Токсы академии Акалим. Книга 1

Глава 9

Дверь распахнулась с такой силой, что едва не слетела с петель. В комнату ворвался невысокий парень с живыми ореховыми глазами, в расстегнутой рубашке и сбитом галстуке, наш сосед по жилому блоку, Нильс Кендрик. Швырнув в пустующее кресло у камина черную мантию, выпалил:

– Альбион вернулся!

Я отложил книгу и переглянулся с Нэшем, изучающим за столом список литературы, рекомендованной на этот год студентам четвертого курса.

– Ты шутишь? – воскликнул Берг.

На его худощавом лице появилось выражение, сильно смахивающее на брезгливость.

– И не думаю! – Нильс рухнул в кресло, смяв мантию. – Я собственными глазами видел его в составе группы, которую встречал Сноворс.

– Группы какого курса? – прищурился я.

– Хо-хо! – воскликнул Нильс, младший внук любимой фрейлины императрицы – маркизы Кендрик. – В этом самый сок, Даг! Первый, друзья мои, первый. Придется ему снова учить все, что он уже знает. По мне, так нет худшего наказания, чем это!

– Не думал, что ему будет позволено вернуться… – задумчиво произнес я.

– Я тоже, – кивнул Нэш, – но его семья богата и приближена ко двору, это сильно облегчает решение любой проблемы.

– Теперь можно забыть о спокойной жизни, – усмехнулся Кендрик.

– Нильс, не смешно! – я взглядом пригвоздил его к месту – прошлогодние события были свежи в памяти. – Ванесса погибла, Хоул пропал без вести.

Улыбка на лице Нильсона увяла.

– Ты прав, Даг, прости. Но его вина не доказана…

– …При этом все знают, что это – его рук дело! – вклинился Нэш. – По крайней мере, в том, что касается девушки, – примирительно добавил он. – Теоретически, Хоул мог сбежать, чтобы не подумали на него, ведь он постоянно крутился вокруг нее.

– Альбион мог и заплатить за молчание, – согласился Нильс. – С него станется. Небось, еще и расписку взял, чтобы парень исчез на веки вечные. Ну если СОМРовцы его не нашли, это о чем-то говорит?

– Это может говорить лишь о двух вещах, – я снова взялся за книгу, – либо он мертв, либо – закрыл свой Источник. И тогда его смерть лишь вопрос времени.

Глава 10

Оказывается, зверь-океан мог не только пугать, он умел поглощать время! Когда я, сидевшая на самой границе с волнами, пришла в себя, в окнах академии уже загорались огни, а от горизонта мягко стелилась ночь, скрывая поверхность воды под плащом мрака. В голове не было ни единой мысли. Сознание просто растворилось в мерном шуме волн, в сияющем ритмичном нечто – сердце океана. Дело было даже не в том количестве воды, которого я никогда не видела! Дело было в неслышимом, беззвучном, неназываемом ощущении возвращения к истокам. Казалось, я пришла к дому, покинутому много лет назад.

Я оглянулась на Акалим и увидела, что панорамные окна, расположенные примерно посередине основного здания, ярко сияют – должно быть, это была столовая. А раз так, надо поторопиться к ужину, а затем, действительно, побродить по коридорам, чтобы завтра не заблудиться.

Дорогу я запомнила легко – вверх-вверх-вверх по узкой тропке, заросшей жесткой травой, с кое-где выбитыми в камнях ступенями, до неприметной калитки в зарослях дикого жасмина. Этот кусочек пляжа был закрыт со всех сторон острыми скалами, хищно высовывающими серые носы за береговую линию. Наверняка, у академии были и более цивильный пляж, и удобный спуск к нему, но дракончик почему-то не повел меня туда. За это я была ему благодарна – баюкая в душе ритм океанского сердца, я не хотела делиться им ни с кем, даже с недавно обретенными друзьями.

