Защитники для особенной

12

— Умница. Ты нашла это место, хотя я не надеялся, что сможешь. Ты так слаба… Мне даже показалось, что ты сдалась ей… — Он шепчет, опаляет дыханием кожу и я хочу прильнуть к нему в ответ, чтобы немного скрыться от всего мира. Доверчиво сжаться, чтобы он пообещал, что всё пережитое — просто не правда. Или дурной сон, который снится мне вторую ночь.

Я хочу, чтобы они оба закрыли и уберегли меня. Тону в его запахе и тепле, мне так хорошо становится… Я ни секунды не задумываюсь над тем, что они меня сдадут. Хотя нельзя им доверять, совершенно точно нельзя.

— Что вы тут делаете? — Я дёргаюсь, чтобы Киприан отпустил моё лицо и отхожу, немного подобрав юбки. Реальность накрывает и всё не так радужно, как кажется. Мне нужно быть только на своей собственной стороне, чтобы сохранить себя. Чтобы не сойти с ума.

— Мы ищем это место всё это время, пока ты борешься с Паулиной и самой собой, — произнёс холодно Александр. Если что-то и изменилось, так это его отношение ко мне. Он стал отстранённый и совсем не волнуется обо мне. Кажется, ему просто всё равно, но на самом деле, я так не думаю. Он словно специально закрылся.

Может… Это прозвучит глупо и немного смело. Но… Может, он просто боится той боли, которую я ощущаю? Может, закрыться в себе ему необходимо для того, чтобы сохранить свой разум в порядке?

Не знаю. Но он другой. И Кип сейчас относится ко мне теплее и ровнее, чем Алекс. Хотя было ведь наоборот.

А словам мужчин я верю. Может, нельзя. Может, они снова меня использовали, чтобы найти эту дверь, но я киваю и снова подхожу к двери.

— Если вы ждали этого и искали, значит, знаете — что там. Что? — я хмурю брови и уверенно смотрю на мужчин.

— А ты не чувствуешь? — Киприан удивился, судя по голосу. Я вздыхаю.

— Чувствую. Я чувствую ту же энергию, что исходит из Бесконечных каждый раз, когда я их беру в руки. Но ещё я чувствую что-то большее. Словно зайти туда будет моей ошибкой, — я могу и преувеличивать, но одно я знаю точно — нельзя мне с ними объединяться. Противопоказано.

— Почему?

— Ты, конечно, не поверишь, Александр, — смотрю на охотника. — Но чувства объяснить невозможно. — усмехаюсь мужчине. В полутёмном коридоре с неярким лунным освещением, он выглядит очень устрашающе. Его кожа кажется совсем тёмной, каждый изгиб огромного тела говорит о том, как он напряжён. Мужчина вооружён и опасен, ему ничего не стоит вонзить в меня свой кинжал и закончить именно сейчас мою жизнь. Но он этого не сделает. Не знаю, почему я в этом уверена. Но я им нужна.

И то ли поэтому, то ли потому, что он тоже что-то ко мне чувствует, они оба постоянно рядом.

Словно… Действительно следят за мной и присматривают. Чтобы ничего точно не случилось.

— Поверю, — коротко отвечает он.

Киприан тем временем присаживается к замку и ощупывает. Я молча даю ему свою шпильку и мужчина быстро начинает ею ковыряться в замочной скважине.

— Ладно я, — прижимаюсь лопатками к стене, словно подросток, интересуясь у мужчины, который работает над замком. — Но что вы тут ищете? Кажется, работа на Паулину вам очень даже нравится.

— Мы не работаем на неё, Ева, — ответил Кип. Я вздрагиваю и хмурюсь. Неужели, первая правда? Неужели, я слышу вот это? То, что страшно было представить. Но тем не менее, то, что очень даже приятно слышится.

— А на кого? — сглотнула тихо, присев на корточки и ожидая, пока Киприан закончит с замком. Алекс делает то же самое, рядом. Даже не пытаясь помочь, словно во взломах замков он так же хорош, как и я.

— Думаешь, за нами кто-то стоит?

— Уверена, — киваю. Это правда. Теперь сомневаться в том, что они работают для кого-то — я не могу. И они сами признались, что это не Паулина. Да и то отношение Паулины к охотникам и хранителям кажется мне странным и очень пренебрежительным. Она видит цели и не видит преград, что кажется мне очень эгоистичным. Ведь в любом случае нужно быть и оставаться человеком. Она же, словно, с ума сошла.

— Пусть будет так, — пожимает плечами Киприан и сосредоточенно возится с замком дальше. Он щёлкает и словно поддаётся, но мужчина работает дальше, ибо пока он закрыт.

— Мне теперь так всё равно, — иронично произнесла я. — После всего, что вы сделали…

— А что мы сделали? — спрашивает Александр, наивно и как-то по-детски. Словно действительно не понимая моих чувств.

