Бывшая жена. Я восстану из пепла

Глава 28

— Вы кто? — срывается с губ прежде, чем я успеваю подумать.

Я так ошеломлена видом мужчины, что начисто забываю о приличиях.

Ну вы только подумайте! Ноги! В ботинках! На мой итальянский дубовый стол! Да кем он себя возомнил?!

— Егор Владимирович, прошу прощения! — вперед выступает недовольная ресепшионистка. — Я пыталась остановить посетительницу, но она так быстро залетела в ваш кабинет…

Мои глаза округляются.

Посетительницу? Его кабинет?

— Да что здесь происходит?! — возмущенно восклицаю я, недоуменно таращась на наглого мужика.

Он, надо сказать, совсем не выглядит обескураженным или смущенным. Смотрит пристально и прямо. В слегка сощуренных глазах плещется насмешка. Да и ноги с моего стола он по-прежнему не убрал!

— Я Ниценко Аделина Алексеевна, — чеканю сурово. — Законная хозяйка этого кабинета!

— Вот оно что, — задумчиво тянет мужчина, не спеша предпринимать какие-то действия. Потом переводит взгляд на пыхтящую ресепшионистку и спокойно произносит. — Ирочка, кажется, произошло небольшое недоразумение. Но ты не переживай, я разберусь. Можешь быть свободна.

Облегченно выдохнув и мгновенно просияв, эта самая Ирочка послушно удаляется. А я делаю решительный шаг вперед и с вызовом вздергиваю бровь. Это он меня недоразумением только что назвал?!

— Аделина Алексеевна, значит? — мужчина проходится по мне долгим оценивающим взглядом, от которого становится как-то неуютно. — Ну что ж, рад знакомству. Вот только я ждал вас не раньше следующей недели.

— Вы… ждали меня? — вопрошаю недоуменно.

Да кто он, черт возьми, такой?

— Да, — кивает невозмутимо. — Мне сказали, что ваш больничный заканчивается во вторник. Вот я и не торопился освобождать ваш кабинет.

Прекрасно! Ну хоть в чем-то мы разобрались!

— Кхм… Ну раз мы с вами выяснили, что кабинет по-прежнему принадлежит мне, то, будьте добры, уберите ноги с моего стола. Он вообще-то дизайнерский.

Он иронично хмыкает. И после секундной задержки все же выполняет мою просьбу. Его коричневые кожаные ботинки неторопливо опускаются на пол, и мужчина наконец принимает куда более приличную позу.

Пользуясь моментом, рассматриваю его повнимательнее. Довольно крупный. Широкоплечий. Не хочется признавать, но вполне недурен собой. Темные, чуть тронутые сединой волосы модно острижены. Щеки и подбородок покрыты короткой густой щетиной. Нос крупный и прямой, подбородок широкий, волевой. С едва заметной ямочкой посередине.

— Меня зовут Егор Владимирович Аршавский, — мужчина поднимается на ноги, и я невольно отмечаю, что роста он тоже внушительного. — Я исполнял обязанности креативного директора в ваше отсутствие.

Он протягивает мне крупную ладонь, и я, чуть помешкав, вкладываю в нее свои пальцы. Шок шоком, но нормы этикета никто не отменял.

— Вы занимали мое место? — переспрашиваю изумленно.

— Вроде того. Кто-то же должен был выполнять работу, пока вы… поправляли здоровье.

Закусываю губу.

Его замечание — с одной стороны, абсолютно резонное — колет невидимой иглой. Меня не было три с лишним года, и работа компании, понятно дело, не стояла на месте. Вот только… Я думала, что мои обязанности исполняла мой зам — Виктория Чередина. А оказалось, что руководство привлекло кого-то извне.

— Что ж… В таком случае спасибо, что подстраховали, — приободрившись, одергиваю пиджак и натягиваю профессиональную улыбку. — Когда вы сможете освободить мой кабинет?

— В самое ближайшее время.

Почему в его ответной улыбке мне явственно чудится издевка?

— Благодарю. Вы уже подыскали себе новое место?

— Новое место? — насмешка в глазах Аршавского становится совсем уж очевидной.

— Ну да. Я ведь возвращаюсь к исполнению обязанностей, а вам, стало быть, нужно подыскивать другую работу.

— К счастью, не нужно, — огорошивает он, опираясь мощным бедром в край моего многострадального стола.

Я слегка ошалело хлопаю ресницами.

— Но почему?

— Потому что я остаюсь работать в «ГрандМедиа». Руководству так понравились мои результаты, что они не захотели меня отпускать.

Я молчу, ощущая, как на зубах скрипит песок, а нутро наполняется страхом и желчью.

Что же это получается? Пока я изо всех сил старалась вернуться к нормальной жизни и не допустить инвалидности, мое место занял какой-то самодовольный сноб. И не просто занял, а показал отличные результаты, которые сподвигли начальство перевести временного сотрудника в разряд постоянных.

Черт… Этот удар оказался ниже пояса.

Я, конечно, понимаю, что маркетинг — крайне конкурентная среда. Однако после турбулентности, случившейся в моей жизни, я надеялась, что хотя бы на работе все будет понятно и стабильно. Но… не тут-то было.

— Ну и какую должность вам предложили? — с истерично бьющимся сердцем уточняю я.

— Мы с вами станем партнерами, — Аршавский обнажает ровный ряд крупных белых зубов. — Вы будете руководить креативным отделом, а я отделом продакшна.

Я задыхаюсь. Да ведь это же почти одно и то же! Раньше отдел продакшна был структурным подразделением креативного отдела, а теперь его, значит, выделили в отдельную ветвь?

— Кто принял это решение? — с трудом сдерживая клокочущее в груди негодование, спрашиваю я.

— Борис Андреевич, наш генеральный, — бесстрастно роняет мой новый коллега. — Полагаю, после услышанного вы захотите пообщаться с ним лично?

Вот засранец! Еще и подначивает! Очевидно, мое недовольство не скрылось от его глаз!

— Да, думаю лишним это не будет, — повыше вздернув подбородок, отвечаю я. — А вы пока собирайте вещи. А то я терпеть не могу, когда меня отвлекают от рабочего процесса.