Частный сыск. Осторожно! Работает ведьма

10. Кто не ошибается, тот не целуется

Брошенный у входа клатч беспрерывно вибрировал вот уже полчаса, когда в двери скрипнул ключ. Рыжим вихрем взлетев по лестнице, Вивьен отодвинула перегородку и, облегченно выдохнув, села на край кровати. Ирма высунула нос из-под одеяла и, увидев хохочущую подругу, пробурчала:

— Нигде выспаться не дают. Куда на вас всех жаловаться?

— Дают, дают. Спи, горе моё.

Кое-как поднявшись и задвинув ширму, Вивьен спустилась в приёмную и, растопив камин, уселась читать принесённую книгу. Ближе к обеду она заказала роллы и немилосердно отправилась будить подругу.

— Моя совесть чиста. На дворе полдень. Пора просыпаться!

Ирма предприняла попытку к сопротивлению, накрыв голову подушкой.

— Бегство не поможет, только полная и безоговорочная капитуляция!

— Ты тиран и деспот! — простонала Ирма.

— Тоже мне новость! — фыркнула Вив. — Одевайся, жду тебя внизу.

Ирма ещё немного полежала под одеялом, но быстро осознала, что, в общем-то, уже готова без ненависти встретить этот день. Набросив теплый свитер и наскоро натянув шорты, она спустилась вниз. Черное бархатное платье было бережно повешено на спинке единственного кресла.

— Что у нас на завтрак?

— Спросила хозяйка дома.

— У хозяйки дома можно допроситься только повешенной в холодильнике мыши. Будешь?

— Какое у вас меню незатейливое. Я, пожалуй, со своим.

Бумажный пакет словно по волшебству появился на столе. Вив достала содержимое и расставила пластиковые контейнеры.

— Тебе не кажется, что есть лучше наверху, а не в приёмной? Может, пора обзавестись обеденным столом и парой стульев?

— Может, и пора.

Вивьен закатила глаза, одновременно опуская в рот суши с огромной креветкой. Прикрыв рот рукой и благоразумно решив прожевать, прежде чем продолжить разговор, девушка ненадолго замолчала.

— Неужели неверные мужья не обеспечили тебя капиталом для покупки собственной мебели?

Ирма ковырялась палочками в стоящем рядом с ней контейнере. Ролл угрожал развалиться, но это её не останавливало.

— Знаешь, это глупость, конечно, но каждый раз, когда я хочу купить себе что-нибудь дороже тарелки, кто-то у меня в голове говорит: «Это на что это ты собралась покупать? Это не настоящая работа, а игра. А за игры настоящие деньги не получают. Обманщица», — Ирма грустно усмехнулась и развела руками. — Как-то так. Глупо, правда.

— Глупо. Правда. Деньги-то настоящие. Открой кошелёк и посмотри.

— Да, но я их как будто не заслужила. Не знаю, как объяснить.

— То есть это не ты тут ночами сидела, просматривая записи видеонаблюдения и штудируя выписки с банковских счетов? Это не ты, каждый раз открывая правду женщине, внутри умирала, потому что не хотела говорить эту горькую правду? Ты эти деньги и заработала, и выстрадала.

Ирма покачала головой.

— Умом понимаю, а всё равно не верю. Всё жду, когда сюда ворвётся полиция и отберёт все мои деньги. Поставит большой штамп на лбу «врушка», обязательно красными чернилами, и выкинет меня из дома к чертям собачьим, где мне, собственно, и место. Вот тогда поверю, что всё это реальность. А так…

Вив присвистнула.

— Как у тебя всё сложно.

— Да. Не просто.

— Ты же понимаешь, что я вообще цветочки выращиваю. Потом сушу их и раскидываю по баночкам в определённых пропорциях.

— Ну, скажешь тоже. Это же целый процесс.

Вив покачала головой.

— Да. Не то что у тебя. Вчера чуть не убили, но это так мелочи. Перезапустишь с момента последнего сохранения и поехали. Игра же. — Вив зло хохотнула. — И правда, поехали, горе моё. — Она вскочила с кресла и, задержавшись у двери, кивнула на пол: — И клатч проверь. Вибрирует, словно только что из магазина для взрослых, на полном заряде.

И громко хлопнула дверью. Ирме ничего не оставалось, как побежать следом, как была, в шортах и свитере, накинув сверху пальто. Прыгнув на пассажирское кресло, девушка положила прихваченный клатч на колени, пока застегивала ремень безопасности.

