Колледж волшебства. Власть памяти

Глава 8 Долгожданная встреча

— Что произошло? — спросила я тихо, присаживаясь на край кровати. — Откуда она здесь?

Волосы цвета заката разметались по подушке, подчеркивая неестественную бледность лица. Хрупкое тело изредка вздрагивало, а с губ срывался еле слышный шепот.

— Сложно сказать откуда. Важнее, как она нас нашла, но мы не успели спросить. Девушка упала в обморок раньше, чем успела что-либо рассказать.

— Что с ней?

— Почти все то же самое, что и у тебя. За исключением рабского ошейника. Он изрядно выпил жизненные силы, но не убил. Мы успели вовремя. Кира, почему она так на тебя похожа? Это та девушка, которую ты просила помочь найти?

— Да, Ксандр. Это Лина — моя сестра.

Следующие несколько дней прошли беспокойно. Я неотрывно сидела рядом с родным человеком, меняя повязки, вливая отвары и сожалея, что не могу поделиться своими силами. Лэн пытался отправить меня отдыхать, но я слишком боялась, что сестра снова пропадет. Поэтому не стоило удивляться, когда организм дал сбой.

То, что это сон, я поняла сразу. Сидя на берегу озера из далекой прошлой жизни, я любовалась отражением заката в темной глади.

— Здравствуй, дочь моя!

— Приветствую вас, повелитель!

Кивнув Нергалу, я похлопала по траве рядом с собой, приглашая его сесть. Хмыкнув, мужчина сел и устремил взгляд вдаль. Некоторое время мы молчали, любуясь волшебством умирающего дня. Солнце в последний раз освещало этот мир своими кровавыми лучами, чтобы на следующий день возродиться новым золотым светилом. Грустно улыбнувшись, я посмотрела на бога.

— По какому поводу столь щедрый дар?

— Не все происходящее в этом мире — воля богов. У всех свои игры, а у каждой игры — свои правила. Принимай дары свыше и не ищи объяснений таких жестов.

— И все же?

— Кира, мир меняется. Больше нет будущего, которое для вас так тщательно плела Судьба. Теперь даже боги не могут предсказать исход событий, и, признаюсь честно, нам страшно. И еще: среди тех, кому ты доверяешь, появился враг. Не спрашивай, кто он, я не могу сказать. Запомни, моя девочка, не доверяй никому, а главное — себе и своему сердцу. В этой войне нет места морали и принципам. Здесь нет друзей и врагов — только желание выжить. Будь начеку и не позволяй эмоциям взять верх.

— Но…

— Я не знаю, милая. Я уже ничего не знаю и не решаюсь предполагать. Все наши расчеты, все надежды — теперь это пепел. Судьба мира перекочевала в руки избранных. Остается только надеяться, что вы выберете нашу сторону. А сейчас — отдыхай, скоро тебе понадобятся все силы.

Нергал легко коснулся губами моего лба и улыбнулся. Я почувствовала, как веки стали наливаться тяжестью, а тело окутало легкое свечение, даруя покой.

Проснулась я глубоко за полночь, причем от сильного желания чихнуть. Зажав нос рукой, я недобро покосилась на Зюзю, сладко посапывающего среди подушек. Накрыв одеялом хранителя — и когда он успел сюда пробраться? — я спустилась вниз, намереваясь съесть кого-нибудь, и желательно большого. Заглянув по пути в комнату мальчика, где в кресле дремал Лэн, а затем к Лине, я со спокойной совестью продолжила путь.

— Не спится? — послышался голос из темноты зала.

— Кушать хочу!

— Пойдем, мое солнышко, приготовлю тебе что-нибудь.

Ревирин слегка щелкнул меня по носу и повел на кухню. Пока он возился с бутербродами, я прокручивала в голове события прошедших дней.

— Ревирин, ты ведь темный, да?

Эльф замер возле стола с ножом в руке. Плечи его напряглись, а на лице появилась маска.