Но, кажется, он спрашивает это затем, чтобы понять меня. Почему-то я именно в этом уверена. Он словно цепляет меня за то, в чём не уверен сам.

Я не успеваю ответить. Эхом раздаётся щелчок и дверь с тихим скрипом раскрывается. Киприан отдаёт мне шпильку и я её перехватываю удобнее, чтобы было хоть чем-то обороняться. Александр на это усмехается и вздыхает.

— Ты не должна сейчас бояться. Тут ты можешь быть гораздо сильнее. И при желании прыгнуть во времени.

— У меня нет сил для этого, — смотрю на мужчину, расправляя платье. Стряхивая с него невидимые в темноте пылинки и гордо выпрямив плечи.

— С помощью камней может появиться. Но прошу тебя не делать поспешных выводов и прыгать едва появится возможность. Веришь или нет, но ты нам обоим очень нужна, — Хранитель улыбнулся мне.

— Говоришь мне это только сейчас, Киприан? — я хмурюсь. А он быстро подходит и заставляет меня сделать пару шагов назад, чтобы наткнуться спиной на Алекса и оказаться между ними.

— Чтобы освободить пленников Паулы, я готов и не на это, — шепот Киприана обезоруживает. Я буквально таю в его руках и даже тихо всхлипываю, понимая, насколько он мне всё ещё дорог. Как и, собственно… Что же со мной творится? Почему я не могу с ними рядом даже дышать? Почему всё тело сковывает от их близости каждый грёбанный раз?

— И чтобы освободить моих родственников от влияния этой сумасшедшей — тоже, — добавил Александр.

Я тихонько стону и хнычу. Голова трещит и я слышу звон в ушах. Мозги просто плавятся от всей информации, что я в последнее время получаю от них.

— Почему бы всему миру просто не оставить меня в покое? — я качаю головой. Сдерживаю всхлип, чтобы нас не услышали.

— Невозможно, ибо ты одна из важнейших людей в истории, — Кип снова гладит мою щёку. — Просто потерпи немного. И постарайся нам довериться.

— Ещё чего?! — я зло смотрю на мужчину. — Довериться после того, как вы растоптали меня? Поверить, что всё это ради меня или мира? Ты себя слышишь? — голос немного охрип и мне сложно думать. Всё, что происходило до этого между нами, кажется детской игрой. Я именно сейчас схожу с ума от напряжения и одновременно — от сильных чувств, переполняющих всё моё нутро.

— Понимаю, — слышу я горячий шепот в ухо. — Нам двоим ещё долго восстанавливать твоё доверие. Но… Дай нам шанс исправить всё. Мы совершили ошибку, выбрав неправильную стратегию. И теперь нам нужно немного больше времени, чтобы ты снова была только нашей… — горячее дыхание заставляет меня забыться. Прикосновения жалят кожу. И одновременно дарят покой.

— А это вообще возможно? Потому что я не верю, — тихо всхлипываю.

— Да. Это возможно, ещё и как. Веры порой недостаточно. Ведь твои слёзы именно о твоих чувствах к нам, крошка, — Киприан ловит слезинку и убирает её с щеки.

— Или о боли.

— Или о боли… — не спорит мужчина. — Идём.

Едва мы минуем тяжёлую дверь и остаёмся наедине в узком и очень холодном коридоре, ведущим вниз, становится не по себе. Я обнимаю себя за плечи, но шагаю дальше, ведь всё нутро так и зовёт меня идти дальше, ниже.

Александр идёт позади меня и вскоре зажигает факел, а я впервые залипаю на этот неотъемлемый атрибут этих лет. Я и не задумывалась, что когда люди стали использовать воск, они по-прежнему пользовались и вот такими красивыми факелами. Он выглядел не как в совсем древние времена. Резная серебрянная ручка, аккуратная окантовка металла, наконечник, обмотанный тканью. Скорее всего, ткань пропитана каким-то маслом, ведь огонь яркий и вполне освещает нам путь спереди и сзади. Создавая ламповый свет и приятное мерцание.

Я осматриваю стены. Тут уже нет обработки, колонн или окон. Мы словно резко попали в пещеру, которая к тому же влажная и очень грязная. Подол моего платья сразу тяжелеет от грязи, а туфли пачкаются. Но, думаю, это не так страшно, как остановиться, вернуться на праздник и не попробовать узнать, что именно тут скрывается.

Я и так предполагала, что Паулина держит в своих владениях какое-то место, где сосредоточены все Бесконечные. Я понимала все эти пару дней, что мне нужно будет их найти, если я выживу.

Сейчас моё состояние здоровья совсем не соответствует норме. Я слаба и очень нуждаюсь в медицинской помощи. Но сейчас это просто невозможно. Сейчас нам нужно сперва дойти до конца. И я снова с ними. Я снова иду с охотником и хранителем, снова доверяю им свою жизнь и хочу…

Нет.