— Куда мы?

— Разве персонаж игры интересуется, куда его ведёт игрок?

Ирма нервно рассмеялась.

— Но я не персонаж игры.

— Отлично. Возьми зеркало и повторяй эту фразу, глядя себе в глаза, пока мы не приедем.

Вивьен смотрела на дорогу, что не могло не радовать. Пальцы Ирмы предательски дрожали, когда она достала телефон. Двенадцать пропущенных. Восемь от Вивьен, остальные от Мистера Кавилла. Ирма непроизвольно улыбнулась. Было что-то приятное в его звонках. Все с часа до трёх ночи.

«А сейчас он не переживает, что ли? Вот гад». Палец завис над кнопкой вызова. Ирма с удивлением обнаружила, что внутри всё замерло в предвкушении. Долгие гудки и сонный голос:

— Добрый день.

— Скорее утро.

— Сутки не сильно заботит наш режим сна. Если верить часам, сейчас день.

— Вы умеете быть занудным. Приятное открытие.

— Мы опять на вы? Неприятное открытие.

«Чёрт».

— Я просто не успела как следует проснуться, в отличие от тебя.

Он коротко хохотнул.

— Я спал всего три часа, надеюсь, это хотя бы частично оправдывает моё занудство.

Ирму кольнула совесть. Она совершенно не подумала, что в доме с трупом обитателям не до сна.

— Я тебя разбудила?

— Ты не брала трубку.

— Я спала.

— В следующий раз, когда будешь убегать ночью из особняка с трупом, напиши владельцу, что добралась до дома, кто-нибудь может волноваться.

— А ты волновался?

— Конечно. Я же не оплатил твои издержки.

— По-моему, это повод для моего волнения, а не твоего.

— Я добросовестный заказчик.

— Ты даже не рассказал толком о том, кого подозреваешь, добросовестный заказчик.

— Я был занят, придумывал истории о нашем знакомстве, душа моя.

Ирма сдержала улыбку, в груди о рёбра глухо билось сердце, пытаясь выбраться наружу. Нелепость собственных эмоций, не поддающихся укрощению, выводила из себя.

— Хорошо. Тогда предлагаю встретиться вечером. Постараюсь организовать приватную обстановку, где не надо будет выдумывать обстоятельства нашего знакомства.

Вивьен выразительно, насколько позволяла дорога, посмотрела на Ирму. В ответ та развела руками, всеми силами изображая из себя деловую, а не флиртующую, барышню.

— Поддерживаю. Я позвоню через несколько часов, и мы обо всём договоримся.

Ирма слышала в голосе нотки подавленного зевка.

— Буду ждать. Добрых снов, Мистер Кавилл.

Ирма сбросила звонок и, нелепо улыбаясь, опустила руки на колени.

— Пора петь про тили-тили тесто или рановато?

Ирма укоризненно посмотрела на Вивьен.

— Это не то, что ты подумала.

— Конечно — конечно. Не то!

Вивьен рассмеялась.

— Да ну тебя!

— И это твой аргумент? Соберись, Ирма, ты можешь лучше!

— Он просто клиент. А я не сплю с клиентами.

— Да-да-да. Я и твоя игра, и копы с резиновой печатью «врушка» за углом очень тебе верим.

Ирма смущенно улыбнулась и уставилась в окно. Ещё серый, не зазеленившийся город выглядел бледной копией себя. Тусклое солнце, едва проглядывающее из-за облаков, казалось ещё зимним.

— Странный апрель в этом году.

— Да. Какой-то безжизненный, — понуро согласилась Вив, в момент изменив настроение. — Природа будто и не думает просыпаться. Посмотри на деревья: ни одной почки.

С этими словами Вив вышла из машины.

— Что дальше, босс?

— А дальше мы идём туда.

Без лишних слов Вивьен подхватила подругу под руку и поволокла по узким улочкам исторического центра. Ирма неплохо ориентировалась в этих лабиринтах, но даже теоретически не могла понять конечной цели их путешествия. Пересекая небольшой парк, который смотрелся как нелепое зеленое пятно в окружении каменных серых глыб, Ирма задержала взгляд на прудике в центре.

— И уток нет.

— Тоже заметила, да? Говорю же, ощущение, что весна замерла и никак не может решить начаться. Какое-то бессезонье.

— Может, после дня весеннего равноденствия повеселее пойдёт?

— Может. В этом году мама хочет собрать всю родню. Говорит, нужен не ужин, а настоящий шабаш. Она в последнее время увлеклась.

