Я украла личность своей госпожи и стала женой принца

Глава 7

Открыв глаза, я вдруг замечаю, что солнце уже взошло. Чёрт, я проспала! Нужно помочь принцессе с утренним туалетом. Помочь… принцессе…

Воспоминания о недавних событиях накатывают на меня слишком внезапно. Слёзы сами по себе начали падать прямо на колючие бежевые простыни. Хотелось бы, чтобы всё произошедшее было сном, но я понимаю, что это не так. Эллен Лэстлайт мертва, и мне больше не о ком заботиться.

Вчерашний вечер я помню смутно. Само наличие тёплой постели уже обнадёживает. Я оглядываюсь вокруг: комнатка не сильно отличается от того, к чему я привыкла. Скромные обои, односпальная кровать с простым постельным бельём из плохо обработанного хлопка, деревянная тумбочка с кувшином и стаканом воды. Просто и без излишеств.

Отодвинув одеяло, я обнаруживаю, что всё ещё остаюсь в синем бархатном платье, принадлежавшем моей госпоже. Значит, у меня не было сил даже чтобы переодеться. Тогда провалы в памяти не удивительны.

Смотрю в небольшое зеркало. Оно выглядит потрёпанными, но достаточно чистым для того, чтобы понять — его регулярно протирают, ухаживают за ним. Отражение в нём чуть не заставило меня отшатнуться назад. Волосы лежат как попало, некоторые пряди слиплись между собой. Даже после сна на лице видна усталость. Под глазами синяки, щёки впалые от изнеможения. Выгляжу, мягко говоря, не очень.

Подойдя к порогу комнаты, я прислоняюсь ухом к двери. Где-то рядом слышатся незнакомые голоса. Какой-то мужчина о чём-то спорит с женщиной, явно пожилой. Даже через дверь я ощущаю её страх и сожаление. Она пытается избежать конфликта, но незнакомец слишком настойчиво хочет поругаться с ней, продолжая наседать. Подонок. С другой стороны слышатся чьи-то шаги, поднимающиеся по скрипучей лестнице. Они становятся всё громче. Кто-то держит путь сюда, в эту комнату. Отстранившись от двери, я поправляю платье и быстро расчесываю волосы пальцами, понимая, что это вряд ли хоть немного улучшит ситуацию.

Короткий стук.

Лучше немного подождать, будто я не подслушивала у двери только что. Спустя пару секунд я все же решаюсь и, повернув в замке ключ, тяну дверь на себя. Она кажется хлипкой, но поддаётся с трудом.

На пороге стоит лорд Тинрейт. Выглядит он, конечно, значительно лучше меня. В синей рубашке и жилете с вышивкой из золотой нити барон смотрится весьма свежо. Будто ничего не произошло. Но по его мрачной ауре я понимаю: как бы хорошо дипломат ни выглядел, он не в порядке.

— Как ты себя чувствуешь? — Коротко спрашивает мужчина, осматривая меня с головы до ног.

— Это не важно, лорд Тинрейт. В свете вчерашних событий. Весь этот ужас ведь не приснился мне?

Он оглядывается, делает резкий шаг вперёд и, зажав мне рот ладонью, толкает внутрь комнаты. Захлопнув дверь, барон отпихивает меня и резко впивается взглядом в моё лицо.

— То, что произошло в лесу, должно остаться между нами. Никому нельзя об этом знать. — Мужчина процеживает каждое слово сквозь зубы. — Не говори об этом вслух. Если возможно, то даже не думай о произошедшем. У стен бывают уши. А где уши, там и рот.

— Х-хорошо, лорд Т-тинрейт. — Испугавшись его бурной реакции, я слегка заикаюсь.

— Умница. И можешь не обращаться ко мне столь официозно с сегодняшнего дня.

Взяв в углу комнаты стул, он приставляет его к кровати. Я смотрю на барона, не понимая, чего он хочет.

— Присядь. — Говорит мне дипломат, кивком указывая на кровать. — Ты и с принцессой была такой деревянной? Не припомню.