— Зря я тогда использовал магию. Если бы не она…

— Не в этом дело. Помнишь нашу разминку на мечах? Я тогда удивилась, откуда тебе известен стиль боя Шаргар, ведь темноэльфийские воины не обучают светлых. Да и сами светлые не пригодны к войне. И все бы ничего, ведь ты оружейный мастер и владеешь магией, но… я чувствую в тебе магию смерти. Кто ты?

— Я — полукровка. Темная мать и светлый отец. Именно благодаря им я перенял мастерство обеих рас, став лучшим из лучших. Хотя не многим известна моя истинная сущность. Во времена моей юности самым большим позором для эльфийского рода считалось кровосмешение с собратьями другой расы. После рождения дед по материнской линии забрал меня на воспитание в монастырь темных, где я и познал таинство боя и ковки оружия. Спустя десятилетия я вернулся на родину, чтобы познакомиться с родителями, но увы — оказалось уже поздно. Война унесла обоих, оставив меня на попечение двум дедам. Так я по-тихому кочевал от одного к другому, учась и взрослея. Сейчас законы стали мягче, но все же не стоит никому рассказывать, что я — смесок и выродок.

— Не говори так! Ты — лучший! Самый добрый, заботливый и чудесный.

— Ох, Кира, как же ты ошибаешься!

Не ожидавшая подвоха, я даже не успела среагировать на его движение. Ревирин вжал меня в диван, нависнув сверху, заставляя смотреть ему в глаза.

— Я убивал, малыш. Жестоко и с удовольствием. Ты даже не представляешь, сколько существ полегло от моей руки во время последней войны. Только для тебя я такой «добрый, заботливый и чудесный», а для других — великий мастер и опасный противник.

— Зачем ты рассказываешь мне это? — прошептала я.

— А зачем таить? — На мгновение в его глазах отразилась боль прошедших лет и раскаянье, но всего лишь на мгновение. — Зачем скрывать от тебя правду, прячась за образом мудрого светлого эльфа? Ты уже не ребенок. Я вижу в тебе красивую девушку, которую люблю и желаю. Но прежде — ты мой друг, который заслуживает доверия.

Ревирин склонился ближе, не отрывая взгляда от моего лица. Я чувствовала жар, исходящий от его тела, а еще был страх: он боялся, что я оттолкну его, назову чудовищем и убегу.

— Мне все равно, кто ты и кем был для других. Я доверяю тебе, и этого не изменят даже боги!

Эльф еще с минуту рассматривал мое лицо, а потом облегченно улыбнулся.

— Ревирин, только есть проблема.

— Какая? — резко напрягся тот.

— Ты рискуешь потерять меня, ибо я скоро загнусь от голода!

Подпрыгнув на месте с криком «Бутерброды!», эльф рванул к духовке. По комнате поплыл божественный аромат поджаренного хлеба и плавленого сыра с мясом.

— Поделишься? — хмыкнул Ксандр, проскользнув в дверь и рухнув рядом.

— Поздно! — Забрав с моей тарелки последний бутерброд, Лэн умилительно похлопал ресничками, а затем покосился на Ревирина. — Еще приготовишь?

— Что же вам не спится? — Оружейник тяжело вздохнул и принялся готовить новые порции.

С грустью оценив пустую тарелку, я бросила недовольный взгляд на целителя и напряглась, услышав в соседней комнате тихий зов. Друзья продолжали болтать, по-видимому ничего не услышав. Пришлось мне отправиться на звук голоса. В полумраке лестницы виднелся смутный силуэт. Подойдя ближе, я увидела спасенного нами мальчишку. Испуганного. Потерянного. В один миг лишившегося родителей из-за нападения демонов.

— Мне страшно… — прошептал ребенок и сделал шаг навстречу. — Не оставляйте меня, пожалуйста.

