Защитники для особенной

5

Чтобы хоть немного отвлечься, я сама принимаюсь готовить мясное жаркое. На кухне сразу появляется приятный запах, от которого вырабатывается слюнка и хочется поскорее поесть.

Папа дал свои вещи обоим мужчинам, так что каких-то минут десять их просто нет на кухне, что позволяет мне выдохнуть и немного расслабиться. Мои чувства практически накрывают с головой и приходится делать большие усилия, чтобы не сдаться и не раскрыть саму себя. Не смотреть на них и ничего не говорить лишнего. Но от одной мысли о них меня кидает действительно в дрожь. Не говоря уже о том, что я безумно хочу в их объятия…

Мы не спеша кушаем. Папа не расспрашивает их обоих больше, а я занята Натой и блокнотом. Подруга пришла к нам на кухню, едва запахло едой и с аппетитом уплетала свою порцию, запивая чёрным чаем. Девушка действительно шла на поправку, хоть и ещё медленно ходила.

Удивительно, но даже в 1993 году было такое ощущение, словно я в своём времени. Ведь это по сути так и есть — через два года я появлюсь на свет. Конечно, это не 2017 и ещё много чего нет, но тут мне комфортнее, чем в более древних веках. Тут уже есть те удобства, которых мне так не хватает в моих путешествиях.

Была бы моя воля и я бы точно жила спокойно в своём времени. Никогда бы никого не убила и просто строила свою жизнь, никому не мешая и не бежа столько лет от неизвестного и страшного врага. Интересно, эта погоня когда-то закончится или нет?

— Малышка, — зовёт меня тихо папа, отрывая от чтения одной из записей о камнях. Читала уже в который раз и всё так же не могла понять смысл создания этих камней. Ведь по сути кто-то захотел повторить наш дар и создать то, из-за чего нас можно отследить. Они настолько чувствительны, что могут чувствовать нас и наше появление в том или ином году. И наоборот. Мне удаётся отследить их след и понять, есть ли при охотниках образец Бесконечного.

Хотя… Вряд ли Бесконечные камни — это не такая же ошибка природы, как мы, путешественники.

— А? — смотрю на папу и улыбаюсь. Не могу при виде него быть серьёзной, ведь эти несколько дней с ним скоро закончатся, уверена, а больше я не смогу никак снова его увидеть. Не хочу мешать жить нормально и воспитывать своих детей с любимой женой. Как бы мне их не хватало, я уже взрослая и могу за себя постоять сама. Действительно могу.

— Я оставлю тебе этот блокнот, — улыбнулся он. — Долго оставаться в Англии я не могу, да и, кажется, мы привлекли в этом времени внимания не меньше, чем ты в будущем. Так что… Мне нужно вернуться к твоей маме и постараться сделать всё, чтобы это твоё будущее было именно таким, — папа сделал правильные выводы из нашей встречи. Да, каким бы не было наше прошлое и будущее, лучше сейчас оставить всё так, как будет или было. Пока что менять всё это просто бессмысленно. Какая разница, буду я знать в детстве, что особенная, или нет? У меня будет счастливое детство. И всё остальное сейчас не имеет никакого смысла.

— Да, — киваю, совсем не обращая внимания на то, что они оба тут и слушают каждое слово. — У меня пятнадцать лет была нормальная жизнь.

— Чувствую, что это правильное решение, — кивнул мой папа. — Никакой загадки в том, что ты после и переняла мой дар — нет. Ведь именно после смерти предыдущего путешественника дар идёт дальше по родовой ветви. Знаешь, как бы ты не злилась, но нам эта встреча нужна была для того, чтобы ты спасла Наташеньку и встретилась с этими охотниками. Я бы посоветовал вам недолго побыть в будущем и вернуться в Европу. Там легче затеряться, насколько я понимаю.

— Всем? — я практически подскочила. Папа, верно, пошутил. Ибо я не собираюсь путешествовать с Алексом и Кипом. Ни из страны, в страну, ни во времени. Эта затея кажется мне такой глупой, что я передёргиваю плечами и фыркаю.

— Всем. Кажется, ты не понимаешь, что они предали всех, на кого, так или иначе, работали, чтобы сейчас ещё раз спасти тебя. И нас, конечно, — папа словно встал на сторону мужчин, уверенно доказывая мне, что я ошибаюсь. И будь я в этом уверена на все сто процентов, то не спорила бы.