Вив замедлила шаг, задумчиво глядя под ноги. Пнув попавшийся на пути камешек узким носком сапожек тихо, чтобы не услышали случайные прохожие, заговорила:

— Бабушка считает, что это не просто так. Что-то грядёт, мир это чувствует и реагирует.

— Что грядёт?

Ирма сама не поняла, чего испугалась. Вив передёрнула плечами и, вернув улыбку, посмотрела на подругу:

— Не знаю. Может и ничего, а может… Сама подумай, что чувствует мир, если не хочет оживать?

Ирма присвистнула. Стайка ворон, облепившая мёртвые ветви старого дерева, взметнулась вверх с громкими криками.

Некоторое время девушки шли молча, парк сменился калейдоскопом новых улочек. Ирме очень хотелось отмахнуться от сказанного, списав всё на суеверия старой ведьмы, окончательно сошедшей с ума. Так часто бывает: чем более могущественной была ведьма, тем больше вероятность, что к концу жизни её рассудок помутится. А Сальма Флаерс была очень могущественной ведьмой.

— Пришли.

Ирма, вырванная из омута собственных мыслей, огляделась, не сразу осознав, где они.

— Ты… ты шутишь же, да?

— Да, — согласилась Вив, распахивая дверь и пропуская подругу, — люблю, знаешь ли, шутки ради час тащиться в книжный.

— Это не книжный, — Ирма всё ещё стояла у входа, не решаясь войти.

Она много раз проходила мимо этой витрины, где, сидя на метле, мальчик со шрамом гнался за подвешенным в метре от него золотым снитчем. Во второй витрине, так же на метле, восседала карикатурная ведьма в огромной широкополой шляпе. Витиеватая надпись над дверью гласила: «Всё для колдовства» и чуть ниже мелкими завитками: «Лавка сувениров».

Понимая, что стоять так и дальше — нелепо, Ирма всё-таки зашла внутрь. Стилизованная под жёлтый кирпич дорожка вела прямиком к кассам. На первой открытой витрине стояли пузатые котелки: медные, чугунные и даже парочка деревянных, похожих на те, что и правда использовали в своей работе ведьмы, но не для варки адских зелий, а для того, чтобы толочь травы. Вив как-то объясняла, что для измельчения ещё живых сочных трав такая посуда не подойдёт, а вот накидать пол котелка засушенных хрустящих кореньев и слушать, как тяжёлый металлический венчик стучит по массиву дерева, что может быть лучше⁈

Чугунные котелки вышли из моды с появлением первых плит. Среди ведьм нашлось не так уж много приверженцев эстетики, больше практиков, сменивших котелок на кастрюлю. Да и внимания, будем честны, это не привлекает. Когда случайно зашедшая в неподходящий момент соседка увидит на огне странно пахнущий отвар, к кастрюле вопросов не будет, а вот за котелок со странным варевом вполне можно попасть в список местных сумасшедших. Попробуй потом из него выберись.

Волшебные палочки, занимавшие большую часть вертикальных прилавков, и вовсе ведьмами никогда не использовались. Откуда пошло это поверье, ни Ирма, ни её окружение не знали, ещё в детстве она очень старательно и дотошно всех опросила.

Пучки сушёных трав вперемешку с пластмассовыми летучими мышами свисали с невысоких потолков, то и дело задевая волосы и оставляя мелкие листочки. За спиной продавца стояли книги: разного объёма и размера, но непременно очень старые. Вернее, состаренные. Некоторые имели наглость сиять ламинированной обложкой поверх якобы разваливающихся корешков.

Девушка за прилавком в огромных очках и шляпе, едва уступающей размерами витринному гиганту, приветливо улыбнулась.

— Ищете подарки для детей?

— Да. Для детей. Одной двадцать восемь годиков, — Вив указала на себя, потом чуть обернулась, указав на Ирму, — второй двадцать пять. Нам нужны две большие шляпы и амулеты. Да, обязательно амулеты на удачу.

Ирма поравнялась с подругой и молча смотрела, как та продолжает нести чушь, прикидывая, уж не сошла ли та с ума на фоне переутомления.

— И знаете, неплохо было бы какую-нибудь книжку с зельями. Да, эта подойдёт. Нет, шляпы не заворачивайте и амулеты тоже.