Еще пара неуверенных шагов, и он прижался ко мне, доверчиво обняв.

— Не оставлю, обещаю, — прошептала я ему в макушку.

Именно тогда ко мне пришло осознание всей важности происходящего. Я отдалась воле богов, решив принять свою судьбу, и не отступлюсь. Я поклялась, что даже ценой своей жизни помогу тем, кто в этом нуждается. На словах все это звучало пафосно, но иначе невозможно передать гамму чувств и эмоций, бушевавших во мне.

Мир нуждается в нашей помощи. Что же, мы поможем.

Только кто потом будет разгребать последствия?

— Доброе утро, сестренка! — Я стояла в дверях, держа в руках поднос с завтраком.

— Талиса! — взвизгнула Лина и бросилась ко мне.

Удерживать в руках поднос, когда на шее висит нечто верещащее, сложно, но я справилась! Усадив сестру на кровать, я всучила ей кружку с чаем и начала допрос с пристрастием.

— Рассказывай! Где ты была? Как сюда попала?

— Как-как, с божьей помощью, — поморщилась сестренка. — Эти гады выкинули меня из прошлого прямиком в лапы к низшим. Эх, если бы моя сила не пропала, я бы им устроила!

— Подожди, ты тоже без магии?

— На тот момент была без. А когда она вернулась, демоны уже успели повесить на меня ошейник. — Лина посмотрела мне за спину и слегка покраснела.

— Ну и кто из любопытной троицы у меня за спиной? — уточнила насмешливо.

— Черненький. С зелеными глазками, — выдохнула она восхищенно. — Мой герой!

— И вам доброго утра, девочки, — недоуменно пробормотал Ксандр. — Ну, я пойду?

— Иди, — не оборачиваясь, разрешила я, с укором глядя на Лину.

— Что? — Она состроила невинную мордашку.

— Не порть мне ребят!

— Да я чуть-чуть только, — непривычно коварно улыбнулась моя обычно скромная сестра. — Этот, кстати, твой?

Получив отрицательный ответ, Лина с предвкушением потерла руки. Бедный Ксандр. Мало ему было поклонниц в колледже, так теперь еще и здесь покоя не дадут! От дальнейшего разговора нас отвлек душещипательный крик в коридоре:

— А-а-а, на кого ты меня оставила-а-а!

Удивленно переглянувшись, мы с сестрой осторожно выглянули за дверь, где увидели уныло плетущегося хранителя.

— А, вот ты где!

Ничуть не прибавив скорости, розовая хтонь свернула к нам, таща следом мое одеяло. Дождавшись, пока Зюзя и его пуховый хвост полностью окажутся в комнате, я прикрыла дверь.

— Что случилось, хранитель?

— Просыпаюсь, а в кровати пусто, — подозрительно шмыгнул он носом. — Опять меня оставила на произвол судьбы! А я, между прочим, чуть не погиб. Твои подруги перед отъездом надо мной издева-а-ались!

— Каким образом?

— Перекрасить хотели. В синий.

— Изверги, — хмыкнула сестренка, и мелкий одобрительно закивал, одобряя поддержку.

— Я тоже так думаю! Еле сбежал. Переместился сюда, нашел Кируську, а она…

— Кого нашел? — не поняла Лина.

— Меня, — пояснила я тут же. — Здесь меня все называют Кира.

— Ясно. И что она? — вернулась Лина с вопросом к Зюзе.

— Пропала! Бегаю по комнате, зову ее, ищу — тишина. Даже по связи отследить не смог — этот чертов камень все блокирует!

— Какой камень? — не поняла я.

— Кольцо твое, которое Ксандр подарил. Если что, это маячок. Я из-за него не могу настроиться на твою ауру. Поэтому все время пропускаю моменты, когда надо спасать твою жо… жизнь! — возмущенно выдал Зюзя.

— Вы спите вместе? — сделала свои выводы Лина, вклиниваясь в беседу.