Но пока слишком много случайностей. И это толкает на мысли, что все эти случайности не случайны. Точнее, я почти уверена в этом.

— Мы бы и сами справились, — ответила я.

— Упёртая. Вся в меня, — папа рассмеялся. — На них обоих открыта охота.

— Это правда? — я перевела взгляд на мужчин, которые спокойно попивали чай.

Кип отставил чашку и кивнул.

— Да, с тех пор, как я отдал тебе камень и ты сбежала — произошло много всего. Как у тебя, так и у нас. Но… Мне нечего скрывать. Потому скажу при твоём отце и подруге: мы никуда от тебя не денемся. Как бы ты не пыталась нас оттолкнуть или напускать на себя вид, словно тебе всё равно — мы знаем правду, — он говорит уверенно и смотрит в глаза, пробивая своими словами меня насквозь. И, увы, это правда. Они прекрасно знают, как я к ним отношусь. А потому, я практически бессильна перед ними.

— Это ничего не меняет. Я должна найти сама Паулу и разобраться со всем тоже сама, — уже слабее гну свою линию, всё ещё надеясь оттолкнуть их обоих от себя. И как можно дальше, чтобы во всём разобраться самой.

— Нет, — Алекс тоже уверенно посмотрел на меня. — Ты вообще не должна этого делать. Но если ты хочешь избавиться от преследований навсегда — мы тебе поможем, — улыбается, сражая наповал своим медным взглядом.

— Пап, Ната, мы выйдем, — всё же не выдерживаю и встаю, но папа встаёт тоже, кладёт мне руку на плечо и заставляет сесть обратно.

— Не нужно, мы пойдём с Натой приляжем. Девочка ещё слаба, а мне утром нужно будет уже отправляться в дальнюю дорогу, — он тактично напоминает, что завтра мы с ним расстанемся. Увы, но это факт. Мы должны преодолеть и это.

Они уходят, а я быстро глотаю чай, промакивая горло и набираю воздуха побольше, чтобы произнести:

— Зачем? Зачем вам это нужно? Потому что вы и сами оказались в такой ситуации, в которой жила я столько лет? За вами охотятся и вы не можете оставить это безнаказанным, — усмехаюсь. — Или почему? Потому что мы с вами ближе, чем с остальными? Потому что у нас что-то было?

— Если ты отрастила колючки — это не значит, что от нас можно так просто избавиться. Мы оба заявляем свои права на тебя, — уверенно говорит Александр. Он не собирается отступать.

Я откинулась на спинку стула и глубоко вздохнула.

— Ты не можешь так говорить, — улыбнулась. — Как минимум потому, что я воспитана и жила в другом мире и на много лет позже родилась. Я росла в другой вселенной, ведь окажись вы в 2017 — сойдёте оба с ума.

— А если нам обоим всё равно? Смотри, — Кип подвинулся ближе и поставил руки на мои подлокотники. Преградил мне путь к отступлению и почти что навис надо мной. Я нервно сглотнула, чувствуя, что просто не готова ко всему, что он мне хочет сказать. А он продолжает:

— Чтобы не сойти с ума и больше не позволять охотникам тебя находить, ловить и… Далее-далее, ты решила идти наперекор и сама им, или нам, пакостишь, мешаешь и отправляешь в своё время. По сути — это правильно и даже человечно, по сравнению с тем, что они хотят сделать с тобой. И что хотели мы. Но… Ты ведь всё это выбрала не просто так. Иначе бы мы встретились гораздо раньше.

— О чём ты? — я прикинулась, что ничего не понимаю. Хотя смысл его слов буквально кричит о том, что они поняли — я специально обхожу последнего охотника и хранителя Бесконечного по кривой. Чтобы не ранить, и без того раненную, душу.

— О том, что ты знаешь где нас искать. Знаешь же. Потому и эта чёртова записка вместе с камнем появилась тогда, когда тебе нужно, — прищурился блондин, уверенно говоря о том, что всё же именно я передала им эту записку.

— Я этого ещё не сделала, — шепчу я в ответ.