Взяв небольшую остроконечную шляпу тёмно-фиолетового цвета, Вив водрузила её на голову подруги. Себе она выбрала изумрудную, настолько сочетавшуюся с рыжим оттенком её волос, что Ирма с продавцом невольно залюбовались. Ослепительно улыбнувшись, девушка нацепила себе кулон в виде небольшой изогнутой змейки на тонком чёрном шнурке. Аналогичный, но почему-то с пауком, протянула Ирме.

— Я не люблю пауков.

Секунду подумав, Вив смилостивилась:

— Ладно. Кулон можешь выбрать сама.

— Амулет, — поправила девушка за стойкой.

— Ой, да. Амулет. У ведьм это амулет называется.

Ирма наконец рассмеялась, позволив настроению подруги завладеть ей:

— Я беру вот этого дракона.

— Символ силы и огня?

— Скорее камня и золота. Ну, они же над золотом чахнут?

— Это Кощеи.

— Да? А драконы над чем чахнут?

— Просто бери уже этот амулет. Твой будет чахнуть над златом.

— Я не хочу в качестве амулета иметь чахнущего дракона, дайте лучше черепаху.

Ирма невольно улыбнулась, почувствовав в руке тепло малахита.

— Не улыбаемся, а платим. Подожду тебя на улице.

Вив развернулась, эффектно взмахнув волосами и покачивая бёдрами пошла к выходу. Ирма настолько удивилась, что даже сказать ничего не смогла, глупо глядя в след подруги.

— Карта?

— Не-нет. Наличные.

— И что это было? — Ирма постаралась изобразить гнев, но получилась только растерянность.

— Мы играем. В ведьм, если ты не поняла.

Вив карикатурно захихикала, прижимая к груди толстую книгу заклинаний.

— Какая-то глупая игра.

— Зато доходчиво показывает разницу между жизнью и игрой.

Ирма покачала головой, не находя что ответить. Действительно, доходчиво.

— Мне вообще-то стулья были нужны. И стол.

— Это без меня. А то ещё нагрянет полиция со штампами, а у меня тут колдовская книга. Сожгут, — Вив махнула кистью с ярко-алыми ногтями.

— Вот ещё! — Ирма возмутилась, едва сдерживая смех, и крепко обхватила руку подруги. — Пошли. Будем отбиваться гримуаром!

Расхохотавшись и забыв о мучавшей её дилемме, Ирма позволила этой невыносимой женщине, этой занозе в пятой точке, в очередной раз вывести себя из состояния душевного оцепенения. Конечно, она ещё не до конца верила, что всё это правда, но уже позволила себе подумать: «А вдруг и правда не игра».

Поплутав ещё немного по маленьким улочкам, они покинули старый город и словно оказались в совершенно другом мире. Высокие небоскрёбы, оживлённые проспекты и толпы не пойми куда спешащих людей, так и норовящих врезаться в тебя со стаканчиком горячего кофе. Без происшествий преодолев два перекрестка, то ли чудом, то ли шляпы и правда были волшебные, девушки вышли к огромному торговому центру.

— Надеюсь, ты знаешь, куда идти. Я в жизни не найду нужный нам магазин.

— Не переживай, мебельный занимает большую часть первого этажа. Не промахнёмся.

Вивьен сильно их переоценила. Посетив по пути почти все встреченные отделы, в нужный они добрались ближе к пяти часам вечера, нагруженные пакетами, но чертовски довольные жизнью. Из одного торчал тёмно-фиолетовый кончик шляпы Ирмы, Вивьен предпочла оставить свою на голове.

Карауливший в дверях консультант сомневался, как реагировать на столь необычных посетительниц. С одной стороны, их внешний вид не выдавал платежеспособных покупателей, с другой — количество пакетов в руках говорило об обратном. Растерянный юноша провёл их к столовым залам. Здесь было всё: от необработанных деревянных гигантов до изящных стеклянных столиков. От разнообразия у Ирмы пошла голова кругом, да и усталость брала своё.

— Может, отложим на завтра?

— Может, возьмёшь первый попавшийся и начнёшь есть по-человечески, а не на коленках?

— Я не на коленках ем, а на кофейном столике, — скорее из вредности, чем всерьёз, возразила Ирма. Раздавшийся звонок прервал дальнейшие дебаты. В трубке раздался незнакомый мужской голос:

— Добрый вечер. Это капитан Грин. По поводу убийства Одри Стоун.

Внутри девушки прошла нервная дрожь, оставляя после себя гнетущее чувство холода, длинными иглами впивавшегося во внутренности. Ирма вцепилась рукой в столешницу, чтобы устоять на ногах.