— Да, — кивнула я.

— Ой, сестренка, мужика тебе нормального надо! — припечатала она и гордо удалилась в ванную, оставляя нас с хранителем возмущенно смотреть ей вслед.

Следующие несколько недель проходили в сугубо домашней атмосфере, если можно так определить нашу разношерстную компанию. Лина и спасенный мальчишка, которого звали Тор'ел, активно шли на поправку, восполняя магические резервы. Ксандр то пропадал по делам империи, то занимался моей физической подготовкой. Лэн проводил для меня практикум по целительству, благодаря которому успел три раза отравиться моим «целебным» зельем, два раза поменять цвет волос и один раз отшлепать нерадивую ученицу.

А Ревирин… Лучше всего его поведение характеризовало слово «осада». За мной начали ухаживать. Красиво, по-эльфийски. Ненавязчиво и в какой-то мере знакомо — он всегда был внимательным и заботливым. Но теперь в его жестах я видела другую мотивацию, и она меня несколько смущала.

Тор чаще всего проводил время со мной, тоже осваивая науку целительства и боя на мечах. Если в первое время во мне жила некоторая настороженность, оставшаяся после встречи с ребенком-демоном, то постепенно он завоевал мое сердце. Со странной нежностью я наблюдала, как он играет с Зюзей, бегает по двору за зеленым львом или качается на качелях. Как-то незаметно он стал называть меня сестричкой.

Несмотря на организованные для меня занятия, мы с Линой умудрялись находить время, чтобы притянуть очередную неприятность на… продолжение спины.

Как-то раз, темным-темным вечером, мы решили сходить к ближайшему озеру искупаться. Друзей предупреждать не стали, желая хоть немного освободиться от их опеки и надзора. Захватив полотенце и купальники, отправились в путь.

Водная гладь, согретая за день солнцем, игриво отражала сияние полной луны. Устроившись на берегу, мы любовались ночным небом, уплетая стащенные с кухни булочки.

— Хорошо так. И тихо, — мечтательно протянула Лина.

— За это я нежно люблю эльфийские леса. Сюда еще не добрался прогресс со своим рокотом магических двигателей. Наверное, эта любовь к первозданной красоте осталась с нашей прошлой жизни.

— Да, — с грустью улыбнулся родной человечек. — Я помню леса рядом с храмом, где росла сладкая ежевика и сочная земляника. Любимые цветочные поля с разнотравьем. Мед сестры Викты и горькие отвары Велены. Я скучаю по ним, Талиса.

— Я тоже. По всем ним…

— Ты так и не рассказала, что с тобой случилось после… Когда я ушла.

— Не надо, — попросила я шепотом.

Моя боль поутихла и уже не была столь всепоглощающей, как в первые дни после возвращения в настоящее. Но я боялась, что она придет снова. Начнет кусать и бередить едва-едва поджившие раны. Нет, не могу и не хочу.

— Однажды я обязательно расскажу, но не сейчас.

Настаивать Лина не стала.

Неожиданно со стороны леса раздался пронзительный крик, ударяя по нервным окончаниям и вызывая звон в ушах.

— Нечисть? — удивленно спросила сестренка, глядя на меня большими глазами.

— Не должна. Вокруг дома стоит защита.

— Судя по всему — стояла, но уже нет. — Лина поднялась на ноги и протянула мне руку, помогая встать. — Видимо, кто-то из нашей компании кому-то очень нужен.

— Даже знать не хочу, кому, для чего и как нас нашли.

— Если не отобьемся, то и не узнаешь, — хмыкнула сестричка, призывая пламя.

Вовремя. На поляну к нам вышло нечто неопознанное. Я пыталась определить, к какому виду относятся эти существа, но мой классификатор тварей изрядно хромал.

— Это что? — спросила Лина шепотом. — Никогда не видела подобного.

— Я тоже. Подсвети их. Нужно вычислить слабые места.

