— Аделина Алексеевна! — с первого этажа до меня доносится голос домработницы. — Там Михаил Андреич пожаловал.
Нехотя откладываю с колен ноутбук и, поднявшись с постели, подхожу к окну.
Ну точно. Пожаловал. Черный глянцевый внедорожник бывшего мужа, паркующийся на подъездной дорожке, так и искрится в лучах мягкого предзакатного солнца.
Очередные выходные подошли к концу, а значит, время Лени с отцом тоже закончилось. Миша привез сына к положенному часу, и после ужина мы с ним успеем глянуть одну серию любимого сериала. Наша добрая традиция, сохранившаяся еще со времен моей болезни.
Выхожу из спальни и спускаюсь вниз. Погода нынче теплая, поэтому можно обойтись без верхней одежды. Просовываю ноги в удобные кеды и выхожу на улицу как есть — в длинном домашнем халате и с небрежно заправленными за уши волосами.
Время, когда я красовалась перед Мишей, давно прошло.
— Мама, привет! — из машины показывается улыбающееся лицо сына.
Он бежит мне навстречу и, приблизившись, тотчас заключает меня в объятия. Такие крепкие, будто мы не виделись не два дня, а двести лет.
— Привет, мой хороший, — ласково треплю Леньку по волосам. — Как прошли выходные?
— Все, как всегда, — не вдаваясь в подробности, отзывается сын. — Лизка дома? Я ее любимые мармеладки привез.
— Да, мультики смотрит, — киваю я.
И сын пулей взлетает вверх по крыльцу, скрываясь за массивной входной дверью.
— Привет, Адель, — ко мне подступает Михаил, протягивая спортивную сумку с Ленькиными вещами.
Тот по обыкновению забыл ее в машине.
— Здравствуй, — сдержанно отвечаю я, принимая поклажу сына. — Все в порядке?
— Да. Вот только…
Неопределенная интонация бывшего вынуждает меня напрячься. Терпеть не могу недосказанности.
— Только что? — настороженно подхватываю я.
— В общем, я переговорил с Леней по поводу поездки в Сочи на его день рождения. И он… отказался.
Я изумленно приподнимаю брови. Неожиданно однако. Я, признаться честно, полагала, что сын придет в восторг от этой идеи…
— Да? И почему же?
— Не знаю, — Миша почесывает седеющий висок. — Сказал, что хочет провести время с друзьями и все такое… Но, как по мне, это больше похоже на отговорку. Будто он просто не хочет ехать и придумывает какие-то нелепые причины.
— Что ж, — переступаю с ноги на ногу. — Даже не знаю, что тебе ответить.
— Я чувствую некую отчужденность с его стороны, — продолжает бывший. — Как думаешь, с чем это может быть связано?
Его вопрос заводит меня в тупик. Прежде мы никогда не обсуждали подобные темы. Мне казалось, что отец и сын прекрасно ладят… Я и подумать не могла, что между ними наблюдается какое-то напряжение.
— Ну… Может, Ленька просто был не в духе? В конце концов, он подросток и…
— Прошу прощения, что вмешиваюсь! — из-за спины Михаила показывается его молодая пассия.
Хотя нет, уже не пассия — законная супруга.
Ее длинные густые волосы цвета выжженой на солнце пшеницы художественно развеваются на ветру, а неестественно пухлые губы растягиваются в не слишком искренней улыбке.
— Что такое, Кать? — через плечо бросает бывший.
— Мне нужно в туалет. Вот прям невтерпеж! — скривившись, сообщает девушка. А затем переводит взгляд на меня и добавляет. — Можно я в ваш схожу?
С одной стороны, меня так и подмывает поддаться порыву мелочной мстительности и брякнуть «нет». Пусть хоть описается на месте! Но с другой — мы ведь тут все взрослые адекватные люди. И своим нелепым отказом я скомпрометирую в первую очередь себя.
— Ну разумеется, — с усилием вздергиваю уголки губ. — Туалет в доме. Прямо по коридору и…
— Я знаю, где он, — бесцеремонно перебивает Катя и с удивительной прытью залетает внутрь.