— У вас остались вопросы?

— Скорее появились новые. Мы можем встретиться?

— Куда мне подъехать?

Вив внимательно следила за подругой, пытаясь понять, почему она так побледнела.

— Лучше не появляйтесь в участке. Я сам подъеду. Завтра в обед у вас дома, подойдёт?

— Я… — Ирма сделала глубокий вдох и как можно непринуждённее ответила, — хорошо. Я буду ждать.

— И, Мисс Стейн, никому не говорите об этой встрече.

Ирма положила трубку и осела на край стола.

— Это же выставочный экспонат! — взволнованно воскликнул консультант.

— Я его беру.

Поняв, что Ирма не готова потерять опору, Вив взяла оформление документов на себя.

«Опять врать. Хотя почему врать? Я же не знаю, она меня отравила или нет. Да и что это вообще за отравление такое. Чёртов дом, чёртов приём, чёртов Дэвид».

Ирма очнулась, когда её локтя осторожно коснулись.

— Что случилось? — избавившись от консультанта, Вив взволнованно смотрела на подругу.

— Полиция случилась. Никаких штампов, только вопросы об убийстве.

— Тебя подвезти?

— Да. Домой. Капитан, м-м-м, как его там, приедет завтра, но…

Вив всё поняла без слов, кивнула и обняла Ирму, крепко прижав к себе.

— Не переживай. Ты со всем разберёшься.

— Угу, — ответила девушка, из последних сил сдерживая слёзы.

Оплатив чёртов стол, и так ни разу на него и не взглянув, Ирма покинула магазин. Все старания Вив улетели в тартарары, состояние девушки было значительно хуже, чем утром. Реальность с убийствами, непонятными людьми и попытками её отравления напомнила о себе, больно ударив по голове.

Уже в машине Вив сказала:

— Я искала, что за яд это может быть. Пока безрезультатно.

— А что с семейным рецептом противоядия?

Вивьен неопределённо пожала плечами, сбрасывая непослушные локоны.

— Как искать противоядие, не зная яда? Но моё мнение осталось прежним: это не медицинское средство.

— Думаешь, — Ирма сделала глубокий вдох, словно перед прыжком в воду, потому что следующий вопрос фоном вертелся в её голове весь день, и она успешно его игнорировала, но когда-то эти слова должны были быть произнесены, — Анхелика Навил — ведьма?

Не отрываясь от дороги, Вив поморщилась.

— Я об этом думала. Не обязательно. Не все мои клиенты ведьмы, что не мешает им принимать мои зелья.

— Но рецепт-то семейный.

— А что она тебе сказать должна: купила у знакомой ведьмы на случай, если кого-нибудь в моём доме отравят? — Вивьен вздохнула. — Раздобыть бы образец.

— Слушай. Ну так на платье же должно было остаться. У меня весь подбородок был в этой жиже, могло капнуть.

Вив аж притормозила и повернулась к подруге всем корпусом.

— Иногда ты очень умная, но иногда… Хуже бревна, честное слово.

Автомобильные гудки оповестили, что не всем понравилась эта вынужденная остановка, и Вив пришлось тронуться. Дом встретил тишиной и прохладой. У Оливии был выходной, и сегодня никто так и не разжёг камин. Сгрузив пакеты в комнате второго этажа, Ирма схватила платье и отнесла подруге. Она настояла, чтобы Вивьен ехала в оранжерею. Ей и самой было интересно узнать, что за зелье ей дала Анхелика, а у Вив призвание в глазах плескалось, выдавая нетерпение. Останавливать ведьму в таких обстоятельствах — преступление.

Устало опустившись в кресло, Ирма осмотрела свой дом. Жилая комната, в которой сиротливо ютилась маленькая кухонка и пара кресел с вешалкой, внезапно разозлила. Стопки книг всё так же аккуратно стояли возле спальни, укоризненно глядя на девушку пыльными боками.

Напряжение, копившееся то ли с момента звонка капитана, то ли и вовсе с ночи, выплеснулось. Но вместо слёз Ирма в бешенстве вскочила и схватила тряпку. Пыль, так нагло облепившая её книги, безжалостно стиралась. Её товарищи, притаившиеся в рамах окон, так же не спаслись от тряпки. Остервенелые движения девушки мало подходили для уборки. Притащив ведро с водой, она с размаху кинула туда тряпку, расплескав половину на паркет. Оставшаяся жидкость громко хлюпала от ударов тряпки о борта ведра.