Один из шаров взметнулся вверх и вперед, распадаясь на снопы искр и демонстрируя нам неведомых существ. Вроде и люди, но с дополнительными конечностями, похожими на лапы животных. Полулица-полуморды. И много черной магии, чернильными паутинами испещрившей разлагающуюся плоть.

— Бей в лицо, — скомандовала я. — Дезориентируй их, пока буду отрубать головы.

— Поняла, — кивнула сестренка и тут же отправила в цель первый шар.

Я тоже не стала медлить, подныривая под руку-лапу и на пробу отрубая одну из конечностей. Гнилая плоть поддавалась легко, и даже каркас чужой магии не помогал.

По зеленой поляне полетели части тел, забрызгивая молодую траву желто-черной жижей. Существ было много. Неизвестно, откуда они лезли, но на десятом я перестала считать. А еще постепенно стала уставать, что было очень плохо.

— Кира! — Голос Зюзи прокатился по поляне, отвлекая меня от очередной твари.

Когтистая лапа прошлась по плечу, но я почти не обратила на это внимание.

— Уходите отсюда! — прокричала я, заметив следовавшего за хранителем Тора. — Зюзя, уведи его!

Но оказалось поздно. Твари увидели более подходящую жертву и устремились к ней.

— Нет! — Я бросилась вперед, но чувствовала, что не успеваю.

Хранитель попытался откинуть существ магией, но его сила прошла сквозь них, даже не зацепив. А затем две твари бросились на мальчика.

— Нет… — повторила я хрипло, все еще надеясь, все еще пытаясь успеть.

Волна огня ласково лизнуло лицо. Заплясала вокруг тела, уничтожая следы тварей, а затем рванула дальше. В небо взвилось черное пламя, превращая существ в пепел и подсвечивая инфернальным светом живого и невредимого Тора с Зюзей.

— Как ты? — спросила я, как только добралась до Тора и крепко прижала его к себе.

— Пустяки, — тихо отозвался тот. — А вот тебе сейчас достанется…

— От кого? — не поняла я.

— Кира! — раздался злой голос с противоположной стороны поляны.

Посмотрев на злых друзей и слабо им улыбнувшись, я начала оседать на землю.

— У нее спина исполосована! И яд! — без колебаний сдал меня Зюзя, забравшись на руки к Тору.

— О боги, сил моих больше нет, — простонал целитель. — Даруйте мозги этому ребенку, чтобы было что вправлять!

— Я знаю, по какому месту ей надавать, чтобы она больше не влипала этим самым местом в неприятности! — рыкнул Ксандр.

— М-м-м, какая буйная фантазия, — промурлыкала Лина, помогая мне подняться и окидывая гибрида заинтересованным взглядом.

— Тебе тоже достанется, будь уверена, — хмуро отозвался друг.

— Жду с нетерпением, — томно парировала сестренка и повела меня в сторону дома.

Уже там, сидя в тепле в обнимку с отваром, мы рассказали, что случилось. Бурчащий целитель в сопровождении духа-хранителя и Ревирина отправился проверять защиту, а Ксандр — собирать останки тварей для изучения.

К сожалению, на этом история не закончилась. После первого прорыва случилось еще две попытки. Это окончательно нас убедило, что охота идет за одним из обитателей дома. Кандидатур выходило не так много: либо мы с Линой, либо Тор. О том, что случилось на поляне, я предпочла промолчать и не расспрашивать ребенка. Захочет — сам расскажет.

К тому же проблем и так хватало. Одна из них нарисовалась совершенно неожиданно, вызвав недоумение не только у меня, но и у друзей.

Басат, та сама элькомата, с которой меня познакомил профессор Горнс, появилась на поляне перед домом примерно через неделю. Причем спокойно миновала все круги защиты, игриво подмигнув расцветшему в прямом смысле льву.

— Это кто? — восторженно спросил Тор'ел, разглядывая большую пушистую кошку с раздвоенным хвостом.

