Зов Ада

Глава 17

ЛИ

Небо затянуло пеленой дождя. Густые капли воды стекают по стеклу окна моей спальни, пока я звоню Беннету. Мы не разговаривали несколько дней. Я пыталась отвлечься: готовилась к гала-вечеру ДВКВНУС, листала каталоги с образцами льна, но больше не могу выносить эту тишину. Мне нужен ответ по поводу «Эос».

В трубке продолжаются гудки. Пока я жду, делаю последний ход в пасьянсе, разложенном на кровати. Джексон смотрит в окно, как беспокойный кот, а Уайлдер сидит в моем кресле для чтения и яростно что-то рисует в блокноте. Наверное, меня с рогами. Пока я наблюдаю за ним, он проверяет часы. Последние полчаса он делает это каждую минуту.

Давай же, Беннет. Возьми трубку.

Я до сих пор не могу поверить, что угрожала Уайлдеру увольнением. После того ланча он едва смотрит мне в глаза. Да я и сама на себя смотреть не могу. Я была так взвинчена после разговора о Беннете, что, когда он упомянул о зависимости Джианны от Слез Вампира, ультиматум вырвался сам собой. Не то чтобы я действительно собиралась это сделать, но теперь, когда это висит между нами, Беннету просто необходимо договориться с Магом.

Как раз в тот момент, когда включается голосовая почта Беннета, Уайлдер встает. Он потягивается, и я отвожу взгляд. Меньше всего мне нужно, чтобы он заметил, как я его разглядываю, пока мы в ссоре. Теперь я понимаю, почему он так настаивал на установлении границ. Влечение только всё усложняет. Уайлдер направляется к двери. Я завершаю вызов.

— Ты уходишь?

Уайлдер ведет плечами.

— Марлоу ждет меня в четыре часа.

— А после? — спрашиваю я. Уайлдер тупо смотрит на меня. — Ты вернешься?

Глупый вопрос. Пока Уайлдер в деле, он обязан возвращаться во дворец. Он здесь живет. Но ноющее чувство в животе подсказывает мне: он не хочет здесь находиться, и будь у него выбор — его бы здесь не было.

Телефон пиликает.

Беннет Связь ужасная. Уже еду к тебе.

Медленная улыбка расплывается по моему лицу.

— Беннет уже едет. — я поднимаю глаза, но Уайлдера уже нет. Внутри пульсирует пустота, но я быстро отмахиваюсь от этого чувства. Я добуду письма, откажусь от трона и уеду из города — и точка.

— Уайлдер всегда был педантом в вопросах правил, — говорит Джексон. Я поворачиваюсь к нему. Когда наши взгляды встречаются, он ухмыляется. Он всегда улыбается. Хотела бы я быть такой же беззаботной. — Если Марлоу скажет: «Прыгай», он…

— Спросит: «Как высоко?». Я поняла. — я подбираю ноги под себя.

Джексон качает головой.

— Нет, он спросит: «Как высоко и как долго?».

— Звучит изнурительно.

Джакс жмет плечами.

— Так и есть, но такова доля Небула. Тебе приходится работать вдвое больше остальных, чтобы пробиться.

Я выпрямляюсь.

— Это то, чего он хочет? Пробиться? — может быть, если я пойму, что он за человек, мне будет проще ориентироваться в этих неизведанных водах наших отношений. Так будет проще находиться рядом с ним.

Джакс изучает меня.

— Что ты знаешь об иерархии Клинков?

— В каждом городе есть отряд Клинков, которым руководят два старших офицера — Командор и Домна, подчиняющиеся Совету.

Он кивает.

— Домна Бореалиса, Марлоу Уилкс, только что получила повышение до Командора после… — Джакс переминается у оконной рамы. — В общем, место Домны вакантно, и Совет объявил раунд испытаний.

Я слышала об испытаниях. Правда, в Бореалисе их не проводили уже много лет. В небольших городах текучка больше, но в Бореалисе предпочитают держаться за тех, кого знают.

— И Уайлдер хочет участвовать?

— Да.

— Даже несмотря на то, что его отец…

Дядя Дон стучит в мою открытую дверь и входит. Он одет по-домашнему: белая рубашка на пуговицах и светло-серые слаксы. Я сажусь ровнее.

— О, привет, что ты здесь делаешь? — Дон не живет во дворце. Он живет в доме Гестии, где обитают все остальные члены королевской семьи, включая мою мать.