Я провожаю взглядом ее точеную фигуру, стараясь не думать о том, откуда девице известно местонахождение уборной. Неужели, пока я лежала в коме, Миша развлекался с ней не только на стороне, но и у нас дома?..
— Так что ты говорила? — голос бывшего возвращает меня к реальности. — По поводу Лени?
— Я сказала, что в его возрасте непостоянство в плане принятия решений вполне естественно. Попробуй вернуться к этому разговору на следующей неделе. Может, он изменит свое мнение.
— Хорошо, попробую, — кивает Миша, с каким-то чересчур пристальным вниманием вглядываясь в мое лицо. А затем вдруг добавляет: — Ты прическу сменила?
— Да нет, — чисто интуитивно касаюсь своих прядей. — Просто длину немного убрала. Перед выходом на работу.
— Красиво, — неожиданно резюмирует бывший. — Тебе идет.
Пожимаю плечами, не зная, как еще отреагировать на его комплимент. Потом отвожу взгляд в сторону и глухо роняю:
— Ну я, пожалуй, пойду. Дел много. Да и к завтрашнему дню готовиться нужно.
— Конечно, иди. Я Катю тут подожду.
Я захожу в дом и, не желая сталкиваться с оккупировавшей мой туалет блондинкой, сразу поднимаюсь на второй этаж, в комнату сына.
— Ты вещи у отца в машине забыл, — кидаю его сумку на ковер рядом с кроватью.
— Точно, — кивает Ленька, не отрывая взгляда от телефона. — Чуть позже разберу, хорошо?
Я молча опускаюсь на краешек его постели. С интересом наблюдаю за родным и любимым лицом, в котором с каждым днем становится все меньше детского и все больше мужского.
— Лень. А можно вопрос?
— Конечно, ма, — отзывается сын, все еще увлеченный содержимым своего гаджета.
— Убери телефон, пожалуйста.
Мальчик со вздохом откладывает мобильник на покрывало.
— Почему ты отказал отцу, когда он предложил тебе поездку с Сочи на день рождения?
— Не знаю. Просто не захотел. В этом есть какая-то проблема?
— Нет, просто интересны твои мотивы. Ведь любой другой подросток на твоем месте был бы рад такой возможности.
— Наверное, — неопределенно поводит плечом. — Просто я бы хотел провести этот день дома. А потом — затусить с друзьями.
— То есть причина только в этом?
— Ага, — отвечает сын. А потом, чуть помедлив, бросает. — Ну и в том, что он хотел взять с собой в Сочи Катю…
— Катю? — переспрашиваю удивленно. — А ты что, против ее компании?
— Не то чтобы, просто… — мальчик заминается.
Я вижу, что у него на языке вертится какая-то мысль, но он не знает, как правильно ее сформулировать.
— Говори как есть, сын, — подбадриваю я. — Ты же знаешь, я всегда пойму.
— Я знаю, Катя — папина жена, и я должен относиться к ней хорошо, но… Порой ее бывает слишком много, — признается Леня. — И порой она жутко меня бесит.
— Ты не говорил об этом раньше, — тяну пораженно.
— Не хотел тебя расстраивать. Ты ведь за то, чтобы мы все жили дружно.
— Да, так и есть, — киваю несколько заторможенно. — Но ты не должен себя насиловать, слышишь? Если тебе не нравится проводить время с Катей, может, стоит сказать об этом папе?
— Он не поймет, — отмахивается сын. — Опять начнет причитать о том, что она его спутница и я обязан уважать его выбор. Короче, проще сослаться на желание провести время с друзьями, чем объяснять папе, почему я не хочу ехать в Сочи с его женой.
Я понимающе вздыхаю.
Что ж, раз Леня действительно так чувствует, то я не вправе его переубеждать. Тем более, что я сама далеко не в восторге от женщины, которая с впечатляющей беспринципностью заняла мое место рядом с Мишей.