— Хорошая знакомая, — улыбнулась я, выходя к ней навстречу. — Басат, откуда ты здесь?

— Пришла по просьбе нашей общей знакомой. Она очень хочет тебя видеть.

— Луна? — недоуменно уточнила я. — Что-то случилось?

— Случилось, — фыркнула элькомата. — И если бы не вся эта защита, ты давно бы узнала. Не переживай, ничего страшного. Но тебе точно стоит увидеть это самой.

— Спасибо, что сказала, — кивнула я и повернулась к Ревирину, показавшемуся на крыльце. — Ты не мог бы перенести меня домой?

Эльф кивнул и протянул мне руку, но в этот момент я поймала три умоляющих взгляда.

— И их тоже, — вздохнула я, беря на руки Зюзю.

Мгновение, и мы оказались перед дедушкиным домом. Его помощники встретили нас уже внутри, указав в сторону пристройки. Возле камина на мягком меху лежала Луна. Рядом с ней сидели хозяин дома и красивый снежный барс.

— Чуть-чуть не успела! — улыбнулся дедуля, отодвигаясь в сторону.

— Иди! — подтолкнул меня Ревирин.

Заглядывая в большие желто-зеленые глаза своей кошки, я видела там вселенскую радость и нежность.

— Поздравляю, девочка, — улыбнулась я, страстно желая вернуть обратно свой дар, чтобы поболтать с верной подругой.

Луна заурчала, переводя взгляд на копошащихся у нее под боком котят. Четыре беленьких малыша шустро ползали по мамке, тихо попискивая, и только один черненый сладко посапывал круглым животиком кверху.

Тор и Зюзя стояли в стороне, о чем-то перешептываясь с дедушкой и Ревирином.

— Лапочки, — шепнула Лина, стоя в дверях и наблюдая за малышней. Увидев ее, Луна издала тихое предостерегающее рычание, а ее «супруг» принял оборонительную стойку.

— Вы чего? — недоуменно прошептала я, поглаживая обоих.

Барс еще ближе придвинулся к нам, загораживая одновременно и Луну и меня.

— Наверное, это из-за того, что я чужая… — грустно сказала сестра. — Я в коридоре подожду.

Весь остаток дня мы провели на экскурсии по заповеднику. Ближе к вечеру дедуля познакомил нас с новыми обитателями и забрал Тора для помощи в кормлении двух маленьких драконят. Где-то в горах моя драконица Элли и ее возлюбленный тоже высиживали яйца, ожидая прибавления в семье.

— Солнышко, я хотел поговорить с тобой о том случае в лесу.

Мы с Ревирином сидели на кухне, готовя для всех бутерброды и настой от головной боли — для Лины.

— Если ты собираешься меня отчитывать, то я тебя покусаю! Мне и нотаций Ксандра хватило.

— А ты, оказывается, кровожадная! Хотя я совсем не против твоих укусов, — прошептал он, подходя сзади и касаясь губами шеи.

— Ревирин, так нечестно! Ты попросил дать тебе шанс, но твои методы…

— Признайся, что они тебе нравятся.

— Нравятся, но ты торопишь события, — совсем тихо сказала я.

— Прости, мое солнышко. Порой мне очень трудно контролировать себя рядом с тобой. Ладно, я хотел поговорить о другом. Когда мы почувствовали всплески силы и побежали к вам, нас окатило волной магии драконов. Ты понимаешь, что это значит?

— Не может быть… — Присев на стул, я во все глаза уставилась на эльфа.

— Может, Кира, может. Тор'ел — черный дракон. Пока еще маленький, но с огромным магическим резервом.

«Прямо как Фэн!» — пронеслась в голове мысль и исчезла. Не почувствовав привычной боли при воспоминании о драконе, я напряглась, но потом мысли сами испарились, будто их и не было.

— И что теперь?

