— Ты очень похожа на мою дочь. — Статный среброголовый мужчина с невероятно яркой аурой заметил меня, когда я подавала ему напитки.
Одет он был скромно, но со вкусом. Я заподозрила в нём путешествующего торговца или ремесленника. Мать говорила, что таких посетителей нужно обслуживать особенно аккуратно и тщательно, чтобы они оставляли щедрые чаевые. Постукивая пальцами по столешнице, мужчина вглядывался в моё лицо. Как ни странно, я не чувствовала исходящей от него угрозы, напротив, его мягкий взгляд внушал доверие.
В трактир захаживали разные гости. Волей-неволей, но мне приходилось считывать их эмоции, чтобы хорошо обслуживать. Почувствовать недовольство, предложить ещё напитков или блюд, если гость в хорошем расположении духа. Это облегчало работу, но… От ауры некоторых посетителей хотелось пойти наверх и отмыться чистотелом. Этот человек был не из таких.
— У вас всё в порядке? — Из-за спины послышался высокий голос, заставивший меня застыть на месте. Это была мать. — Официантка хорошо себя ведёт? Она вас ничем не оскорбила, не обидела?
Она знала о моих способностях. И почему-то мать строго-настрого запрещала рассказывать про них кому-либо. Тогда я ещё не понимала, зачем, но делала так, как она говорила.
Её костлявые израненные руки легли на мои хрупкие плечи.
— Всё прекрасно, не переживайте. Просто девочка принесла мне воды, хотя я не просил этого. — Белоснежная улыбка идеально дополняла и без того светлую и тёплую ауру мужчины. — Но жажда действительно мучила меня. Она столь юна, но уже очень проницательна.
Моё внимание зацепилось за сидящего подле него молодого человека. От похвалы взрослого господина в присутствии юноши я почувствовала, как кровь прилила к щекам. Красивый. Потягивая пиво, парень весь вечер смотрел в окно, но в этот момент вдруг перевёл острый взгляд фиолетовых глаз на меня. Я крепче прижала поднос к своему хрупкому тельцу.
— Да, Беатрис только двенадцать, но она уже незаменима в нашем трактире. — Отчего-то аура матери начала колебаться. Но мне было сложно определить, что конкретно она чувствует, особенно в присутствии этого мужчины с более сильной энергетикой.
— Двенадцать? Я думал, ей около десяти. — Большая ладонь незнакомца начала поглаживать щетину на лице.
— Она немного отстаёт в росте и весе.
Мою мать этот диалог начал утомлять, но она продолжала общаться с загадочным господином.
— Вот как. — Мужчина приложил пальцы к подбородку, а взгляд его немного притупился. — Всего на год старше моей дочурки. Может, девочка хотела бы поработать служанкой у крупного землевладельца? С кем я могу поговорить о её будущем?
Услышав это слово, я вздрогнула. Будущее. Живя в каморке на чердаке, лёжа на соломенной куче после четырнадцатичасовой смены, было бы странно размышлять о таких вещах.
— Со мной, господин. Беатрис — моя дочь.
Аура матери начала колебаться ещё сильнее, но в то же время она засияла каким-то новым, ярким светом. Однако это был не такой свет, как у мужчины. Он был подобен дрожащему пламени сальной свечи: немного раздражал и внушал странную тревожность.
— Я живу в столице. Моей дочери не помешала бы хорошая служанка, желательно ровесница, которая точно так же могла бы понимать её без слов. Не хотели бы вы, чтобы ваша дочь поехала с нами? Я готов гарантировать ей кров, пищу и хорошее обращение.
— Господин, не сочтите за грубость, но как я уже упомянула, Беатрис — незаменимый работник. — Мать наклонилась ближе к мужчине, слегка отодвинув меня вбок. Её голос стал тише. — А ещё она обладает редким даром. Магией ментализма.
Почему она вдруг решила сказать им об этом?
Незнакомец нахмурился. Юноша, с которым он ужинал, посмотрел на мужчину, приподняв бровь. Я невольно сосредоточилась на ауре этого парня. Густая, тяжёлая, даже немного вязкая. Того же цвета, что и его глаза.
— Вы меня заинтересовали. — Потирая одной рукой макушку, мужчина взял в другую стакан воды и сделал пару глотков. — Раз девочка — маг-менталист, скажите, она может считывать мотивы, мысли? Определять самочувствие и настроение человека?
Мать слегка подтолкнула меня в спину.
— Беатрис, расскажи этому господину, что ты умеешь.
Я посмотрела на неё украдкой. Прищурив глаза, она улыбалась. Раньше мне никогда не приходилось видеть улыбки матери, этот момент придал мне уверенности. Потому я искренне рассказала незнакомцу о своих способностях.
— Хорошо. Я так понял, вопрос денежный. Должен же я компенсировать утрату столь ценного для вас работника.
Мать покачала головой. Но по её ауре ощущалось явное воодушевление.
— Она не только работник, но и моя дочь…
— Просто назовите сумму.
Спустя полчаса я уже ехала в большой карете. Странный господин и сопровождающий его юноша сидели напротив меня. От вечерней прохлады я начала невольно дрожать. Чувства тоже были весьма противоречивыми, меня ведь только что продали незнакомым людям. И я, вероятно, больше не увижу свою мать.
Мужчина достал откуда-то из-за поясницы плотную шаль и протянул её мне.
— Не бойся, мы тебя не обидим. — Заговорил он вдруг.
— Я не боюсь. У вас светлая аура, вы хороший человек, господин.
Его тонкие губы расплылись в улыбке.
— Думаю, вы с Эллен поладите.
Кассиан аккуратно одёрнул меня за плечо. Точно, я ведь надела кольцо и тут же ушла в свои мысли.
— Да уж…
Выдыхая, я возвращаюсь к зеркалу. Отражение в нём пугает.
— Ну, насчёт маскировки мы можем не переживать. Теперь даже я мог бы вас перепутать.
Да, разницу заметит только тот, кто хорошо знал Эллен Лэстлайт. Барон пытается вести себя непринуждённо, но его аура изменила цвет на синий. Он чем-то опечален.
— Ты в порядке?
— Да. Всё хорошо. — Сухо отвечает он, возвращаясь на своё место. — Можешь идти к себе. Кольцо пока сними, завтра наденешь его после того, как выйдем из трактира. Закупимся и переедем в гостиный двор. Экипаж я уже нанял.
Кассиан знает, что я чувствую эмоции и легко распознаю, соответствуют ли они его словам. И тем не менее, он продолжает скрывать их за маской спокойствия. Интересно, зачем он так делает? Кого пытается обмануть, мага-менталиста?
Всё равно. Если меня это не касается, то и лезть не стоит.
Встав перед зеркалом, я снимаю кольцо с пальца. Мои волосы плавно от корней возвращают свой родной оттенок, а глаза моментально становятся тёмными, стоит мне моргнуть. Выглядит это настолько странно и необычно… Лучше об этом не думать.