— Что только подтверждает мои слова. Ты нарочно уничтожаешь всех, кто причинил боль и отнял свободу у тебя, меня и Алекса, — усмехнулся Хранитель. Он прекрасно понимает, что я в таком же шоке, как и они сами.

— И? — не выдерживаю я.

Но Кип больше ничего не говорит. Он просто впился в мои губы, глубоким и вкусным поцелуем в момент разрушая все те стены, которые я весь день и пол вечера возводила.

Обхватываю его шею и целую в ответ. Я не могу от него отказываться. Пока они оба держат дистанцию — мне легко даётся самоконтроль. Но если один из них заставляет меня вспомнить всё, что я чувствую… Всё, весь мир переворачивается.

Он чувствует мою отдачу и моментально поднимает меня и садит на стол, чтобы не так сильно наклоняться. Киприан давит на меня своей силой и целует так откровенно, что я чувствую сильный прилив чувств и тепло где-то внутри. Он согревает своим ответным теплом, я бы даже сказала пожаром, и нежно гладит по щекам. Поцелуй хоть и настойчивый, но меня сносит именно от чувств, с которыми он со мной делится.

— Я тоже хочу, — слышу справа и тут же отстраняюсь от Кипа. Он усмехается и отпускает, хоть и явно не хочет этого. Александр быстро оказывается на его месте и тоже целует, но коротко, пока до меня медленно доносится смысл их слов и действий. Они оба спокойно поменялись местами, словно принимая и понимая — как сильно я нужна им обоим. И прекрасно зная, что они нужны мне. Охотник смотрит на меня своими медными глазами и ищет что-то в моём взгляде. Словно убедиться хочет, что я откровенна.

Мне страшно осознать, что всё будет не так, как я себе придумала. Страшно принять, что я не могу сопротивляться. И не хочу, если честно. Я глажу подошедшего Алекса по щеке и улыбаюсь. Вполне искренне и немного наклоняя голову. Надеясь, что они мне верят. Хотя бы.

— Правда готовы увидеть мою реальность? Будущее? Даже если оно будет для вас шокирующим? — интересуюсь. Теперь сомнений почти не осталось — я отправлюсь с ними в будущее и мы должны будем сосуществовать вместе.

— Вряд ли ты или будущее сможете нас удивить больше. Мне лично стало всё равно на детали тогда, когда я принял раз и навсегда твою сторону. В ту ночь, — охотник шепчет всё это мне в ухо, согревая и признаваясь мне в том, в чём так сложно признаться. По себе знаю. Не доверять всем вокруг гораздо легче, чем позволить себе доверять хотя бы кому-то одному.

— Алекс… — я приближаюсь сама и улыбаюсь снова, чувствуя его дыхание своими губами. — Всё что я иногда делаю вам может не понравиться, — тихо шепчу я. — Пойми, мне действительно невыносимо от мысли, что твои родственники вообще существовали и могли найти меня в любом времени. Я хочу знать, зачем Паулине объединяться с ними и искать меня. Ведь я, хоть и тоже путешественница, но весьма не последняя.

— Может быть, ты нужна ей из-за своего умения обращаться с камнями. Я видел, что в её руках камни рассыпаются действительно за секунду, — Кип облокотился руками на стол рядом с нами. — Когда меня учили обращаться с камнями, много рассказывали о путешественнице, уничтожившей большинство особенных бриллиантов. Словно она пришла в ярость, хотела причинить боль создателю и уничтожила дело его жизни, — Киприан неожиданно делится новыми знаниями. Возможно, в нашей истории всё не так просто.

— А вы ведь знаете, что она — не первая, кто мог путешествовать во времени? — тихо спросила.

— Что? — Алекс отстранился и удивлённо посмотрел на меня. — В каком смысле?

— В прямом. Паулина имеет свои мотивы говорить и делать всё, о чём вы знаете. Но папа, хоть и является одним из самых тихих путешественников, знает многое от своих родителей. Вообще, сколько бы я не общалась со своими предками — все и всегда относились к дару по разному. И ровно каждый знал, что я к нему наведаюсь. Даже у папы была эта чёртова бумажка, — я опускаю взгляд и вздыхаю. — Мне страшно, что я скоро должна буду делать что-то, что сейчас даже объяснить не смогу.

