Только моя

Глава 37

Антон

Сердце молотит по ребрам, но недостаток информации удерживает на месте, и это дается мне с трудом. Вены лопаются от адреналина, который подскочил в крови, но даже в таком не адеквате я сохраняю ясность ума.

Ден постукивает пальцами по столу и смотрит в потолок с задумчивым видом, на который сейчас мне десятикратно пофиг. Наложенные на меня сегодня утром ограничения конкретно в эту минуту ощущаются так остро, что это выкручивает мне яйца.

Я не уверен, что стану терпеть.

В моей жизни только что случился фундаментальный поворот, я нихрена за себя не ручаюсь. Тот гвоздь, которым Полина прибила меня к полу сегодня утром, я собираюсь выдрать с мясом буквально с минуты на минуту.

Заставляю задницу оставаться на стуле все по той же причине: недостаток информации. Глазами сталкиваюсь с настороженным взглядом Даши. Вибрация телефона в кармане штанов вмиг перечеркивает любые планы на сегодня. И те, что были в голове, и те, что только начали формироваться.

Потому что звонит моя любимая девушка.

Глядя на дисплей, вдыхаю носом до свиста в ушах. Поднеся к уху телефон, резко встаю из-за стола и принимаю звонок.

– Да? – отвечаю, двигаясь к выходу.

– Где ты?

Блять. Слышать ее голос в динамике своего телефона – успокаивающая волшебная таблетка.

Голос напряженный. Натянутый.

Выйдя из кафе, замираю посреди тротуара, впиваясь глазами в плитку у себя под ногами.

– В «Музкафе», – отвечаю хрипловато. – Где ты? – возвращаю ей вопрос, надеясь, что она позвонила не для того, чтобы поболтать.

Она молчит.

Выжигаю глазами дыру в асфальте, слушая тихое дыхание на другом конце провода.

– Я тебе нужен? – подталкиваю. – Сейчас?

– Нужен…

– Где ты?

Ее искрящееся напряжением магнитное поле достает до меня даже через трубку и плюсуется с моей собственной заряженностью. Быть терпеливым мне пиздец как сложно.

– Я на площади… без машины…

– Я тоже.

Она недалеко, но остановок общественного транспорта у меня поблизости нет. Размеренным шагом идти минут пятнадцать…

– Стой на месте, – прошу. – Буду через пять минут.

– Ты возьмешь такси?

– Нет, – я уже начинаю двигаться вверх по улице. – Такси дольше ждать буду.

– Ты что… побежишь? – выпаливает Поля.

– Немного пробегусь.

Она молчит, поэтому говорю:

– Кладу трубку.

Возвращаю телефон в задний карман штанов, ускоряясь сначала до легкой трусцы, потом до темпа поживее, и выруливаю на проспект, который закат залил желтым светом.

Гормоны, которые пять минут назад взрывали мне мозги, трансформируются в энергию. Энергии во мне выше крыши. Она из всех щелей сочится, пока быстро переставляю ноги, отбивая кроссовками шаги на асфальте. К мозгам приливает кислород, делает их ясными. Огибая встречных прохожих, пересекаю проезжую часть на светофоре и вижу Полину.

Она метрах в двадцати, но приближается достаточно быстро, потому что тоже бежит и, когда видит меня в начале улицы, останавливается.

На ней короткие джинсовые шорты и белый топ, открывающий загорелый живот. Белые волосы лежат на плечах в небольшом беспорядке. Как раз та степень небрежности, которая неимоверно меня вставляет, каждый раз, когда Поля себе эту небрежность позволяет.

Я пожираю ее силуэт глазами. Каждый изгиб, каждую линию. Я знаю ее тело. Знаю его запах, текстуру, вкус. Я могу узнать Полину Абрамову даже, блять, на ощупь с повязкой на глазах.

Она дышит тяжело и смотрит на меня, обводя языком свой пухлый розовый рот. Глаза расширены, в них сидит какая-то тревога, от которой у меня под кожей зудит.

Оставляю между нами расстояние в один шаг.

Между нами есть преграда. Тонкая, но все же стена, именно эта прозрачная хрень меня тормозит, удерживая от того, чтобы уничтожить гребаный метр, который нас разделяет.

Поля раздувает крылья своего идеального носа, вдыхая им свежий вечерний воздух. Ее щеки порозовели от бега, глаза смотрят в мои исподлобья, ноги в белых кедах переминаются на тротуаре.

– Думаешь, правильно ли выбрала? – спрашиваю, борясь с собственным сбитым дыханием.

Я в курсе последних новостей, теперь она тоже это знает.

Ее порозовевшее лицо взрывается протестом. Я жру эту эмоцию, как мед ложкой. Меня устраивает эта эмоция. Протест. Это значит, что я не прав, но хочу услышать это от нее.

– Дурак… – шепчет с гневом, и за этим гневом улавливаю то, как сильно натянуты ее нервы.

Выбросив вперед руку, просовываю указательный палец за пояс ее шорт под пупком и дергаю ткань на себя, заставляя Полину качнуться вперед, и сделать ко мне шаг.

Ее грудь врезается в мою, бедра у нас тоже соприкасаются. Полина опускает лицо и громко дышит напротив груди, замерев.

Я опускаю подбородок, чтобы слышать ее дыхание. Чувствовать ее. Дышать ее запахом, пока она ломает гребаную стену, которую между нами воздвигла.

Ей достаточно на сантиметр повернуть голову, чтобы мои собственные барьеры рухнули. Поля поворачивает голову, и мой нос утыкается в ее висок. Кладу ладонь на ее талию сзади и зажимаю пояс шорт в кулаке, просунув палец в петлю.

Веки моей девушки опускаются, щекоча мне ресницами подбородок, ладони ложатся на грудь. Вжимаю Полину в себя сильнее, давя ей на поясницу. Носом бодаю ее щеку, заставляя сдаться еще на миллиметр.

Так, чтобы я мог коснуться ее губ.

Чтобы она дала мне их коснуться.

Я захватываю их с позорным стоном, когда это происходит. Сосу, раскрываю языком, который Полина сплетает со своим. Тяну ее запястье, заставляя обнять себя за шею.

Ее руки как тонкие путы обвивают мою шею.

Нежно и уверенно.

Никаких стен.

Это именно то, что сносит мне мозги.

С голодным рычанием сгребаю ладонями округлую задницу и дергаю вверх. Через секунду стройные ноги в белых кедах обнимают мою талию прямо посреди улицы в самом центре города.