Резкие движения швабры больше подходили для разгона крыс в подворотне, чем для мытья полов, но с каждым новым движением, с каждым новым взмахом Ирма чувствовала облегчение. Злиться проще, чем плакать, да и продуктивнее. Спустя час она смотрела на сверкающую чистотой комнату.

Отнеся орудия труда в подсобку на первом этаже, Ирма устало прошлёпала в душ. Клубничный запах окутал девушку, клубы белой пены покрывали смуглую кожу. По мышцам растекалась приятная усталость. Улыбаясь, девушка в блаженстве прикрыла глаза, слушая шум воды и долгожданную тишину в голове до тех пор, пока опустошённое нагрузками тело требовательно не заявило, что хочет лечь. Закутавшись в мягкое полотенце, девушка встала у зеркала. Тяжёлые локоны падали на плечи, пуская тонкие капли, через секунду впитывающиеся в ткань.

Момент блаженства был нагло прерван хлопком, раздавшимся из комнаты. Ирма лихорадочно вспоминала, закрыла ли она входную дверь. Осмотревшись по сторонам, схватила тяжёлую свечу, закованную в стекло, и с этим оружием осторожно выглянула из ванной. Её встретил изучающий взгляд зелёных глаз, нагло поднявшийся от ног к лицу. Ирма показательно перехватила свечу в руке:

— Я сейчас кину её! Какого пьяного лешего ты здесь делаешь?

Невозмутимость Дэвида бесила.

— Мы договаривались о встрече. Ты, конечно, обещала приватную обстановку. Но, признаться, я не думал, что настолько.

Он выразительно посмотрел на полотенце, прикрывавшее ещё влажное тело.

— Я не сплю с клиентами.

Неожиданно прямое заявление обескуражило больше саму Ирму, нежели мужчину.

— Подождите внизу, Мистер Кавилл.

Кивнув, он улыбнулся и вышел на лестницу, аккуратно прикрыв дверь. Девушка отпустила свечу, с глухим стуком покатившуюся по комнате. Помотав головой, сгорая от смущения, Ирма поспешила одеться. Натянув легинсы и необъёмный безразмерный свитер, надёжно скрывший всё от запястий до бёдер, она наскоро вытерла волосы. Посчитав, что в данных обстоятельствах укладываться — излишняя любезность, собрала их в тугой пучок, закрепив валявшимся на книгах карандашом.

Взявшись за ручку двери, она нервно сглотнула. Былое смущение накрыло с головы до ног.

«К чёрту. Правила хорошего тона нарушает он, а стыдно мне. Чушь какая-то».

Внутренний монолог не сильно помог, но пробудил упрямство, позволившее действовать. Решительность девушки таяла с каждой ступенью. Она уже видела горящий камин и ужин, расставленный на журнальном столике.

— Я сегодня купила обеденный стол, — зачем-то похвасталась Ирма.

Дэвид повернулся, сидя в одном из кресел. Осмотрев девушку, он совершенно откровенно усмехнулся. Попытка скрыться под бесформенной одеждой не осталась незамеченной.

— А бокалы случайно не прихватила?

— Нет. Бокалы у меня уже есть.

Дэвид выразительно поднял бутылку вина. Быстро сбегав на кухню, Ирма протянула Дэвиду штопор. Терпеливо держа в руках большие винные бокалы, девушка бросала голодные взгляды на стейки, упакованные в фирменные боксы одного из самых дорогих ресторанов города. Ей никогда не приходилось там обедать, но запах сводил с ума, намекая, что не зря их шеф-повар возглавляет все рейтинги. Дэвид заметил интерес девушки к еде и, забрав тару из её рук, кивнул.

— Ешь, пока не остыли.

Ирма хотела было спросить, какого чёрта он опять раскомандовался и с чего вообще взял, что её надо накормить ужином вместо деловой встречи, но голод был сильнее. Запрыгнув с ногами в мягкое кресло, она набросилась на стейк. И только съев больше половины, наконец смогла оторваться.

— Очень вкусно. Спасибо. Я и правда с утра не ела.

Дэвид кивнул.

— Я почему-то так и подумал.

Однако он не спешил набрасываться на еду, неторопливо попивая вино. Отблески огня расчертили его лицо тенями. Небольшие морщинки залегли в уголках глаз, и девушка только сейчас заметила усталость на его лице и, отложив приборы, спросила:

— Как твой день?

— Нормально. Тело увезли под утро, но криминалисты только уехали.

— Как Мисс Навил?

