Тот, кто меня защитит

Глава 8. Ненависть. Или нет

— Ненавижу! — кричу непонятно кому. — Какая же ты скотина! Ненавижу.

Господи, Ольга, возьми себя в руки и успокойся. Ты, безусловно, девушка молодая и импульсивная, но зачем в закрытую дверь книжками кидаться? Она-то тут при чем вообще?

Да и уехал твой раздражитель давным-давно. Стартанул так, что даже на втором этаже было слышно, как пыль из под колес поднялась.

А я сразу же побежала проверять — исполнит он свое обещание или нет. Ну не могу я поверить в то, что он может быть так жесток ко мне.

Едва я открываю входную дверь, тут же подоспевает охрана. Извиняясь и разводя руками, они просят меня зайти обратно в дом и велят ждать Яда.

Мне. Велят. Ждать Яда.

Мне.

Как домашней чихуахуа выкрикнули команду «дома!» и закрыли дверь снаружи. Спасибо, что на замок не замкнули. Я настолько охреневаю, что покорно дохожу до своей комнаты, и вот тут меня накрывает.

Ну и урод же он!

Хотя и я не лучше. Ведь можно было все по-нормальному сделать. Я, конечно, слишком эмоциональная, но не глупая ведь, понимаю, что Яд всего лишь выполняет приказ отца.

Кстати, я так до сих пор и не поняла — по какой части он у отца? За что вообще отвечает? Или он этакий Шварценеггер на выезде? Кое-какие нюансы того, как они контактировали, были странными. Это нечто большее, чем просто босс и подчиненный.

Складывалось впечатление, что Марат и вправду исполнит любую команду отца, даже если тот сойдет с ума и скажет пресловутое: «Спрыгни с обрыва». Надо бы подробнее узнать у Хруща, как Яд попал к отцу. Есть ощущение, будто Мар что-то должен ему, раз слушается беспрекословно.

Падаю на кровать и разваливаюсь на ней в позе звезды. Садиться за учебу не хочется: не тот настрой и мотивация на нуле. Подождут «Международные отношения» до лучших времен.

В голове вертится образ Марата. Я-то ожидала блатного, разрисованного куполами, а пришел мой нечаянный спаситель. И хоть он тоже разрисован, но все эти изображение необычны и явно сделаны не на зоне.

С именем тоже глупо вышло. Интересно, почему Марат представился мне не собственным именем, а кличкой? Не хотел, чтобы я узнала о нем больше? Хранит информацию о себе, не разглашая ее первому встречному?

Да еще и лицо… Кто его так разукрасил? В драку ввязался или снова честь какой-нибудь заплутавшей души спасал? Ведь правда же, места живого на лице нет. Интересно, на теле тоже точно такие же синяки? Судя по виду, ему вообще плевать на них, нет ни малейшего ощущения, что они вызывают у Яда дискомфорт.

Кстати, сегодня я посмотрела на парня совершенно под другим углом. Если в прошлый раз он показался мне не совсем обычным — вся эта бравада «зови меня Яд» — то сейчас я осознаю, что Марат очень сложный и для меня абсолютно непонятный.

Переворачиваюсь на живот и подпираю руками подбородок, задумчиво уставившись прямо перед собой.

Марат не выглядит как побывавший на зоне человек. Хотя много ли их я встречала в своей жизни? Как они вообще выглядят?

Руки чешутся узнать — за что он сидел? Можно было бы спросить напрямую, но, боюсь, теперь он попросту пошлет меня.

Яд ухоженный парень. Интересно, сколько ему? Около тридцати, наверное. Мне кажется, он выглядит старше своего возраста из-за того, что никогда не улыбается, вместо этого держит вечную каменную маску бесстрастия на лице. И все это так идет ему: и короткий ежик волос, и ровная линия подбородка, и по-мужски аккуратные губы, и мрачные глаза, которые меняют его цвет в зависимости от настроения.

Марат высокий. Тело крепкое, но не перекачанное. Жилистое. Помню, когда лежала в его кровати, украдкой наблюдала за ним. У него слишком манящее тело, не смотреть не вариант. Тем более не так уж и часто мне приходится видеть обнаженных парней, при таком-то отце. Только если на пляже, не иначе.

Пресс четко вырисовывается, вниз под резинку боксеров уходит растительность, а еще ниже… мама дорогая. Надеюсь, он напихал туда носков, чтобы произвести на меня впечатление.

Нет-нет, там все было спокойно, но вот я была очень далека от спокойствия.

Марат не производил впечатления отбитого отморозка. Да, он резкий, тяжелый, дерзкий и яростный. Но весь его вид говорит о том, что где-то там, далеко-далеко, есть сокрытое от всех прошлое, в которое не пускают никого.

Есть ощущение того, что когда-то раньше был другой Марат. Более чистый и лучистый. Открытый, добродушный, веселый. Интересно, у него вообще есть друзья? Надо бы и это узнать у Хруща.

Хотя нет. Хруща лучше не вовлекать ни во что. Я хоть и наивная девочка, но понимаю, что Хрущ, как и Яд, подчиняются моему отцу и, вполне возможно, сливают своему Боссу чуть ли не всю информацию обо мне, даже то, чем я между делом интересовалась.

