Я мама вашего внука, или Как спасти репутацию

Глава 15. Откровенный разговор

Этот разговор не может продолжаться на лестнице. Мы почти бегом влетели на мой этаж, прошли по коридору и спрятались от посторонних ушей в квартире.

Конверт с отчётом быстрее прячу в комод и спешу в детскую, менять подгузник.

Мысленно ругаю себя, что не могу выучить это слово, оно же знакомое, но я всё равно повторяю название бренда. Да и вообще уже начала же подлавливать сына и приучать к горшку, но снова прогорела на том же самом…

— Татьяна, я не отстану. Хорошо, ты права, это страшно, потому расскажу о себе.

— Я не хочу вас обидеть, но моя ситуация плачевная, даже трагичная. Мне кажется, что лучше просто всё оставить так, как есть.

Пытаюсь её предостеречь от поспешных шагов, о которых она сама, возможно, пожалеет. Но Наташа настроена решительно.

Наблюдает за моей суетой и говорит:

— Мне в том мире стукнуло семьдесят восемь лет, и я умерла в одиночестве, прожила довольно насыщенную жизнь, работала в газете, потом бухгалтером. Единственный сын уехал жить и работать на север, меня на пенсии забрал к себе, но я там не прижилась, потому вернулась и умерла в нашей средней полосе. Уснула, а очнулась в пансионе, в теле Наташи. Богатейшей наследницы и хозяйки банка. И как ты сейчас борешься за своё право на свободу, также боролась и я. Удивительно, правда, что мы встретились. Мужу я не смогла признаться, совесть изводит каждый день. Но сказать о своём возрасте не могу.

Я застываю с пелёнкой в руках, она открыла сокровенную мне такую тайну, что и мужу нельзя сказать. Набираюсь смелости вздыхаю, чтобы не зарыдать сразу же и начинаю свой рассказ:

— Я тоже умерла, запущенный случай, операция не помогла. Осталась семья и двое взрослых детей, скучаю по ним так сильно, что порой выть хочется. Если бы не Даня, и не ежедневная забота о нём, свихнулась бы сразу. Четыре месяца даже по сторонам не смотрю, чтобы меньше замечать разницу миров, и в зеркало страшно смотреть. Разум с трудом принимает новую внешность. Только недавно перестала о себе думать в третьем лице. А тут ещё эта семейная война. Долго рассказывать, но бывшая свекровь не успокоится, пока не изведёт меня, и не уморит моего сына. Эта ненависть у неё не ко мне, а к матери Марка. Обратили внимание на портрет в гостиной? Я очень напоминаю Антонину Савельевну, Тимофей, как специально выбирал себе жену, чтобы лишний раз уколоть мать.

— Это ужасно. Понимаю тебя. Но ты что-то такое прочитала или услышала, что тебя заставило покраснеть и сбежать. Есть что-то ещё?

— Да, кажется, Таня украла у отца те драгоценности. Сейчас. Присмотри за Даней…

Я в какой-то момент стала с Наташей на равных. Мы с ней обе попаданки, обе незаконные «гражданки» этого мира. И с этой минуты повязаны правдой.

Быстрее достала из гардеробной коробку с книгами и рисунками. Но взяла лишь старую газету, протянула Наташе.

— Вот заметка про это колье. Она знала, и Тимофей знал про эту кражу. Он требовал от жены чек. Но Таня не отдала. Спрятала и сказала, что потеряла. И в тот момент муж проявил своё истинное лицо. Он ударил беременную жену. Мне об этом сказала Настя, и некоторые вспышки гневных скандалов я помню сама, не могла понять их причину, пока всё не расследовали.

Наташа быстро перечитала старые «Московские ведомости».

— Так, давай рассуждать логически. Банк не принял бы у Тани колье без документов. Это сто процентов. Будь оно краденное, то она или муж отнесли бы его в ломбард или скупщику. Документы собственности указаны. Но ты сдала только две вещи, браслет и колье. А тут упоминаются ещё серьги, тиара и перстень.

— Ты права. Я об этом не подумала. А не могло быть так, что это реально моё наследство? И остальные предметы кто-то украл у меня? — в этот момент у меня камень с души упал. Наташа во всём права. И я начинаю тихо всхлипывать, скорее от радости. Так боялась ещё и обвинения в воровстве.

— Не плачь, мы теперь понимаем, как искать и что расследовать. Сейчас пойдём ужинать и покажем заметку Дмитрию, у дела появилось продолжение. Кто бы не забрал эти драгоценности, он или она тебя обокрали. И ещё я завтра же поеду в банк, и сама проверю все документы на залог. Они многое прояснят. Всё, не плачь, носик покраснеет, а нам ещё ужинать в обществе привлекательных мужчин.

Она улыбнулась и обняла меня и прошептала на ухо:

— Танюша, ты теперь моя сестра, мы похожи судьбами. И нам нужно держаться вместе, чтобы поддерживать друг друга. И лучше, чтобы наша тайна оставалась с нами. Дима примет меня любую, но я не хочу разрушать его душевный покой. А у тебя дела ещё более суровые, ведь ребёнок на руках. Не говори никому правду. В подобных ситуациях, если что-то выйдет из-под контроля, отвечай, что пережила клиническую смерть и вернулась после общения с ангелами. Понимаешь?

