Все события и персонажи являются вымышленными.
Любые совпадения с реальными людьми, компаниями или ситуациями случайны.
Год брака. Год счастья. А потом скандал, обвинение в харассменте… и всё кончено. Я ушла, вырвала себя из его жизни и унесла тайну — ребёнка, о котором он не знал.
Шесть лет я строила новую жизнь, пока он не вернулся.
Теперь Назар мой новый генеральный директор. Женат, опасен, и всё так же способен разбить мне сердце одним взглядом.
Он приближается шаг за шагом, стирает границы и будто бросает вызов: «Попробуй снова меня оставить».
Я знаю, что должна бежать. Но что, если в этот раз от него уже не уйти …
Июль. Понедельник. Москва задыхается в пробках, воняет раскалённым бензином и плавит асфальт, как пластилин.
Как бы рано я ни выехала из своего Митино — всё равно застряну в этом чёртовом потоке на полчаса, а то и на час. Когда-то я возмущалась. Теперь смирилась. Сижу, крашусь в зеркальце, слушаю новости, прячу зевок.
В общем, не страдаю.
Но сегодня пробка растянулась на несколько километров, и я опоздала на утреннюю летучку, где генеральный директор должен представить нам своего приемника, а сам уйти на повышение. Георгия Валерьевича Рузаева пригласили на работу в департамент здравоохранения Москвы.
Захожу в переговорную злая, взмокшая, растрёпанная. Каблуки звенят, сердце стучит, волосы липнут к вискам. Места на корпоративной парковке не было, пришлось бросить машину у торгового центра и бежать, утопая шпильками в расплавленном месиве раскалённого полотна.
— Простите, — выдыхаю и прохожу мимо Рузаева, который сидит во главе стола и что-то вещает.
— А вот и наша Вероника Андреевна, — тянет он, улыбаясь так, будто сейчас вручит меня в качестве подарка. Все оборачиваются.
Я лихорадочно проверяю чулки: нет ли стрелки? Зацепилась, когда выползала из машины…
— Она заведует отделом продаж, — продолжает директор. — Исполнительный, ответственный, надёжный руководитель. Уверен, вы сработаетесь.
Я уже тянусь к стулу в углу, мечтая скинуть эти проклятые шпильки…
И в этот момент слышу голос.
Голос, который узнаю даже во сне.
— Я тоже думаю, что с Вероникой Андреевной мы найдём общий язык.
Поднимаю глаза и открываю рот от шока.
Внутри всё сжимается, тело отзывается каким-то нервным возбуждением, а кожа вспоминает его прикосновения, похожие на ожоги.
Назар Прокудин.
Мой бывший муж.
Мужчина, который разбил мне сердце в кровь и выжег дотла веру в любовь.
Я потратила шесть лет, чтобы собрать себя по кусочкам. Построила жизнь, в которой ему нет места.
И вот он сидит напротив. Холодный. Уверенный. Чужой.
Я не знаю, зачем он здесь.
Не знаю, чего он хочет.
Но знаю одно: всё, что я так тщательно берегла, с сегодняшнего дня под угрозой…