Я не хочу, чтобы всё было по-настоящему. Я не хочу, чтобы они оба снова доказывали мне свою преданность, свои чувства и то, что они на самом деле другие.

Анализируя всё, что произошло с нами до того, как они меня забрали сюда, я понимаю, что оба мужчины были максимально сдержанные. Они не особо настаивали на чём-то, они словно прыгнули во время, когда на нас с отцом и Натой напали только затем, что это нужно сделать. А не затем, чтобы действительно нас спасти. Немного шокированная встречей с отцом, я не ожидала, что они вообще появятся в моей жизни так скоро и неожиданно. Да и после я поверила им только потому, что до этого верила. Они сделали всё возможное, чтобы я была сейчас заложницей собственных чувств. Оставляя всё, как есть и просто наслаждаясь маленьким путешествием в прошлом, я приготовила себе ужасный исход, который чуть не стоил мне собственных чувств.

Теперь мне стало действительно интересно, почему они оказались так вовремя — в нужное время, в нужном месте.

Замираю и разворачиваюсь, заставив Александра быстро остановиться вслед за мной и удержать повыше факел, чтобы не сжечь мои волосы. Киприан отходит немного в сторону и уверенно кивает вперёд:

— Идём дальше.

— Погоди, — произнесла я. — У меня есть вопрос, на который сейчас мне нужен ответ.

— Именно сейчас? — удивился Александр. — Не терпит?

— Нет, — уверенно смотрю наверх и щурюсь. — Как вы получили записку с нужным временем и местом и Бесконечный? — чувствую дежавю, словно спрашивала уже.

— Мы её получили через почтальона, — ответил негромко охотник, нахмурившись. Словно соврав. — Весьма вовремя. А зачем тебе это?

— Я не понимаю, когда это сделаю. То есть, всё идёт к тому, что у меня появятся причины вас позвать в то время и попасться на крючок. Чтобы вы намеренно меня сюда привели. И я пока не понимаю, зачем.

— Может, скоро мы найдём ответ на этот вопрос? — Киприан улыбнулся.

— Какая может быть причина, чтобы я решилась добровольно себя же сдать вам? Чтобы вы меня обманули, ослабили и привели к моему врагу? Чтобы я пережила этот ад? — я хмурюсь. Вера, что я себе не враг всё ещё теплится глубоко в груди. Но всё же неумолимо угасает

— Ты преувеличиваешь, Ева, — произнёс Александр. — Мне кажется это диким удовольствием, что я сейчас рядом с тобой. Хоть ты теперь относишься к нам по-другому… А… Твоё доверие ещё можно вернуть. Если ты позволишь.

— Я не хочу! — шиплю. — Я совсем не хочу, чтобы вы оба меня принуждали теперь и к этому. Если уж и говорить о нас… Так только если начинать всё сначала. Без лжи, боли и ненависти. И немного позже, когда я буду к этому готова.

Неосознанно, но я обозначаю границы, которые помогут мне не потерять саму себя в этом водовороте событий. Я поджимаю губы, отхожу немного от них и уверенно рассматриваю обоих любимых. То, что я их люблю — в этом нет сомнений. Но теперь нам нужно будет все отношения строить иначе. Совершенно иначе.

— Всё же ты прекрасна в этом платье. Я не могу этого не сказать, Ева, — улыбнулся Александр. — Мне жаль, что так всё произошло. Но, может, вскоре ты действительно решишь, что сделала верное решение? Мы были в современном мире, ты нас познакомила со своей реальностью, со своими близкими людьми. И это, скажу я тебе, чертовски волнительно. А всё, случившееся после, — вынужденная мера, чтобы сейчас мы стояли там, где стоим.

— Нужно было иначе. Нужно было не предавать меня и мои чувства, Александр.

— Мы оба и сами не поняли, почему резко стало так невыносимо от твоей боли, ненависти и злости, — Киприан обходит друга, ловит мою руку и уверенно кладёт её на своё плечо. — Позволь, маленькая принцесса, тебя вести дальше.

— Какая из меня принцесса, Киприан? — улыбнулась я. Не могу не улыбнуться, ведь его действие тепло отозвалось в моей душе.

— Самая драгоценная, уж поверь, — улыбнулся сзади Александр.

По мере того, как мы спускались по холодному и влажному коридору, становился гуще воздух. Но одновременно с этим словно весь мир стал гудеть и вибрировать от большой энергии. Казалось, что только опора в виде Киприана мне и помогает держаться на ногах. И, судя по всему, чувствовала это только я, потому как оба мужчины ровно и уверенно шли дальше.

А вот мне стало совсем не смешно. Когда меня ощутимо замутило, а коридор залило бело-синим мерцающим светом. Где-то впереди была наша цель. Где-то впереди нас что-то ждало. И несмотря на совершенно ужасные ощущения, я бы сорвалась и побежала в этот свет, прекрасно зная, что он не сулит мне опасность и поможет обрести настоящую жизнь, о которой я мечтаю столько лет.