— Алтум-целитель Крампс пришел на прием, — говорит Дон.

Кожу начинает покалывать. Еженедельные осмотры у Алтум-целителя — часть моего соглашения с бабушкой. Пока я не найду письма, Крампс планирует проводить эксперименты, чтобы спровоцировать мое Пробуждение до коронации. Он присылал настойки и травы — которые я не принимала, — но это наш первый очный прием. Я не планировала быть здесь, когда он появится. Тревога грохочет внутри меня.

— Я забыла, что он должен прийти, — говорю я. Дон разглядывает мой повседневный наряд: спортивные штаны и майку

— Советую переодеться. Он внизу.

— Мне и так нормально, — заявляю я, и Дон хмурится.

Я спускаю ноги с кровати и влезаю в свои тапочки с животным принтом.

— Хотя, с другой стороны, пожалуй, всё-таки переоденусь. — это даст Беннету больше времени, чтобы добраться сюда.

Я исчезаю в своей гардеробной и роюсь в ящиках, делая вид, что выбираю наряд. Через некоторое время я сажусь на ковер и пишу Беннету.

Ли Будь здесь через пять минут, и я буду твоей должницей.

— Почти готова? Это не показ мод, — кричит Дон. Я выхожу из гардеробной в том же виде, в каком была. Дон хмурит брови.

— Я решила, что мне так удобно.

Дон скрывается в коридоре, проходя мимо Джексона, который напряженно ждет у двери.

— Беннет уже в пути, — шепчу я ему. — Когда он приедет, немедленно позови меня.

Как охранник, Джексон не может присутствовать при осмотре целителя: врачебная тайна. На членов королевской семьи это правило не распространяется.

— Ты уверена? Разве ты не хочешь увидеться с целителем?

Я сдерживаюсь, чтобы не скривиться. Как ведьма, я должна хотеть доступа к своей магии. Я не хочу давать Джексону повода подозревать меня.

— Визит будет недолгим. Крампс задаст пару вопросов, даст новое снадобье, и на этом всё. Больше ничего не остается, кроме как ждать, когда магия проявится. Уверена, это случится со дня на день. Но в деле с «Эос» время не ждет.

Джексон кивает.

— Я дам знать, как только Беннет приедет.

Дон ведет меня в парадную гостиную на первом этаже. Здесь царит та же атмосфера, что и во всем дворце: высокие потолки, обилие дерева, гигантский камин и мрачные пейзажи на стенах.

Доктор Крампс изучает свое медицинское оборудование на кофейном столике. Я мысленно каталогизирую все эти блестящие металлические приборы и крошечные флаконы с травами, прежде чем проверить взглядом выход. Беннету лучше поторопиться.

— Ваши Высочества, — приветствует нас Крампс низким поклоном. Его белый халат резко контрастирует с эбеновой кожей и идеально сочетается с отбеленными зубами. — Пожалуйста, присаживайтесь. — он указывает на один из двух диванов, стоящих друг напротив друга. Я откидываюсь на мягкие подушки, а Дон садится напротив, закинув ногу на колено.

Крампс нависает надо мной.

— Как вы чувствуете себя сегодня?

— Отлично. — я выдавливаю улыбку.

— Как продвигается лечение, которое я прописал?

— Магия всё еще не проявилась, — отвечаю я. Крампс делает пометки в своем цифровом планшете. — Но я думаю, мы на верном пути. Может, дадим им еще неделю… или три?

— Что блокирует ее магию, Крампс? — спрашивает Дон. Крампс перестает писать. — В январе ей исполнится двадцать. Это на два года позже положенного срока. Люди шепчутся.

Я поправляю майку, жалея, что на мне нет свитера или чего-то еще, во что можно было бы спрятаться. Я ненавижу, когда обо мне судачат, но если альтернатива — правда о том, что случилось В Ту Ночь, я лучше буду слушать сплетни.

— Двадцать лет — это не самый запущенный случай в моей практике, принц, — говорит Крампс. — У одного мага с острова Несои Пробуждение случилось только в двадцать пять. Сейчас он эксперт в магии земли, единственный Зеленый ведьмак из моих знакомых, который может превращать горы в кротовые норы.

— Двадцать пять? — крякает Дон. — Это слишком долго. Она — следующая королева.

— Согласна, это слишком долго, — лгу я.

Пять лет дали бы мне время продумать следующий шаг. Я вернусь в Глаукус. И тогда весь мир будет у моих ног. Может, даже имя сменю. Я кошусь на телефон. Черт возьми, Беннет, быстрее.