Он зло усмехнулся:

— Лучше, чем большинство. Железная.

Ирма замолчала. Она чувствовала, что между ними что-то произошло. Тон и поза Дэвида, когда он говорил о матери, выдавали крайнюю степень напряжения. Но Ирма понимала, что никакого права задавать личные вопросы, не относящиеся к делу, у неё нет.

— Я ничего вчера не смогла узнать. Ну, кроме того, что женщины рядом с тобой не задерживаются, а принадлежность к высшему обществу не идёт в паре с воспитанием и тактом.

— Познакомилась с Томой.

Он не спрашивал, утверждал. Она кивнула.

— Мне жаль, что ничего не получилось.

— Не страшно, — он на секунду задумался, глядя на бокал в руке. Удерживая тонкую ножку, немного наклонил, внимательно наблюдая, как жидкость послушно скользит по гладкой поверхности. — Я отменяю задание, Ирма.

— В каком смысле?

— Не надо никаких поисков.

— Почему? — тихо спросила девушка, боясь вызвать вспышку гнева. Напряженные костяшки его пальцев говорили, что мужчина на грани, сколь бы сдержанным ни старался казаться.

Но он лишь устало вздохнул, надавив на закрытые веки пальцами.

— Не будем о причинах. Этот ужин в качестве извинения за беспокойство. По поводу оплаты…

— Да к чёрту оплату! — не выдержала Ирма. — Меня чуть не убили, я хочу знать, за что страдала.

Он встал, глядя на неё сверху вниз, чётко и безапелляционно произнёс:

— А продолжим поиски, будет не чуть, а убили. Ты выходишь из игры.

— Это не игры, — Ирма подскочила следом — Меня, живую и настоящую, чуть не убили, я помню, как внутри всё выворачивало, как ребра полосовали внутренности, а я ничего не могла сделать, даже вздохнуть!

Он посмотрел на неё. В его глазах не было ни злости, ни раздражения, только чудовищная, бесконечная усталость.

— Да. И если бы Анхелика не успела, ты была бы сейчас рядом с Одри. В шкафу морга с такой же дырой под рёбрами.

— Хочешь сказать, — Ирма осела в кресло от информации, — её убили так же, как хотели убить меня?

— Да.

Мужчина опустился следом. Локти, закрытые кашемиром водолазки, уперлись в колени. Он опустил голову на ладони, через секунду, запустив пальцы в волосы, выпрямился. Руки спокойно опустились на подлокотники, словно и не было этой секундной слабости, когда он дал волю эмоциям.

— Всё сложно. Не надо тебе в это лезть, душа моя.

Впервые он произнёс это не издевательски.

— Я могу за себя постоять.

Он улыбнулся.

— Не сомневаюсь. Но не в этом случае.

Дэвид поднялся, намереваясь распрощаться.

— Расскажи мне об отце.

Не понятно, кто из них больше удивился этой просьбе.

— Зачем?

— Ты всеми правдами и неправдами собирался найти его подарок. Мне интересно. Если это, — Ирма замялась, понимая, что уточнение запоздало, — не сложно.

Дэвид пожал плечами и подошёл к камину. Ирме показалось, что языки пламени потянулись к нему. Наваждение длилось всего секунду.

— Да нечего рассказывать. Он умер до того, как я вошёл в сознательный возраст. Чтобы пережить потерю, Анхелике пришлось сменить материк.

Ирма не знала, что ответить.

— Не забивай себе голову. Всё это было слишком давно.

— Ты не поел.

Не отрывая взгляд от огня, мужчина сказал:

— Я не голоден.

— То есть второй стейк ты тоже мне брал? Или мой вид в полотенце лишил тебя аппетита?

Ухмыльнувшись, мужчина наконец-то ожил, став её вчерашним знакомым, а не копией самого себя в дождливый день. Тени под глазами разбежались, спина расслабилась, вернулась легкость движений.

— Я, наверное, должен извиниться?

— Наверное? Ты ворвался в мой дом, спасибо, что не сразу в ванную.

— Дверь была открыта, а свет горел только наверху. Но уверяю тебя, моего никчемного воспитания хватило бы, чтобы не сунуться в ванную.

— Я могла забыть полотенце.

— Значит, мне не повезло.

— Эй!

Ирма впервые пожалела, что оставила свечу наверху. Пришлось метать только убийственный взгляд.

— Это был комплимент.

— Теперь это так называется?

Щёки девушки пылали.

«Сама виновата, кто за язык тянул».