— Он отправится с тобой в колледж. Миссис Винтер одобрила. Кстати, мы с Лэном решили стать его покровителями. Ты не против?

— Я только за! Спасибо! — Обняв Ревирина, я легко чмокнула его в щеку. — Отнеси, пожалуйста, лекарство Лине, а я схожу за дедушкой и Тором.

Медленно шагая в сторону жилых построек для животных, я заметила свечение в темноте леса. Интригующее. Манящее. Сойдя с тропинки и даже не обратив на это внимания, я медленно побрела на свет, зачарованная его сиянием. Светлячок все дальше и дальше заводил меня в лес, петляя среди деревьев и кустов. Наконец, когда свет от домов потонул во мраке, мой маленький проводник замер. Подойдя ближе, я смогла разглядеть крошечный сгусток энергии. Прикоснувшись к нему рукой и почувствовав, как этот малыш ластится ко мне, я невольно улыбнулась. Как будто испугавшись чего-то, светлячок дрогнул и погас, оставив меня одну посреди леса.

«Позови меня! — раздался шелест в голове. — Скажи имя…»

Прикусив губу и состроив задумчивое лицо, я стала размышлять вслух.

— Как же звали того демона? Ка… Ко… Ки… Ку… Ку-ка-ре-ку… Эх, нет, не вспомнить этот ужас.

— Между прочим, у меня очень даже красивое имя. Прям как его хозяин! — раздался из темноты возмущенный голос.

— Не видели, не знаем, — хмыкнула я, чутко прислушиваясь к окружающим звукам.

— Видела, — пробурчал голос. — Меня невозможно забыть!

— Ну, прости, все когда-то бывает впервые. Так как, говоришь, тебя зовут?

— Кейлиб! — совсем расстроенно буркнула темнота.

— Скажи-ка мне, Кейлиб, что за маниакальные наклонности: заманивать невинных девушек в лес, а потом приставать к ним с непристойными предложениями?

— С какими? — оторопел демон.

— Пока не знаю, но можешь начинать… — стараясь скрыть улыбку в голосе, произнесла я.

— Ну и кто из нас двоих имеет маниакальные наклонности?

— Уж точно не я! Но знаешь, меня можно переубедить!

— Извращенка! — хмыкнул Кейлиб, зажигая над нами новый светлячок.

— С неудачного свидания? — поинтересовалась я, разглядывая незваного гостя.

Атласная рубашка неопределенного цвета была разорвана в нескольких местах, открывая миру белую кожу. Лепестки и шипы, по-видимому — от розы, запутались в белых волосах, превращая когда-то аккуратную прическу в воронье гнездо. Губы демона заметно припухли, а лицо — светилось от довольства.

— Суккуб, — пожал плечами Кейлиб.

— Ага, это многое объясняет. — Хмыкнув, я уселась на примеченный пенек. — Слушай, а почему я тебя не боюсь?

— А смысл? Ты будущая демоница. Причем еще не инициированная. Так почему ты должна бояться своего собрата?

— Я не демон!

— Пока! — резонно возразил парень. — Просто ты еще не определилась с видом, но это — вопрос времени.

— Ты о чем?

— Понимаешь, девочка, в нашем мире, в смысле — демоническом, соседствуют разные виды. Самый нижний слой иерархии занимают животноподобные демоны — рабочая сила. Дальше, в зависимости от способностей и чистоты крови, ступень иерархии растет. Ты же — ошибка баланса. Ребенок ведьмы и демона. Ты до сих пор смогла сохранить в себе человека, но… при желании сможешь стать чистокровной демоницей, выбрав себе понравившийся вид.

— Кто ты?

— Хороший вопрос и своевременный. Я — асур[11]. Пожиратель душ. Можешь также величать меня Охотником. Наш вид зачастую занимается ловлей преступников и нарушителей закона. Мы, можно сказать, правоохранительные органы. Не смотри так на меня! Да, у демонов тоже существуют законы, права и обязанности. У нас расширенная судебная система, есть свой парламент и, конечно, правитель.