— Ваша магия придет, — успокаивает Крампс. — Магия есть у каждой ведьмы.

Дон вздыхает:

— Что же может ее сдерживать?

— Это может быть что угодно. — Крампс изучает меня, постукивая электронной ручкой по подбородку. — Возможно, Ли всё еще переживает травму из-за несчастного случая, и ей пошли бы на пользу дополнительные сеансы терапии. А может, она не реагирует на лекарства просто потому, что они недостаточно сильны для ведьмы ее калибра.

Я ковыряю маникюр. Против терапии я ничего не имею, но знаю, что семья поставит под сомнение ее целесообразность. Меня отправляли в Глаукус на интенсивную терапию на несколько месяцев. В их глазах я должна быть исцелена.

— Что вы предлагаете, Крампс? — спрашивает Дон. Крампс наклоняется, чтобы достать кобальтовую трубку с резиновой пробкой. Дон пододвигается на край дивана, чтобы рассмотреть получше. Я — нет.

— Сегодня я принес новый вид лечения, чтобы вы могли его обсудить. Оно предназначено для таких ведьм, как Ли, у которых возникают трудности с пробуждением силы. Прежний Алтум-целитель Киара Данн разработала его по приказу королевы перед своим увольнением. Я изучил все ее записи. Думаю, это именно то, что нужно принцессе.

Я подавляю смешок. Какое бы лекарство ни было в этой трубке, это не то, что мне нужно. Мне нужен Беннет.

— Что это? — спрашивает Дон. Крампс снимает колпачок.

— Это называется Magicae Excitantis, — произносит он, протягивая трубку мне.

Я смотрю на открытый флакон, и при следующем вдохе огонь обжигает нос, прошибая мозг. Я отлетаю на спинку дивана.

— Что это такое? — глаза начинают слезиться.

— Анис, перец чили и еще кое-какие ингредиенты. Мы прозвали его «Жидкий огонь». — Крампс выпрямляется с гордым видом, будто это он автор работы Киары. Он такой же мерзкий, как и снадобье у меня в руках. — Это совершит революцию на рынке, — заявляет Крампс.

— Как оно работает? — спрашиваю я, тяня время.

— Ну, для начала, «Жидкий огонь» дает толчок спящей магии, подобно тому как дефибриллятор запускает сердце пациента при его остановке.

У меня пересыхает во рту.

— Это безопасно для нее? — голос Дона дрогнул.

— Средство прошло все первичные тесты на безопасность, — отвечает Крампс.

— Звучит многообещающе. — Дон проводит рукой по щетине на челюсти. — Верно, Ли?

— Мне нужно принимать это с едой? — спрашиваю я так, будто не собираюсь смыть это в унитаз.

Крампс обдумывает мой вопрос.

— Нет. Вы можете принять его прямо сейчас.

— Сейчас?

Широкая ухмылка Крампса занимает половину его лица.

— Больно будет лишь совсем чуть-чуть.

— «Чуть-чуть»?

Крампс откупоривает «Жидкий огонь». Он наливает столовую ложку в пластиковый стаканчик. Жидкость красная, как лава, и, кажется, готова испепелить меня изнутри.

— Разве нам не стоит подождать королеву? — спрашиваю я.

Дверь открывается, и в проеме показывается кудрявая голова Джексона — мой чертов герой. Я издаю долгожданный вздох, а затем поспешно стираю выражение облегчения с лица, пока Дон или Крампс ничего не заметили.

— Прошу прощения, что прерываю, Ваше Высочество, но к вам пришел Беннет Грей, — говорит Джексон.

— Это не может подождать? Доктор еще не закончил работу, — произношу я, но глазами умоляю его сказать «нет».

Джексон сообразителен.

— Боюсь, что нет. Он говорит, это срочно.

Я поднимаюсь на ноги.

— Ну, раз такое дело… Крампс, нам лучше перенести нашу встречу.

Крампс переводит взгляд с меня на лекарство в своей руке.

— Вы могли бы принять это прямо сейчас.

Я бледнею.

— И рискнуть тем, что вас не будет рядом, чтобы проконтролировать последствия, если что-то пойдет не так?

— Ли права, — говорит Дон, наблюдая за мной. — К тому же, я сам хочу изучить этот «Жидкий огонь».

