоё горячее сердце.

Мысли путаются в голове, стрелка, кажется, не сдвинулась с места, и я снова возвращаюсь воспоминаниями в тот день, когда Рустэм объявил своему отцу, что женится на мне…

Я помню, как вся пылала внутри, но я не могла понять: то ли от такого резкого и грубого оскорбления моего будущего свёкра, которое хлестнуло меня звонкой пощёчиной по щеке, то ли от того, что это скоро произойдёт.

Это…

До того момента я не позволяла Рустэму лишнего.

Он с трудом сдерживался, постоянно настаивал, но я не сдавалась.

Я ведь всегда берегла себя только для будущего мужа.

Для того единственного.

С кем я хотела разделить свою первую брачную ночь и родить ему сына. И дочку…

Чтобы у них был отец.

Красивый и сильный. Который смог бы нас всегда защитить, позаботиться о нас.

Ведь мой Рустэм такой и есть.

Точнее, был…

Высокий, стройный…

Все девчонки заглядывались на него. Текли от него…

Но он был такой неприступный. Далёкий.

Я и мечтать не могла, что такой как он парень, в дорогой одежде и на спортивной итальянской тачке посмотрит на меня.

Захочет сделать своей.

Жениться на мне.

И моё сердце снова сжимается и от горько-сладких воспоминаний, и от боли, которую он причинил мне.

Теперь-то я понимаю, почему он выбрал именно меня: нетронутую. Ничья рука, даже чужой мужской палец не коснулся меня до него.

До моего любимого.

Он был первый, кто поцеловал меня.

Протолкнул свой язык между моих с силой приоткрытых им же губ.

Как створки раковины…

И я задохнулась от того первого поцелуя и волны сладкого счастья, захлестнувшей меня.

Его рука властно опустилась на мою талию, жёстко, до лёгкой боли сжала меня, прижала к себе, и я почувствовала сталь его пресса под тонкой футболкой.

И ещё что-то горячее и твёрдое там… Внизу… Что уперлось в низ моего животика…

И это безумно испугало меня и взбудоражило одновременно.

— Ты что, нецелованная? — вдруг резко отстранился от меня Рустэм, словно желая поближе рассмотреть меня.

Как какую-то редкую диковинку.

И я вся вспыхнула под его пристальным взглядом.

Который вдруг загорелся охотничьи азартом.

Я не знала, что ответить ему тогда…

Я просто молчала, и чувствовала, как пылают мои щёки.

Всё моё лицо.

Как начинаю я вся пылать диким пламенем стыда, и от чего-то ещё, чего я не испытывала до этого…