Лучше пущу все на самотек и буду смотреть по обстоятельствам, можно ли что-то узнать. А знать мне нужно побольше. Все-таки надзиратель мой круглосуточный.

Должна же я знать, кому доверил мою жизнь отец?

Неожиданно раздается звонок телефона, и я смотрю на экран.

— Алехандро! — радостно восклицаю по-английски, принимая видеозвонок.

— Hola, Хельга! — не менее радостно отвечает мне Алекс.

— Как дела?! Господи, как я соскучилась по тебе! — ликование затапливает меня, и я растягиваю губы в широкой улыбке.

— Детка, знала бы ты, как я соскучился по тебе! — восклицает друг и салютует мне бокалом с желтым коктейлем, в котором сверху сверху торчит зонтик.

Алехандро потрясающе красив. Черноволосый, смуглый парень, родители его горячие и всегда шумные испанцы, перебравшиеся из солнечной Валенсии в Туманный Альбион.

Алекс, хоть и был рожден в Англии и прожил там всю жизнь, до мозга костей был горячим испанским мачо. Не знаю, как мы смогли сдружиться, но даже отец не был против нашей дружбы, хотя любая встреча проходила в сопровождении неизменной тени. Алехандро всегда рассматривал меня в качестве друга, но не более. И на то были причины. Мы познакомились еще в школе и не смогли расстаться даже после нее.

— Вижу я, как ты скучал! — по-доброму журю его.

В это время Алекс поднимается и подходит к морю, переключает экран и показывает мне бирюзовую гладь.

— Детка, я жду-не дождусь нашей встречи!

— Какая красота! — восхищаюсь я невероятными видами. — Когда сможешь приехать? — жалобно начинаю стонать.

— Еще неделька, и я у тебя! Выглядишь грустно. Твой папа тебя опять чем-то расстроил?! — и далее с сарказмом: — Снова отправлял в эти отвратительные, до ужаса дорогущие брендовые магазины?

— Нет, — вздыхаю я и смотрю на экран, где снова вижу лицо друга в авиаторах, — ко мне приставили жуткого охранника! Мало того, что он переезжает в соседнюю комнату, ограничивает меня во всем, так еще и контролирует как ребенка и вообще не считается со мной, только лишь продавливает нужные ему решения своей харизмой и мужской силой!

— Oh, Dios mío! — Алехандро принимается сильно волноваться, снимает очки и откидывает их в сторону, прикладывает руку к бритой груди, а потом возбужденно шепчет: — Ты просто обязана с ним трахнуться!

— Алекс! — возмущаюсь я. — Ты вообще слышишь, что я говорю тебе: мы не ладим!

— Детка, только подумай: вы двое, незапертая дверь. Он приходит ночью, набрасывается на тебя, сминает губы и на грани возбуждения засасывает их в свой рот. Покусывает, лижет. А после пронзает тебя своим огромным членом, наполняя до упора твою нетронутую ранее ни одним другим членом киску. Твои мокрые волосы разбросаны по подушке, ты впиваешься ногтями ему в спину, стонешь ему в плечо..

— Да-да, и где-то в паре метров от нас мой отец точит свой коллекционный кинжал самурая, — закатываю глаза и перебиваю бред Алехандро.

— «Вонзайся в ножны, ласковый кинжал, Останься там и дай мне умереть!» — задумчиво цитирует молодой человек «Ромео и Джульетту» и трет бороду.

— Алекс, родной, ты, наверное, не понял: Яд совсем не тот, о ком мечтает девушка в девятнадцать лет. Где мой рыцарь на белом коне?!

— У рыцарей на белом коне маленькие и вяленькие члены. Зачем тебе такой?! — удивляется Алехандро. — А этот, твой… Трахнись с ним, всего делов! Рыцари — слишком приторно и утомительно для такой горячей крошки, как ты.

— Еще чего! Он вообще-то сидел в тюрьме!

— И что? Каждый из нас ежедневно находится в тюрьме, только у каждого она своя, — философски изрекает друг, падает на шезлонг, отпивает коктейль из запотевшего бокала и натягивает обратно на нос очки.

— Мне не нужно это.

— Mi querido, рано или поздно тебе придется расстаться с твоей девственностью, — недовольно бурчит Алекс. — И дикий абориген отлично подойдет на эту роль, поверь мне.

— О господи, о чем ты вообще?! Забудь! Тем более что я ему неинтересна, — последнюю фразу я проговариваю как-то жалобно и тихо.

— Когда проверить успела?

— Ну-у, — мнусь я. — Помнишь, рассказывала тебе, что пару недель назад попала в неприятную ситуацию и один парень мне помог?

— Cielo santo! — друг снова стягивает с себя очки и с силой швыряет их в сторону. — Значит, ты теперь будешь жить с этим muchacho практически в одной комнате?! Oh, Dios mío, сжалься над моими фантазиями.

Я недовольно качаю головой и стараюсь подавить улыбку, которая рвется наружу:

— Ты отвратительный пошляк. Я отключаюсь.

И, прежде чем я нажимаю на кнопку, Алехандро успевает прокричать:

— Обещай, что, когда трахнешься с ним, расскажешь мне все в подробностях.

Хорошо, что звонок уже разъединился, и мне не приходится придумывать ответ.

Не расскажу я ничего Алехандро просто потому, что никакая связь между мной и Ядом невозможна.