— Слушай… — улыбнулся Кип. — Даже если сейчас ты не понимаешь, зачем или почему ты что-то сделаешь — это не значит, что на это у тебя не будет причин. Без подсказки мы бы тебя не нашли. Смотри шире. Значит, тебе нужно, чтобы мы сейчас были с тобой, — он словно успокаивает меня и дарит надежду, что всё совершённое в будущем имеет свои мотивы и причины.

— Я хотела всё сделать сама. И я всё ещё не понимаю — как то, чего я ещё не сделала… Может так влиять на мою реальность сейчас, — я легла на стол спиной и закрыла руками лицо. — Скорее всего после встречи с отцом мне нужно отправиться к той первой путешественнице. Чтобы избавиться от преследования и жить нормальной жизнью, чтобы смело выбрать самое хорошее время для жизни с вами или без… Я должна сама всё понять и читать этот грёбанный блокнот между строк, — чувствую на щеках слёзы и тихо всхлипываю.

— Погоди… А ты серьёзно думала о будущем со мной и Кипом? — тихо спросил Алекс.

— Серьёзно, — ответила. — Но для этого…

— Да всё равно, — Алекс берёт меня за кисти и прижимает к себе, заставляя вжаться носом в его грудь. Футболка на нём сразу мокреет от моих слёз и я всхлипываю. — Раз так — ты сама точно не будешь проходить этот путь. Соединив наши знания с твоими — мы сможем многое, — уверенно говорит он. — Я лучше умру за тебя, чем стану охотиться снова, чтобы хотя бы на минуту тебя снова увидеть. Меня угнетают мысли о том, что ты можешь меня ненавидеть. Может, наша связь неправильна и грязна, как считают мои родичи, мне всё равно…

— Моя мама из твоего рода, — хмыкаю.

— Значит, — Алекс быстро отстранился и посмотрел снова в глаза. — Всё возможно. Моя ненависть преследования путешественников, твой дар и умения, навыки Киприана что-то, да весят в этой большой игре на выживание. Даже если мы этот год были порознь… Смотри, насколько сильна наша связь… Что мы смогли всё же снова встретиться и поговорить. Ты нас принимаешь. Это главное.

— И вас обоих ничего не смущает? — всё же решаюсь на этот вопрос.

— Нет, — отвечает уже Киприан. — Иногда стоит полагаться на свои собственные ощущения и знаки, которые дарит сама судьба. И как бы эта фраза не звучала, это так и есть, — чувствую поцелуй в плечо. Лёгкий, невесомый.

— Тогда можем обсудить наш дальнейший план? — спросил Алекс.

— Ну, ты слишком спешишь. У нас есть немного времени в запасе и я не хочу его тратить на разговоры и планирование, — уверенно произнёс Кип. — Хочу просто рядом с Евой побыть. Да и ты тоже хочешь, я знаю.

— Хочу… Просто подумал, что на это ещё найдётся время, — Алекс немного растерялся даже.

— Нет, есть сейчас, — Киприан практически непреклонен. Он забирает меня, словно вещь, у Алекса и ставит на ноги. — Время для нас слишком тонкое значение, которое всегда не постоянно. В любой момент всё может кардинально поменяться. Потому я планирую на несколько часов забыть обо всём и провести его с Евой.

— Я уже подумал, что тебя преследуют целомудренные цели, — усмехнулся Александр, хотя я вижу по его глазам, что он тоже не думает о чём-то правильном и невинном.

— Ничего такого, — уверяет Кип, но даже я усмехаюсь. — Несмотря на то, что Павел и Ната согласились уступить нам ту свободную комнатку, я не собираюсь мешать кому-то спать, — он так крепко прижимает меня к себе, что в груди снова теплеет. Я кладу голову на его плечо и прикрываю глаза, уже чувствуя, как подошёл к нам Алекс.

— Согласен. Мне и самому, тоже нужно ещё немного времени наедине с Евой.

Понимаю. Даже я соскучилась. Возможно, нам потребуется больше времени, чтобы наверстать упущенное, и немного привыкнуть всем, что мы только втроём можем быть счастливыми… Но…

У нас и оно будет. Я верю. Сейчас согласна даже на простые тёплые объятия, чтобы поверить и убедиться — я не одна. И никогда больше не буду одна.