Я поднималась, не оглядываясь, потому что знала – снова зависну. Стало понятно, почему папу, моего отважного капитана Эрроча, напугал этот зверь. Его невозможно было познать, он не поддавался контролю, и, реши он уничтожить людей – никакая стража не защитила бы их!

Меня насторожил тихий шелест. Затем раздался резкий стук и мимо пролетел… булыжник. Потом еще один. Я упала на руки и вжалась в тропинку, раздумывая, что бы это могло быть? Камнепад?

Темнело здесь непривычно быстро. В Замошье даже в самые длинные ночи небо отливало серебром – сказывалась близость к Рослинсбергу, – и это позволяло хоть что-то разглядеть. А здесь темнота была плотной, осязаемой, сплошной – руку вытяни, пальцы не увидишь!

Бочком отползла с тропинки и полезла вверх, цепляясь за верхушки острых камней, торчащих из земли. До тех пор, пока один из них не зашевелился у меня под рукой и не издал странный, воркующий звук. А затем поднялся и посмотрел на меня горящими глазами.

Заорав от ужаса, я потеряла равновесие и начала валиться назад. Перед глазами промелькнула вовсе не прошлая жизнь! Мне привиделось, как отправленные на поиск преподаватели находят мое бездыханное тело внизу, на пляже, в луже крови. Как Дарла рыдает со всей страстью темпераментной натуры, Джеф хмурит густые брови и потерянно качает головой, а Сильвана Оливия смотрит на мой труп, словно на пустое место.

Как вдруг, остановив полет, на запястье сомкнулись когтистые, похожие на птичьи пальцы, покрытые… чешуей. Нашарив ногами землю, я встала, стараясь держать равновесие, и разглядела еще кое-что кроме оранжевых плошек с узким зрачком, уставившихся на меня. Я разглядела дракуся! Того самого, мышастого, что утащил мой кофр и носил смешное имя «Валли».

– Привет, Ва… Валли, – осторожно сказала я.

Хотя это была не взрослая особь, а подросток, – взрослых в новом Норрофинде еще не выросло, – я совершенно не представляла, как нужно вести себя при встрече с драконом.

В темноте.

С глазу на глаз.

На узкой скалистой тропинке, откуда можно сверзнуться так, что костей не соберешь.

Дракусь перевел свои плошки на мою руку и аккуратно расцепил когти. У него четыре пальца смотрели вперед, а один – назад, как у птицы.

– Что ты здесь делаешь? – спросила я. – Почему не в академии? Тебе вообще можно выходить?

Дракусь издал горловой звук, что-то вроде: «Вуорк» и канул в темноту. Миг – и нет его. Лишь в той стороне, куда он метнулся, послышался стук осыпающихся камней.

Почесав в затылке, я отправилась в академию. Не поймешь их, дракусей этих! В школе рассказывали, что древние драконы были разумными настолько, что создавали удивительные артефакты и строили огромные города. А у этого ни разума, ни ловкости, один только «вуорк».

В столовой меня ждал сюрприз – она была заполнена людьми. Студенты в черных, синих, коричневых и зеленых мантиях сновали туда-сюда, за столами с красными скатертями сидели преподаватели, негромко переговариваясь. У стойки, за которой стоял рыжий парень, выстроилась очередь, а на раздаче официантки в серых платьях сбивались с ног. Видимо, это был самое популярное для ужина время.

– Вин! Вин! – услышала я и заозиралась.

Заметив за одним из столов Дарлу, Джефа и остальных ребят, кивнула и направилась за подносом. И вдруг словно что-то ударило между лопаток. Оглянувшись, увидела за столом в противоположном углу зала того самого парня, которого «уронила» утром. Он смотрел на меня с таким выражением, что я невольно сжала кулаки. Похоже, нажила я себе недоброжелателя! Ну и пусть! Разберусь.

– Где ты была? – спросила Дарла, когда я села и принялась любовно расставлять еду: два салата, жаркое и компот.