— Значит, тогда, на поляне, ты выполнял приказ правительства?

— Да. Тот демоненок нарушил наш самый главный запрет — он убил демона, забрав его душу.

— А разве ты сам не «пожиратель душ»?

— Пожиратель, но между нами существенное отличие. Я, поглощая душу, впитываю в себя ее силу и знания, но при этом не схожу с ума. Я родился таким, и «пожирание» не меняет мою природу. Другие же демоны, воруя душу, начинают сходить с ума, постепенно растворяясь в голосах убитых и превращаясь в ийдов — мертводушных. Знаешь, это намного страшнее, чем не иметь души вовсе. Но меня поражает другое. Ты даже не возразила, когда я сказал, что у демонов есть душа.

— Вы — живые и разумные существа. Вы тоже боретесь за чужие идеи и цели. Так почему меня должно удивлять наличие у вас души?

— Может, потому, что в ваших книгах так пишут? Может, из-за того, что вы с молоком матери впитываете ненависть ко всему, что вам неизвестно?

— Может, но не все жители этого мира такие. Я верю только фактам. И то, что демоны коварны, корыстны и жестоки — факт.

— Давай исправим ситуацию. Сейчас я совершенно безвозмездно поделюсь с тобой некоторыми знаниями о демонах. И не отмахивайся, девочка, в скором времени тебе это пригодится.

Беловолосый демон молниеносно приблизился, не оставляя возможности смыться. Зажмурив глаза, я почувствовала легкое прикосновение теплой руки ко лбу.

— Не бойся, Кай Ра. В грядущей войне любые средства хороши.

Истории прошлого, прочитанные свитки, рассказы и легенды — все, что когда-либо видел и слышал Кейлиб, отпечатывалось в моей голове. Боги, я даже и не представляла, что на свете существует так много демонов. Не думала, что они настолько человекоподобны и образованны. И даже не предполагала, что демон, объявивший войну всему моему миру, — изгнанник, не принятый обществом и не понятый собратьями.

— Запомни все, что я тебе показал. Эти знания не раз спасут тебе жизнь. А теперь прости, но мне пора.

— Почему ты мне помогаешь?

— Потому что могу. Потому что ты мне понравилась. И что-то мне подсказывает, что скоро мы вновь встретимся, Душа Тьмы! — С этими словами он растворился в воздухе, оставляя для меня путеводный светлячок.

Обратно я вернулась как раз к тому моменту, как Ревирин, разволновавшись, отправился на поиски. Мне не оставалось ничего иного, как заверить его, что я просто решила погулять по знакомому с детства лесу. Друг сделал вид, что поверил, но за дедушкой и Тором отправился вместе со мной. После ужина мы собрались в общей гостиной. Пока эльф медленно перебирал струны гитары, что-то мурлыча себе под нос, ко мне подошел Тор.

— Ты что-то хотел? — спросила тихонько, похлопав по месту рядом с собой.

— Хотел, — замялся мальчишка, а затем вдруг закрыл глаза и выпалил: — Я — черный дракон!

— Знаю, — кивнула я, не совсем понимая, куда он клонит.

— Ревирин сказал, да? И ты меня совсем не боишься?

— Да, Ревирин. И нет, не боюсь. А должна?

— Не знаю, — растерялся ребенок. — Все боятся. Почитают, но опасаются, а иногда и ненавидят.

— В таком случае смею тебя огорчить: мы — не все. Для меня ты ребенок, который нуждается в заботе и защите. Младший брат, о котором я всегда мечтала. И я очень надеюсь, что мы сможем стать тебе семьей.

Вместо ответа Тор'ел шмыгнул носом, а затем крепко меня обнял.

Бедный мой, как же тебя потрепала жизнь. Но ничего. Мы это исправим. Все вместе.