Свёкр с Кавказа. Десять уроков любви

22

Илона

Меня везут куда-то на машине, я не знаю, куда. Мне уже плевать, останусь я жива, или сейчас меня изнасилует целая бригада и оставит умирать где-нибудь в заброшке.

Я словно вся онемела, ничего не чувствую. Из меня высосали всю жизнь, и теперь я — всего лишь пустая оболочка. Тень той женщины, которой я была когда-то.

Заводят в какой-то дом за высоким забором, ведут по длинной лестнице в какую-то комнату и ненадолго оставляют одну.

Оглядываюсь по сторонам: по углам стоят вешалки с ворохом тряпья, вспоминаю, что Рустэм привёз меня в том же, в чём я и ходила по дому — в своём шёлковом халате.

И единственная мысль, которая долбит сейчас меня: как я могла не справиться, промахнуться? Тогда бы мой муж был сейчас мёртв, так же, как и его отец…

Но вот в комнату входит Рустэм с какой-то мерзкой размалёванной тёткой:

— Бэлла, помоги нашей девочке нарядиться, да покрасивее, — растягивает он свои губы в хищном оскале шакала.

— Что, ты решил не отдавать меня своим ребятам? — кричу я на него. — Хочешь ещё со мной повеселиться?!

— Я подумал, что это будет слишком легко для тебя. Будет тебе небольшой сюрприз. Сегодня мы должны отлично провести время, — кидает он мне, захлопывая за собой дверь, и мерзкая старуха тянет ко мне свои руки.

— Не тронь меня. Я сама, — шиплю я на неё, и то ли она действительно меня боится, то ли я сейчас выгляжу как человек, способный на всё что угодно, но она отступает.

— Тогда надень вот это, — кидает она мне на кресло ворох одежды. — Если, конечно, не хочешь оказаться совсем голой, — хихикает мерзкая ведьма.

Беру тряпки, которая она дала мне: да это какой-то шлюховатый корсет, пояс для чулок, всё во вкусе моего извращенца-мужа. И всё-таки, что он решил сделать со мной?

Сейчас, когда боль от потери Умара начинает хоть немного возвращаться, и кровавая пелена ненависти, застившая мой разум последние часы, спадает, мне становится по-настоящему страшно.

Потому что я знаю, на что способен мой муженёк. Точнее, я не знаю всего до конца, и сегодня он явно решил мне это продемонстрировать в полной мере.

Натягиваю на себя крошечный корсет, в котором я выгляжу как самая настоящая шлюха. Смотрюсь в зеркало: лицо бледное, с кругами под глазами. Я не собираюсь краситься, это больше не игра. И тут догадка пронзает мой мозг:

— Скажи, это бордель? — спрашиваю я страху, и та растягивает свой гнилой рот в мерзкой улыбке:

— Почти. Даже лучше. Это новый бизнес Рустэма. Сегодня первый день. Что-то новенькое и очень пикантное, — заходится она глухим утробным смехом, и мне хочется выцарапать ей глаза. — Впрочем, сейчас всё узнаешь, недолго осталось, — подмигивает она мне, и я вся холодею внутри. — Готова? Тогда можем идти, — распахивает она передо мной дверь, и я выхожу в обитый алым бархатом коридор.

Спускаюсь по крутой лестнице и попадаю в просторный зал с небольшой сценой в центре.

— Иди, — подталкивает меня к ступенькам старуха, и я понимаю, что я должна подняться на неё.

— Я не пойду, — начинаю было я, но чьи-то сильные мужские руки вдруг выхватывают меня и выводят прямо в круг света, к шесту, как к какому-то позорному столбу, лязгает замок, и меня приковывают к нему наручниками.

Поднимаю глаза, и вижу, что комната набита мужчинами.

Все они сидят за столиками, в дорогих костюмах, напряжённо наблюдают за всем происходящим на сцене, и я вдруг слышу в динамиках голос.

Голос моего мужа.

— Добрый вечер, господа. Представляю вам мой первый лот. Прекрасная девушка Илона, с которой вы сможете делать всё, что только захотите. Когда купите её. И поймаете. Включайте свои самые грязные т тёмные фантазии!

Поймают? Купят? Этот подонок решил продать собственную жену!

Но что это за сюрприз?!

Я напряжённо вглядываюсь в лица этих мужчин. Мне их плохо видно, но судя по дорогим костюмам, это респектабельные богатые джентльмены. Разве они способны на такое?

И тут я вижу, как вверх поднимается первая табличка, на которой я могу различить несколько нулей.

И тут они все словно срываются с цепи, таблички так и мелькают тут и там, и я понимаю, что я для них не живой человек, а всего лишь товар, за обладание которым они сейчас с азартом соревнуются друг с другом…

Зачем они все хотят купить меня? Зачем я участвую в этом аукционе?!

Я уже теряю счёт времени и деньгам, которые назначают за меня, но вот объявлена последняя ставка, и я вижу, как довольно потирает руки какой-то огромный мужчина в зале. Он купил меня.

— Отлично, поздравляю с прекрасным трофеем, — снова я слышу радостный голос Рустэма в динамике. — Можете забирать свою дичь!

Дичь? Я — дичь?!

Но мне не дают опомниться и уже уводят куда-то прочь, и я вижу, как на сцену уже заводят следующую жертву, и по её испуганному взгляду на меня я понимаю, что она точно знает, куда мы с ней вляпались…

Меня отводят в комнату, которая постепенно наполняется такими же как и я девушками. Снова вижу эту рыжую, которую я встретила по дороге со сцены, и не могу вспомнить, откуда же я её знаю…

Пока вдруг меня не осеняет.

Но она первая заговаривает со мной:

— Что же ты такого натворила, что твой муж продал тебя? Отдал на растерзание этим чудовищам?

И я вспоминаю, что она — одна из любовниц Рустэма.

— А ты? — вскидываю я на неё лицо. — Что ты умудрилась натворить?

— Ничего. Для этого достаточно было просто любить его… — отвечает она, отводя от меня взгляд в сторону.

Как странно: жена и любовница. И вот мы с ней в одной тарелке…

Что же за монстр мой муж?!