Дэвид поднял руки в жесте капитуляции.

— Прости. Больше так не буду. Хорошего вечера, Ирма.

Он положил на стол бумажный конверт и, кивнув, направился к выходу. Ирма встала следом, паникёр внутри кричал: «И что это всё? Он вот так уйдёт, и мы больше не увидимся?».

— Дэвид…

Он обернулся, остановившись у самой двери и вопросительно приподнял бровь.

— Спасибо. За платье, за ужин и, — Ирма улыбнулась, — за огромный букет роз, который ты подарил мне при знакомстве. Мне бы он, наверное, понравился.

Мужчина усмехнулся, делая шаг ей навстречу. Полумрак делал его движения плавными, завораживая.

— Спасибо, что пустила и не оставила висеть на трубе.

Она шагнула ближе, упираясь в его плечо носом и слегка приподняла голову, искоса глядя на него.

— Спасибо, что спас от змей.

Положив пальцы на её подбородок, он слегка надавил, запрокидывая её голову выше.

— Не ври. Ты их не боишься.

Конец фразы он выдохнул ей в губы, вместо точки целуя. Без немого вопроса, можно ли, словно делал это не впервые. Колени Ирмы предательски дрогнули, пальцы вцепились в плечи, вся её сущность тянулась к нему, отвечая. Руки Дэвида легли на поясницу, слегка надавливая и прижимая к себе, одна ладонь скользнула вверх по позвоночнику. Запустив пальцы в растрепавшиеся волосы, слегка сжал, сильнее запрокидывая голову и углубляя поцелуй, становясь настойчивей в своих действиях и движениях, мужчина прижал её к стене.

Оба теряли рассудок, забываясь в этом поцелуе. Губы Дэвида жадно исследовали тонкую кожу шеи, слегка прикусывая. Понимая, насколько всё неправильно, Ирма не находила в себе сил сопротивляться, скользнув руками под кашемир, огладила напряжённый пресс, оставляя на коже тонкие белые полосы от ногтей.

Грохот в кабинете привёл их в чувства, разрывая поцелуй. Тяжело дыша, Дэвид прислонился своим лбом к её, глядя на дрожащие прикрытые ресницы. Короткое горячее дыхание девушки касалось его кожи. Смущённая своим поведением, она не спешила открывать глаза, нервно прикусив губы, вытащила руки из-под чужой водолазки.

— Мне пора прятаться в шкаф, или что это было?

Едва восстановив дыхание, спросил Дэвид, не спешно массируя её голову и не торопясь убирать руку.

— Понятия не имею, но точно не ревнивый муж.

— Он в командировке?

— Ага. В вечной, — Ирма наконец открыла глаза, страшась увидеть на его лице усмешку. Вместо последней её ждала едва заметная улыбка. Девушка видела, что Дэвид в неменьшем замешательстве от произошедшего.

— Пойдём проверим?

Ирма кивнула, невольно отталкивая Дэвида, его пальцы освободили её волосы, и он сделал шаг назад. Чтобы как-то разрушить возникшую неловкость, мужчина подошёл к кабинету и заглянул внутрь.

— Картина. Это была картина.

Ирма всё ещё стояла, прижавшись к стене. Видимо, решив больше не мучить её, мужчина направился к выходу, задержавшись на пороге, обернулся.

— Я не должен был. Прости.

— И ты, — не зная, что ещё добавить, Ирма кивнула. — До встречи?.

Ей очень не хотелось, чтобы это звучало, как вопрос, но что-то подсказывало, что именно так это и звучало. Дэвид словно почувствовал её сомнения, но не стал выдавать свою фирменную наглую ухмылку, а просто ответил:

— До встречи.

И это точно не звучало, как вопрос.

Закрыв дверь, Ирма прижалась к ней спиной и медленно съехала на пятую точку.

— Что я творю?

Уставившись в одну точку, девушка попыталась обуздать сумбур эмоций и мыслей. Они разбегались, бились в истерике и совершенно не поддавались упорядочению. Разозлившись на себя, Ирма оттолкнулась от пола и встала, прошлёпав в ванную, по пути взывая к разуму:

— Я взрослая состоявшаяся женщина. Имею я право на личную жизнь или нет?

Противное подсознание ехидненько ответило: «Имеешь. Но думать головой надо, с кем ты решила её устраивать. Хлипкость положения, сменяющиеся девушки, оно тебе надо? В жизни мало проблем?»

— Ой, всё!

Сказала девушка душу, включая воду.