Я украла личность своей госпожи и стала женой принца

Глава 33

— Ваше Высочество, к вам пожаловала ваша супруга, Её Высочество принцесса. — Бородатый мужчина в доспехах проводил меня в общую комнату казармы.

Там уже расселись за столами другие солдаты, видимо, в ожидании обеденной трапезы. Несмотря на лето, в этом помещении кажется холоднее, чем на улице. Наверное, всё дело в каменных стенах.

Солдаты, завидев меня, начали поглядывать в мою сторону. Их ауры переливаются самыми разными оттенками, от страха и благоговения до отвращения и похоти.

Только один человек здесь не имеет ауры, и я понятия не имею, что у него на уме. Он сидит с офицерами за отдельным столом, одетый в строгий чёрный мундир. Взгляд огненных глаз мерцает в полумраке комнаты, когда кронпринц обращает его ко мне. Интересно, я когда-нибудь привыкну к этому?

— Я пришла навестить вас, милорд. — Я сжимаю в руках ручку корзинки и стараюсь смотреть прямо на Морвина, не отводя взгляда. — И принесла для вас домашней еды. Не хотели бы вы… отобедать со мной?

Голос солдат становится тише. Те, что сидят ближе к нам, вовсе замолкают. Любопытство в их аурах направлено на нас с принцем.

Взгляд принца проносится по комнате. Он встаёт и коротко бросает мне:

— Это место не для вас. Проследуйте в мой кабинет.

Слова Его Высочества Статуи звучат как приказ. Безоговорочный.

Солдаты вокруг тут же боязно возвращаются к своей пустой посуде. Теперь все ауры сливаются в одно облако страха, смешанного с почтением и благоговением.

Кронпринц направляется к двери, а я иду за ним, стараясь сохранять изящество в походке. Его выверенные и твёрдые шаги отдаются эхом в коридорах казарм. Проходящие мимо солдаты, видя его, тут же выпрямляются по струнке, отдавая честь генералу. Страх и уважение — вот что его образ внушает им. Значит, его есть, за что уважать? Никогда не думала о нём в таком ключе.

Его шаги слишком быстрые, и уже спустя минуту я едва поспеваю за ним. Корзинка, что раньше казалась посильной ношей, теперь кажется неподъёмной, и я изо всех сил сжимаю её в пальцах.

Но вдруг он останавливается. Я пользуюсь этим моментом и нагоняю его. Не оборачиваясь, кронпринц забирает корзинку из моих рук. Холодное прикосновение его пальцев чёткое, но достаточно мягкое.

Мы продолжаем идти, но теперь он идёт гораздо медленней. Странно, он заметил, что мне приходится чуть ли не бежать за ним? Интересно, какие эмоции он сейчас испытывает: гнев, раздражение, жалость, отвращение? И способен ли он вообще на эмоции?

Принц распахивает передо мной дверь своего кабинета. Такого же аскетичного и простого, как его комната во дворце. Посреди комнаты стоит массивный деревянный стол, на нём разложена карта с кучей надписей и пометок. В углу — несколько придвинутых к стене прочных стульев. Небольшое окно здесь кажется бесполезным, ведь в него не проникает солнечный свет. Под ногами гуляет сквозняк.

Он входит молча и тут же направляется к стальным фонарям, зажигая в них керосиновые лампы. Комната постепенно озаряется тёплым светом, а воздух наполняется запахом, который я обычно терпеть не могу.

Я прохожу в глубь комнаты. Кронпринц бросает на меня короткий взгляд.

На пару секунд в комнате повисло молчание.

Словно что-то осознав, Его Высочество Статуя берёт у стены пару стульев и ставит их возле стола. Затем он без малейшего промедления сворачивает карту и откладывает её в сторону, устраивая на столе корзинку.

Вот так просто? Свернул, возможно, самую важную и дорогостоящую карту в этой стране и убрал её для того, чтобы освободить стол к обеду? Быть того не может.

— Присаживайтесь. — Он кивает на один из стульев, разливая что-то по двум кубкам, что стояли на одинокой тумбочке. Когда я располагаюсь за столом, кронпринц садится рядом. Придвинув мне один из кубков, он снова обращается ко мне. — Оно разбавленное. Напиться не получится.

Тц. Мне-то уж было показалось, что его отношение ко мне слегка смягчилось.

— Спасибо, что заботитесь о моей трезвости, дорогой супруг. — Я показательно поднимаю кубок. На безупречной маске Морвина появляется кривая усмешка. Он тоже берёт в руку кубок и делает пару коротких глотков.

Я открываю корзинку и начинаю раскладывать еду на столе. Сначала пирог. Сделав несколько ровных надрезов, я поворачиваю глубокую тарелку так, чтобы кронпринц мог взять кусочек.