Папа всегда говорил, что бойцы должны правильно и обильно питаться.

– Гуляла, – легко ответила я. – Разложили вещи?

– У меня в шкафу дверца сломана, – пожаловалась одна из сокурсниц, симпатичная, с каштановыми волосами и пухлыми губами девушка по имени Кэйтлин. – Кому мне об этом сказать?

– Я узнаю, не переживай, – кивнула я.

– А мне зачетку не выдали, – сказал еще кто-то.

И понеслось. В последующие полчаса я выслушивала жалобы, вопросы и негодования, правда, не прерывая ужина. Через полчаса поняла, что все не запомню и надо носить с собой блокнот для записей.

– Стоп! – сказала я, а когда меня не услышали, рявкнула, как папа: – Молчать!

Замолчал не только наш стол, но и соседние. Дарла округлила глаза, а Новач тихо засмеялся. Даже Сильвана Оливия, сидевшая в одиночестве, оглянулась, впрочем, быстро потеряв ко мне интерес.

– Ребят, сделаю, что запомнила, – честно сказала я. – А запомнила не все! Поэтому, у кого есть бумага и ручка, пишите претензии и отдавайте мне. Завтра постараюсь разобраться.

Пока я с аппетитом доедала жаркое, рядом с тарелкой росла горка записок.

Вернувшийся откуда-то Джеф принес три кружки, над которыми пышными шапками стояла пена.

– Освежитесь, – сказал он, улыбаясь, и выдул сразу половину своей.

– Что это? – Дарла лизнула пену и причмокнула: – Странно, но… вкусно!

– Это кэль – местный напиток. Делается из каких-то водорослей.

– Алкоголь? – изумилась я.

– Алкоголь только для преподавателей и персонала академии, – раздался насмешливый голос.

Подняв глаза, я увидела синеглазого Лиама, и мое сердце остановилось.

– А для токсиков – компотик! – заявил он, забирая мою кружку и выпивая кэль в один глоток.

– Я не для тебя принес! – возмутился Джеф, поворачиваясь к нему.

– И что ты мне сделаешь, токс? – синие глаза прищурились, голос звучал вкрадчиво.

Они были примерно одного роста, однако атлетическая фигура Лиама, на которую я обратила внимание еще в самом начале знакомства, не оставляла Новачу никаких шансов.

Поднявшись из-за стола, я встала между ними.

– Эй, вы чего?

– Что здесь происходит? – рядом остановился Сноворс. – Тэйч, вы опять за свое?

– Что вы, куратор, я просто подошел выразить почтение коллеге, – пожал плечами черноволосый красавчик. – Мы же с ней оба – старосты своих групп. – Он посмотрел на меня: – Ребята меня выбрали, как самого опытного, поэтому обращайся ко мне, токс, если возникнут вопросы. Я про это заведение все знаю. В тройном объеме.

У меня перехватило дыхание. И хотя сказано это было язвительным тоном, слова не оставляли сомнений – парень предлагает свою помощь!

– Еще бы вы не знали, Тэйч, после отчисления с третьего курса, – прищурился Сноворс. – Интересно, каких трудов вашей семье стоило вернуть вас в академию, пусть даже и на первый? Имейте в виду, они могут оказаться напрасными, если вы наступите на хвост тому же дракону!

Лиам насмешливо поклонился ему, подмигнул мне и ушел, не глядя на Джефа, который еле сдерживался.

– Мой совет, курсант Новач, не связывайтесь с ним, – тихо, так, что услышали только я, Джеф и Дарла, сказал Сноворс. – Интриги, подставы – для него цветочки. У вас нет ни сил, ни опыта с ним меряться. Надеюсь, пока нет. Вы меня услышали?

Джеф кивнул, хотя его черные глаза метали молнии.

Куратор вернулся за преподавательский стол.

Новач опустился на место, а я решила сходить за кэлем сама. Надо же было попробовать?