Токсы академии Акалим. Книга 1

Глава 40

Скинув сверток с останками бедного Йорика на преподавательский стол, я увидел свое мутное отражение в огромном котле, стоящем поблизости. На втором курсе довелось как-то нам с Нэшем его чистить, руки потом просто отваливались. Лендич непременно требовала, чтобы отражение было высокой четкости, поэтому мы почистили его один раз, потом еще и еще. Отработали пустячную шалость сполна. М-да. Намучаются девчонки с ним!

– У меня предложение, – сказал я. – Котел чистим мы с Кендриком, а вы – собираете скелет.

– Это еще почему? – возмутилась Кудряшка.

Токс – она токс и есть. Борзый зеленоглазый токс.

Кендрик покосился на ее подругу. Какие котлы?! Интересно, довелось ли будущей леди Рэчерч помыть хотя бы чашку?

– Друг мой, я не в восторге от твоего предложения, – сообщил он, – но поддерживаю. Для чистки этакой чудовищной кастрюли нужна физическая сила, а для сборки Йорика – внимательность и аккуратность. Полагаю, вам, красавицы, они присущи в полной мере!

И он обезоруживающе улыбнулся.

Знает, негодяй, что улыбка делает его неотразимым!

– Ну хорошо, – буркнула Кудряшка. Наверняка, согласилась, скрепя сердце – не ради себя, а ради тщедушной подруги. – Раскинем кости, так сказать. А скреплять их как?

– Об этом не беспокойся, то… Вин, – я поправился – сейчас не стоило ссориться. – На столе будете собирать или переложить на пол?

– Давай на пол, – она махнула рукой в проход между столами. – Вон туда. И ты обещал предупредить наших друзей.

Я всегда выполняю обещания! А если знаю, что не смогу выполнить – такого обещания никогда не дам. Пришлось смерить ее ледяным взглядом, чтобы поставить на место. Но Кендрик, как всегда, все испортил.

– Даглас – удивительно злопамятный, он никогда ничего не забывает, – засмеялся он, направляясь в дальний угол аудитории, где в шкафу стояли принадлежности для уборки.

Пожав плечами, скастовал Зов. Поскольку сообщение не было важным, энергетические потоки окрасились в спокойный зеленый. Спустя мгновение в воздухе передо мной висели, быстро махая крылышками, две колибри, одну из которых я направил в библиотеку к Джефу Новачу, а вторую – к Нэшу. Навык был доведен до автоматизма, плетению контроль не требовался, что дало мне возможность сквозь сияние магической ауры наблюдать за Кудряшкой. Она, несомненно, тоже ее увидела, потому что на лице вдруг отразился такой искренний восторг, что я едва не улыбнулся. Так дети на ярмарочной площади смотрят на фокусника, веря, что кролик, действительно, исчез с его ладони, чтобы потом появиться в шляпе. Твою ж мать, кого только не набирают в Акалим! Отец рассказывал, что раньше, перед поступлением в магическую академию Норрофинда, нужно было сдавать вступительные испытания. И тому, кто их не прошел, никакая мантия не светила. А сейчас вот, пожалуйста, вытащили борзого зеленоглазого токса из естественной среды обитания среди полей и коров, и пытаются сделать из нее человека! Интересно глянуть на яркость ауры этой Эрроч, но обруч на ее шее такой возможности не даст.

Кудряшка села прямо на пол и деловито засучила рукава – работы не боится, это плюс. Ее подруга с идеально прямой спиной опустилась на стул рядом. Принадлежность к голубой крови Норрофинда была бы видна, даже будь на ней обноски. Приглядевшись, я понял, что именно Сильвана Оливия, или, как звала ее Эрроч, Силли, разбиралась в анатомии. Потому что Кудряшка раскладывала кости по кучкам, следуя ее указаниям. Впрочем, меня это не удивило – древние роды щеголяли друг перед другом знаниями и умениями потомков не меньше, чем собственной знатностью или богатством. Не удивлюсь, если магичит Рэчерч на уровне второго-третьего, а не первого курса. Я всмотрелся в ее ауру. Бледная, как и думал. Девушка – слабый маг, такая никогда не станет боевиком, да и Акалим ей нужен не для дальнейшей карьеры, а для галочки.