— Да, Ваша Светлость. — Крампс торопливо убирает оборудование в свою кожаную медицинскую сумку. — Буду ждать ваших распоряжений.

Дон встает, разглаживая складки на брюках. Крампс кланяется нам и выходит из комнаты.

— Я поговорю с королевой об этом «Жидком огне», — говорит Дон.

— Мне это кажется подозрительным, — замечаю я, снова садясь.

— Мне тоже, но Крампс уверен, что это сработает.

— Посмотрим, что скажет бабушка Джорина.

Дон уходит. Мгновение спустя входит Беннет. Он садится на место Дона. На нем черные брюки, заправленные в стильные черные сапоги, и белая рубашка навыпуск под черным свитером с круглым вырезом. Когда-то от него у меня порхали бабочки в животе, но теперь меня подташнивает.

— Это был Алтум-целитель? Как ты себя чувствуешь? — спрашивает Беннет.

— Нормально. Скажи мне, что у тебя есть хорошие новости об «Эос».

Взгляд Беннета скользит к Джексону; его янтарные глаза прикованы к охраннику, словно он оценивает степень угрозы. Обоим пора бы остыть. Я вполне способна сама справиться с Беннетом.

— Ты можешь говорить свободно при Джексоне, — заявляю я. Губы Беннета сжимаются в узкую линию. — А если я не хочу?

Я колеблюсь. Я не могу рассказать Беннету о нашей миссии. Никто не должен знать, что письма в Парфеноне — подделка. Если правда выплывет наружу, люди могут узнать о связях моей семьи с лунным ведьмовством.

— Джексон, я сама справлюсь, — говорю я, надеясь, что он не поймет меня превратно. То, что я отсылаю его, никак не связано с тем, что он Небула — хотя это наверняка одна из причин, по которой Беннет хочет, чтобы он ушел. — Иди прогуляйся, а еще лучше — возьми выходной на вечер. Ты его заслужил.

Лицо Джексона напрягается. Он хочет возразить, но это бесполезно. Я не изменю своего решения.

— Если я понадоблюсь, принцесса, я на расстоянии телефонного звонка.

— Спасибо.

Джексон уходит, и Беннет спрашивает:

— А где другой?

— Другой кто?

— Охранник. Тот, что в родстве с тем убийцей.

Я закатываю глаза. Уайлдер не виноват, чья в нем кровь, и, насколько я вижу, он из кожи вон лезет, чтобы дистанцироваться от Моран Данн. Для меня они просто однофамильцы.

— Как вообще сын убийцы президента Синклера получил работу по твоей охране? — настаивает Беннет. — Нет, серьезно, мне нужно поговорить с бабушкой? Совет больше не проводит проверки биографии?

Я барабаню пальцами по подлокотнику дивана.

— Я сама хотела, чтобы Уайлдер и Джексон были моей охраной. — это неправда, но я хочу, чтобы Беннет заткнулся и рассказал об «Эос». Я устала от этого мачизма.

Беннет опешил.

— Почему?

— Потому что могла. Итак, что там с «Эос»?

Беннет смотрит в пространство перед собой, кипя от злости.

— Беннет? — подталкиваю я.

Он встречается со мной взглядом.

— Я нашел их.

— И? — у меня дрожат руки. Пожалуйста, пусть новости будут хорошими.

— Я не был уверен, что они согласятся на встречу с тобой, но они согласились. При условии, что я тоже приду.

— Почему?

— Думаю, мы это выясним, — отвечает он, больше не глядя мне в глаза.

«Эос» хотят завербовать Беннета. Он им отказывал, но лично сделать это будет сложнее.

— Тебе нельзя идти, — говорю я. — Я не хочу, чтобы ты был связан с «Эос».

— Ли, это не обсуждается. «Эос» ждут нас через три дня в Сассекс-Преп ровно в восемь вечера. Они могут не явиться, если не увидят нас обоих. К тому же, ты не можешь идти одна.

Я пронзаю его яростным взглядом.

— Я не буду одна. Я…

— Твои охранники не смогут пойти с тобой на встречу с Магом. Этот человек всю свою карьеру потратил на то, чтобы подрывать и коррумпировать наши законы.

Я глубже погружаюсь в подушки дивана. Беннет прав, но Уайлдеру и Джексону это не понравится.

— Ладно. Но ты должен пообещать мне, что не расскажешь ничего из того, что услышишь. Это ради твоей и моей безопасности.

Глаза Беннета загораются.

— Обещаю.