Упоминание покойной госпожи вызвало волну мурашек по моей спине.

— Нет, л… — Я запинаюсь и пытаюсь подобрать верное обращение к нему. — Лорд…

— Просто зови меня Касом. — Отрезает он, явно раздражённый возникшей неловкостью.

Как я, простая служанка, могу называть барона Кассиана Тинрейта, придворного дипломата и доверенное лицо Его Величества, который к тому же старше меня почти на семь лет, «Касом»? В голове не укладывается.

— Это непросто.

— Придётся привыкнуть. Мы теперь сообщники. Если мы и наедине будем общаться с соблюдением всех формальностей, это будет контрпродуктивно.

— Котр…что?

Мне стыдно, но я не слишком хорошо понимаю заумную речь образованных господ. Совсем деревенщиной меня тоже не назовёшь, учитывая, как долго я была при дворе. И тем не менее, лорд Тинрейт хорошо образован и прекрасно владеет такими словечками. Их значение мне в жизни не понять.

— Не к месту это. Вот и всё. — Говорит он на выдохе.

Сев на кровать, я стараюсь держаться от него подальше. Барон, конечно, сдерживает эмоции, но ауру свою изменить слишком сложно. Всё равно ощущается тяжесть его внутреннего мира, состоящего из коктейля подавленных чувств и запертых на замок мыслей. От этого рядом с ним мне некомфортно.

— Нам надо решить, что делать. — Продолжает мужчина, потирая виски. — Пока мы живём в этом трактире, нельзя выдавать, что мы как-то связаны с государственными делами. Так что старайся ни с кем тут не разговаривать. Мы просто едем в столицу на приём и решили остановиться тут. Это ты поняла?

— Поняла. — Коротко отрезаю я. Мне не нравится, что он разговаривает со мной, будто я идиотка, но сейчас я и правда туго соображаю. — Что дальше?

— Придётся быстро подготовить тебя к роли принцессы. У нас максимум неделя, больше нет возможности тут быть. Эту задержку можно списать на сложности, возникшие в дороге. Больше — заподозрят неладное.

Дипломат встревожен, когда говорит об этом. Его аура то и дело колеблется.

— Но как мне притворяться принцессой? У них же наверняка есть представление о том, как выглядит Эллен Лэстлайт.

— У меня есть одна идея. Но сначала — этикет, знания о светском обществе и умение держаться при дворе. — Барон опускает голову и начинает потирать шею сзади. — Без этого тебя разоблачат, даже если ты будешь полной копией принцессы.

— Но я знаю этикет…

— Ты знаешь его как прислуга. — Мужчина тут же перебивает меня.

Рада, что мне всё же не приходилось общаться с лордом Тинрейтом ранее. Он не самый приятный собеседник.

— Не сочтите за наглость, но я даже не соглашалась на осуществление этой безумной затеи.

Мужчина громко выдыхает и прикладывает руку ко лбу. Его аура бушует всё сильнее, кажется, он вот-вот взорвётся.

— Мы оба понимаем необходимость этой, — следующее слово он явно выделяет голосом, — «безумной» затеи. Давай не будем делать из этого ещё одну проблему. Скажи, у тебя есть другие варианты, как нам выжить, найти виновников и сохранить мир между Арканией и Велмаром?

Мне нечего ответить барону. Потому я просто молча продолжаю слушать его.

— Рад, что мы нашли контакт. — Он откидывается на спинку стула. Разбушевавшаяся аура становится более ровной, колебания замедляются. Дипломат всё ещё напряжён, но держит себя в руках. — Так вот. Проблема в том, что ты знаешь этикет «снизу». Опускаешь взгляд, лебезишь, прислуживаешь.

Да что он о себе возомнил? От недовольства я показушно фыркаю. Барон не обращает на это никакого внимания.

— Даже сейчас. Я дал тебе понять, что со мной не нужно больше вести себя как прислуга. Но ты всё равно обращаешься ко мне на «вы». Первый промах.