Киваю и обнимаю сестру в ответ, за нежными сестринскими объятиями и слезами нас и застали удивлённые мужчины.

— Милые мои, что происходит? — Дмитрий Михайлович первый не выдержал и нарушил нашу идиллию.

Наташа нашлась что ответить:

— С этого момента мы сёстры, ближе самых родных. Вам, дорогие мужчины, не понять. Но это не метафора. Есть кое-что, что нас объединяет. Скажем, что у нас один ангел-хранитель.

Мужчины переглянулись, в недоумении пожали плечами.

— Сейчас подадут ужин, Таня, милая, ты себя хорошо чувствуешь? — Марк не выдержал и подошёл к нам. Взял на руки Даню и ждёт хоть какой-то моей реакции. А я думаю, как сказать про статью. И всё же отдала газету Дмитрию.

— Вот, это тот самый гарнитур. Я думала, что украла его по научению мужа. Но Наташа сказала, что без документов собственника, банк бы не принял драгоценности. Значит, кто-то обокрал меня. Или мачеха, или муж. Только сейчас сопоставила факты и поняла, что нужно искать.

Мы теперь ждём, когда Дмитрий прочитает заметку. Наташа ещё раз повторила гипотезу про документы, без которых банк колье бы не принял. И мы все основательно задумались над новым поворотом истории.

— И всё же, господа, пройдём в столовую, нам действительно есть что обсудить.

Марк решил взять всё в свои руки на правах хозяина. И я заметила, что он очень доволен. И эта радость не по поводу найденного наследства, а по поводу, что у меня теперь самая влиятельная женщина не просто в подругах, а названая сестра. С такой поддержкой нас вряд ли посмеют уколоть или причинить ощутимый вред, только немного нервы потреплют, но так с кем не бывает.

Неспешно вернулись в квартиру Марка Юрьевича и продолжили приятный, дружеский ужин, нет, теперь уже семейный. И в конце, за десертом мой «жених» объявил о своём желании жениться, чтобы не происходило вокруг нас.

Я думала, что это просто слова, но он поставил передо мной большой футляр, колье, серьги и помолвочный перстень.

— Дорогая моя, Татьяна, лучшего момента не смогу ждать, чувствую, что нас ещё немного будет штормить. Но в нашем обществе принято делать предложение в кругу семьи или среди близких друзей, поэтому я хочу просить у тебя согласие стать моей женой.

Удивлённо посмотрела на Наташу, а та почти как Настя утвердительно кивнула, подбадривая меня в принятии единственно верного решения.

— Я согласна, это очень неожиданно, но приятно, и главное, я теперь не одна.

Счастливый жених наклонился, взял меня за руку и нежно поцеловал. Гости захлопали в ладоши, не самые бурные аплодисменты получились, чтобы не испугать нашего Даню.

Чуть позже пришла Светлана и забрала сына в спальню.

— Только дверь закройте, пожалуйста, в квартире, — напоминаю няне, и она кивает, сама знает, что на нас идёт охота.

Нам подали восхитительный десерт и шампанское, и разговор продолжился, пока мы с Наташей секретничали, мужчины тоже многое обсудили по части дел Марка и по моему делу тоже. И теперь Дмитрий Михайлович решил внести ясность в некоторые детали. Я и забыла про мачеху.

— Мы к ней пока не приходили, но данные, какие можно собрать на поверхности, собрали. Она, как бы это сказать более деликатно, женщина не самых твёрдых моральных правил. Склочная, скандальная. В год у неё бывает по два-три суда. Она подаёт на салоны, ломбарды, на своих должников. На неё подают в суды её кредиторы и жёны любовников. Она ведёт разгульный образ жизни. Абсолютно неприятная особа. И я не советую вам с ней встречаться.

— Я и не собиралась, если честно. Нам хватает проблем с Зинаидой Юрьевной.

— Да, но выяснить про твой статус, про наследство, про колье, в конце концов, нужно, потому я всё же настаиваю, чтобы человек, какой-то очень опытный следователь, на которого не действуют женские истерики, посетил и поговорил с этой женщиной. А также нужно в Москве найти нотариальную контору, где есть копия завещания отца Татьяны.

Марк высказался и обвёл всех взглядом, не ища поддержки, он для себя всё решил. У нас открывается битва на два фронта.

— Да, у меня есть такой знакомый следователь в полиции, как только проверим все бумаги в банке и сопоставим факты, отправлю его к Тамаре Аркадьевне, пусть всё выяснит. Потому что есть ещё один неприятный момент, если завещание есть, и Татьяна в нём указана как правопреемница, то ей могут насчитать штраф за неуплату налога. Другими словами, всё равно вас ждёт пусть формальный, но суд, что наследство ваше только два предмета из гарнитура, а всё остальное было украдено, этот факт надо подтвердить, чтобы уменьшить сумму налога на собственность.

Дмитрий добавил перца в разговор.

— О нравы. Деньги обналичить не могла без мужа, а штраф платить обязана, — Наталья не выдержала и добавила свои революционные пять копеек в разговор. И она права.

Мы ещё долго обсуждали дела, и меня все успокаивали, что судебные разбирательства будут проходить по букве закона, и под опекой опытного адвоката, если все данные сойдутся воедино, то и волноваться не о чём.

Их слова, да Богу в уши!