Пользуясь тем, что девчонки на меня не смотрят, сплел и выпустил Ловчую сеть – она предупредит, если Лендич решит проверить, как мы отрабатываем наказание. Мысли перешли на преподавательницу по зельеварению. В последнее время казалось, что ее интерес ко мне вышел за рамки внимания к перспективному студенту. Это было лестно, но меня смущало. Слухи ходили всякие, мол, кто-то из студентов с ней спал, она любит парней чем моложе, тем лучше, а в постели вытворяет такое, что забываешь себя. Но это были лишь слухи, которые кто-то где-то слышал. Ни один из тех, с кем я общался в Акалим, а я общался со многими, не признался прямо в романе с леди Леей. Хотел бы я стать первым? Вспомнились ее соблазнительные губы. Разговаривая со мной, она иногда улыбалась уголком алого рта, который хотелось жестко смять поцелуем… Усмехнувшись, я начал активнее надраивать бок котла ветошью, намоченной специальным средством, принесенными Нильсом из шкафа. Отец говорил, что практика важнее теории, а избирательность важнее принципа. В каких бы позах Лендич не являлась в моих снах, я – владелец своих желаний, а не она. И если я захочу взять ее, это будет мой интерес к ней, а нее – ко мне. Однако что-то мне подсказывало, что я не захочу, даже если сгорю от вожделения. Потому что… избирательность. Выбор был бы неверным.

Сеть дрогнула – в коридоре кто-то появился. Когда Берг вошел в лабораторию, я уже знал, что это он.

– Что с вами случилось? – спросил он с порога, окидывая взглядом лабораторию и нас, занятых делом. – В блоке бардак, вы подрались, что ли? Даг?

Я молчал, предоставляя право Кендрику рассказать о том, что произошло. В конце концов, это все из-за него.

Он и рассказал. В общих чертах.

– Ясно, – Нэш присел на стол. – Какая помощь требуется?

– Ему, – я кивком указал на бедного Йорика. – Девушки соберут скелет, но сломанные кости нужно скрепить. Проволока – слишком трудоемко, придется просверливать обломки.

– Неужели вы не можете сделать это магией? – спросила Кудряшка насмешливо.

От горшка два вершка, а туда же, язвить!

– Ой, простите, я вас не заметил! – ответно усмехнулся Берг.

Он был той еще язвой на нашем курсе, хотя по виду не скажешь – типичный потомственный маг из старинного рода, воспитанный и образованный. Хороший мальчик, в общем.

Эрроч вспыхнула. Глаза злющие, зеленющие. Когда она такая, кажется даже красивой, а не смешной.

– Разбитую чашку можно восстановить магически только если все осколки сохранены, – миролюбиво заметил красный и потный Нильс – чертов котел брал свою плату. – Если какие-то из осколков стали пылью, в возрожденном предмете на их месте останется пустота, и никакая магия ее не восстановит. Йорик, скорее всего, окажется в сколах и дырках, и Лендич это не понравится.

– Ясно, – повторил Нэш и поднялся. – Значит, нужен некий раствор, который скрепит кости и скроет изъяны. Пойду, пошуршу книгами.

– Давай, – согласился я.

– Пойди сначала в столовую и принеси нам обед, а? – заныл Кендрик. – Очень есть хочется. И пить!

Я невольно посмотрел на Кудряшку: вздернула нос, явно собираясь отказаться от еды.

– Да, очень хочется, – смущенно кивнула Сильвана Оливия. – Но только если вас это не затруднит, пожалуйста!

– Что вы, что вы, юная леди, совершенно не затруднит! – Берг изящно поклонился и ушел.

Тяжело вздохнув, я повернулся к котлу. Мое отражение даже не стало четче.