Он внимательно наблюдает за мной. Кажется, будто ни одно моё движение не остаётся незамеченным под этим чутким взором.

Комнату заполняет звонкая тишина. Мы молча обедаем, время от времени обмениваясь мимолётными взглядами. Ко мне приходит осознание: впервые с момента неудачной первой брачной ночи я осталась с ним один на один. Да уж, неловко.

— Итак, не могли бы вы наконец поведать мне, зачем же вы пришли сюда на самом деле, Ваше Высочество? Казармы — не лучшее место для светских визитов.

Этот прямолинейный вопрос чуть не заставил меня подавиться кусочком пирога. Но я сохраняю самообладание.

— А разве жене непозволительно навестить мужа? Я подумала, что вам может быть приятно сменить солдатскую кашу и сухари на домашнюю еду.

— Какое неожиданное проявление заботы, миледи.

— Я думала, это входит в мои супружеские обязанности. — Отвечаю я, делая ещё глоток вина.

— Обязанности? Или за всем этим кроется какой-то расчёт? — Взгляд кронпринца обжигает, проникая под кожу.

— Вы можете сколь угодно искать во мне скрытые мотивы. Но я лишь хочу лучше узнать человека, за которого вышла замуж.

Он медленно откидывается на спинку стула, держа кубок в одной руке.

— И что же вы успели обо мне узнать?

— Что вас уважают. Солдаты видят в вас опору, настоящего генерала. Что несмотря на высокий статус, вы не питаете слабости к красивым и дорогим вещам. И что вы… избегаете меня.

— Так, значит, вы всё-таки пришли ко мне с каким-то вопросом. Так задайте же его, миледи.

— Скоро его задаст весь двор. Вопрос о наследнике. И что я должна буду ответить?

Он замирает. Его лицо, безупречная каменная маска, словно даёт едва заметную трещину. Я не знаю, что кроется за ней, но его взгляд на мгновение становится таким… человечным…

— Наследник. Вы правы, Ваше Высочество. — Он снова придвигается ко столу и отрезает себе новый кусок мясного пирога. — Вот только как нам его зачать? Если для этого придётся делить ложе. Вы ведь знаете, откуда берутся дети?

Да как он…

— К-конечно! — Робко отвечаю я, явно не ожидая от него такого странного выпада.

— И как мы будем спать друг с другом, если вы до сих пор смотрите на меня как на палача? В первую брачную ночь вы страшились каждого моего прикосновения. А я не монстр. И мне, признаться, не хочется делать это с женщиной, которой я настолько противен.

Что?

То есть тогда он ушёл не потому что я стала ему отвратна? А потому что он увидел мой страх и не захотел спать со мной против моей воли?

Слегка дрожащей рукой я отрываю кубок от столешницы и подношу его к пересохшим губам.

— А что если я скажу вам… Что более не страшусь вас?

— Тогда вы солжёте. Либо же эти слова будут частью вашей игры в послушную жену. А мы с вами уже договорились, что наедине друг с другом в эту игру играть не будем.

Молчание снова обрушивается на нас, заставляя утонуть в своих мыслях. Лазурный взгляд моего притворного обличия переплетается с пламенем его глаз. Словно лёд и пламя. И тот резонанс, что возникает в момент их соприкосновения, кажется почти осязаемым.

Мы оба запутались. Оба не может разглядеть друг друга под масками. И есть в этом что-то, что нас роднит.

Но кронпринц прав. Я солгала. Страх никуда не ушёл, он просто стал другим. Это больше не тот ужас, что пропитывал когда-то каждую частичку моего тела. Он превратился в страх неизведанного. Опасение того, что любая моя фраза или жест может стать точкой. И я даже не смогу понять, что произошло.

— Завтра я уеду на несколько дней. Нужно решить дела в Айнхайме. Уже по моему возвращении мы вернёмся к этому разговору.

Чёрт, он уезжает?

Это может стать проблемой и замедлить расследование. Мне срочно нужно исполнить задуманное, времени больше нет. Только бы подгадать момент…

Утвердительно кивая, я возвращаюсь к трапезе. Мы обедаем в тишине.

Кусочек спустя я уже чувствую насыщение и жду, пока Его Высочество Статуя доест оставшуюся часть пирога.

По окончании трапезы он встаёт, чтобы меня проводить.

— Хлеб и варенье я оставлю вам. Вдруг проголодаетесь до ужина. — Я стараюсь держаться спокойно и сдержанно. Но внутри меня бушует ураган.

Нужно срочно что-то придумать.

Я замечаю, как в углу стены что-то промелькнуло. Это шанс!

Имитируя испуг, я бросаюсь в объятия принца и одним неосторожным движением срываю с него амулет.