Свёкр с Кавказа. Десять уроков любви

21

Илона

— Рустэм, Умар сбежал! — вдруг слышу голос, доносящийся из коридора, и вижу, как перекашивается от ярости и злости лицо моего мужа.

— Ладно, разберёмся с тобой чуть позже, сука, — отпускает он меня. — Пока иди в свою комнату и сиди там. А вечером готовься обслужить всю мою бригаду, после того как я найду и убью эту тварь, — бросает он мне уже через плечо, скрываясь в дверях.

Я в бессилии опускаюсь на стул.

Всё тело болит и ноет от ненавистных жестоких прикосновений моего мужа.

Я ненавижу его.

Я сама готова убить.

И тут у меня в голове рождается страшный план…

Я понимаю, что я на грани безумия, но я не позволю больше ему так обращаться со мной. Лучше умереть самой.

Если мне не получится убить его…

Я подхожу к буфету и выдвигаю ящик со столовыми приборами. Вот этот небольшой но острый нож, он мне вполне подойдёт. Если сразу же нацелиться в сонную артерию, то если мне повезёт, я смогу убить его с первого же раза…

Прячу нож под свой халатик, стараюсь запахнуть его полы посильнее. Выхожу из кухни: у дверей стоят суровые охранники моего мужа. Скользят по мне похотливыми масляными взглядами, но пока не решаются делать это в открытую.

Они наверняка слышали, что мой муж обещал отдать им меня на растерзание, и теперь предвкушают, что они сделают со мной, эта свора грязных шакалов, бешеных псов… Но Рустэм умрёт первым…

Поднимаюсь в свою комнату и запираюсь на замок, хотя я прекрасно понимаю, что он мне не поможет. Так, просто видимость хоть какой-то защиты.

Минуты ползут очень медленно, мне кажется, я схожу с ума, но вижу, как день за окном начинает темнеть и меркнуть, и я слышу рёв мотора у ворот.

Вот и Рустэм вернулся.

Но у меня где-то в глубине души теплится надежда, что это Умар. Что он смог победить своего сына, что он пришёл за мной, что всё будет хорошо…

Но мои надежды рассыпаются в прах, когда в дверь раздаётся бешеный стук, и я слышу дикий рёв:

— А ну открывай дверь, сука! Впусти своего мужа!

И мне не остаётся ничего другого, как открыть ему, пока он не выломал дверь.

На пороге стоит разъярённый Рустэм, всё его лицо и куртка на груди залиты кровью. Он ранен? Или это кровь Умара на его руках?!

— Можешь больше не ждать его, — усмехается мой муж. — С ним навсегда покончено, тварь. И тебе осталось недолго. Только напоследок ты отработаешь всё по полной, — набрасывается он на меня так внезапно, что я не успеваю ничего сделать, подготовиться.

Теперь мне незачем жить, страшная апатия накрывает меня, шок, оцепенение.

Моего любимого больше нет, и я теперь в безраздельной власти этого извращённого монстра, который жаждет только наслаждения и мести…

И тут я вдруг разлепляю губы, внезапная догадка пронзает меня:

— Он ведь не твой отец, так? Твоя мать родила от другого? Ты знал это? — и теперь я точно знаю ответ, когда вижу странный блеск во взгляде Рустэма: — Это твоя мать была шлюхой. И ты мстишь всем женщинам на свете за то, что она ложилась под любого! — выкрикиваю я ему дерзкие слова в лицо, потому что мне уже совершенно плевать, что будет потом.

Что со мной сделают…

Потому что единственный человек, ради которого я была готова жить, погиб…

Убит сыном самой настоящей шлюхи…

— Я тебе покажу, кто здесь настоящая шлюха, — одним резким движением срывает Рустэм с меня всю одежду.

Хватает меня за груди, до дикой боли тискает их, оставляя на моей коже кровавые отпечатки… Отпечатки крови моего любимого мужчины…

Слёзы текут у меня из глаз, но не от боли, а потому что теперь я совсем одна на этом свете.

Как он мог так довериться этому выблядку? Он ведь наверняка догадывался, что он не его сын, но всё-таки решил его оставить себе… Решил, что та, кого он когда-то любил, и так наказана… Усыновил его, принял как родного…

— На колени! — рычит на меня Рустэм, бросая меня на пол, всё его лицо перекошено от бешенства и дикой неуправляемой похоти, с которой он никогда не умел справляться.

Сын своей матери.

Жёсткие грубые руки наматывают мои волосы на кулак, и вот уже его напряжённый член упирается в мои плотно сомкнутые губы.

— Соси! — орёт Рустэм, но я лишь ещё сильнее сжимаю свой рот. — Ты не поняла, тварь, что со мной бесполезно играть в эти игры, — усмехается мой муж и подносит к моему лицу острый кинжал: — Либо ты открываешь рот, либо я тебе помогу его открыть, отрежу тебе губы, ясно? — приставляет он острое лезвие к уголку моего рта, и я подчиняюсь…

Грубый член начинает яростно долбить меня в ротик, пока я задыхаюсь, захлёбываюсь в слюне и его сперме…

Чувствую на губах солёный вкус крови…

Крови своего любимого…

Рустэм кончает мне в рот, ослабляет хватку, и меня выворачивает прямо на него, на его пах, на его ноги…

— Ах ты тварь… Что, у Умара хер был слаще?! — рычит мой муж, отшвыривая меня ногой в сторону.

И я вспоминаю, что у меня припрятан нож…

Я убью его. Сейчас или никогда.

Я незаметно тянусь рукой к кровати, под матрасом которой я спрятала своё оружие и осторожно нащупываю его.

В голове стучит кровь. Все глаза заволокло алой пеленой.

— Готовься, я не закончил, — слышу я рычание своего мужа, когда бросаюсь на него, целясь прямо в горло.

Туда, где пульсирует тонкая синяя жилка…

Лезвие сверкает тонкой серебряной молнией в моей ладони, я замахиваюсь, и тут острая боль пронзает всё моё тело.

— Думала убить меня, тварь? — и нож выпадает из моей выкрученной безжизненной руки. — Горячая сука. Ну раз та так этого хочешь, то готовься, — выплёвывает мне в лицо Рустэм, отшвыривая меня на кровать, и теперь я понимаю, что это конец…

Конец для меня…