Конечно, мне сложно общаться с титулованной особой на равных. Моё детство прошло там, где жизнь ничего не стоила. В отличие от аристократов, родившихся с золотой ложкой во рту.

— С сегодняшнего дня учись держаться гордо и не опускать взгляд. Нужно, чтобы всё в тебе выдавало уверенность.

— Хорошо, Кас…

Когда мои губы произносят вслух короткое имя барона, перед глазами возникает образ принцессы. Только она называла его так. В груди что-то неприятно защемило.

— Умница. — Мужчина кивнул и встал со стула. — Приводи себя в порядок и спускайся к обеду. Потом я приду к тебе, будем разучивать этикет.

Следующие несколько дней прошли весьма странно. Они совсем не вписывалась в мой привычный образ жизни. От того, что не нужно присматривать за кем-то, помогать, сопровождать, поддерживать… было как-то не по себе.

Кассиан Тинрейт учит меня этикету. Как правильно приветствовать и разговаривать, различать титулы, делать реверансы, есть и пить. Признаться, обучение даётся мне с трудом. Барон прав, я привыкла служить и лебезить, что никак не вяжется с королевской статью принцессы, рождённой в аристократической среде. Особенно мне не достаёт мягкости и плавности, какой обладала Эллен. В движениях, жестах, взгляде.

— Ещё раз! — Командует дипломат, видя, как старый блокнот, который мы одолжили у хозяина трактира, начал сползать с моей головы во время ходьбы.

Я возвращаюсь на исходную позицию и кладу на голову тонкий переплёт. Сделав лёгкий реверанс, поднимаю взгляд на мужчину. Его аура уже более спокойная, нежели в начале обучения, когда каждое моё неловкое движение вызывало у него явное раздражение. Но нужно отдать должное — он неплохой учитель. Сдерживает эмоции дипломат тоже весьма неплохо, ведь несмотря на внутреннее напряжение, он ни разу на меня не сорвался.

Шаг, два, три. Чувствую, что блокнот снова соскальзывает. Стараюсь держать спину ровнее, но процесс необратим. Раздаётся шлепок. Кассиан шумно выдыхает.

— Что же с тобой делать?

Мужчина встаёт с края кровати и, обойдя меня, подходит почти вплотную сзади. Его ладонь ложится между моих лопаток. Слегка придерживая плечо второй рукой, он мягко давит на позвоночник.

— Осанка начинается здесь. — Ладонь мужчины скользит чуть ниже и нажимает на поясницу. — И здесь. Важно держать не только голову и плечи, всё твоё тело должно рисовать невидимую ось. Понимаешь?

От этих прикосновений я вздрагиваю, послушно выпрямляя спину в указанных точках. По рукам едва ощутимо ползут мурашки.

— Понимаю. — Коротко отвечаю я и, сделав шаг прочь от мужчины, поднимаю блокнот.

— Тогда повторяем снова. Если уронишь блокнот, я затяну на тебе корсет и заставлю ходить в нём весь день.

Раньше я и не думала, что барон Кассиан Тинрейт такой прямолинейный и в чём-то даже беспардонный. Со стороны он казался обходительным, настоящим джентльменом. Но, возможно, на меня его «джентльменское» поведение не распространяется, ведь я простая служанка, с которой ни к чему обращаться бережно. Пару раз за эти несколько дней наших упорных занятий мне показалось, что за его жестами может крыться что-то большее. Но нет. Когда я считывала его эмоции, там не было ничего, что выдавало бы симпатию или какой-либо романтический интерес.

Тем не менее, его угрозы подействовали хорошо. Мне наконец-то удаётся пройти заданную дистанцию, не уронив записную книжку.

— На сегодня закончим. Всё время старайся контролировать осанку.

Барон, стоявший в углу комнаты и наблюдавший за мной, отталкивается от стены и проходит мимо, на ходу снимая блокнот с моей головы.

— Завтра это будет книга по истории Тэнрейна. И если ты её уронишь, мало не покажется. Я накажу тебя самым неприятным образом.

Хочется спросить, каким же, но я не решаюсь. Не стоит лишний раз нарываться.