Частный сыск. Осторожно! Работает ведьма

8. Мужчина, женщина и китайские палочки

Взгляд, пожирающий пламя, руки опущены в карманы, лицо, казавшееся расслабленным. Игнорируя кресла, мужчина стоял в шаге от камина, оперевшись плечом о кладку. Отблески пламени ложились на тёмную ткань классического костюма. В полумраке приёмной его можно было принять за демона, в разлуке с адом жадно ищущего огня. Несмотря на расслабленность позы, в нём угадывалось напряжение.

Что в офисе её кто-то ожидает, Ирма поняла по припаркованной машине. Отливая чёрными боками, её место нагло занял чей-то седан стоимостью с космический корабль. Присвистнув, девушка затормозила чуть в стороне. Контраст автомобилей мог повергнуть в шок любого стороннего наблюдателя.

Отбросив солнцезащитный козырёк, Ирма придирчиво осмотрела себя в маленьком зеркале. Таких клиентов надо бы встречать в лучшем виде. Наскоро собрав высокий пышный пучок и нацепив очки для солидности, она нервно разгладила идеально гладкий ворот черной водолазки. Апрельский ветер накинулся на покинувшую машину девушку, несколько прядей выпали из хлипкой укладки, норовя залезть под очки.

Сражаясь с погодой, причёской и волнением, Ирма распахнула дверь, а тут такая сцена. Она почувствовала себя столь же неуместной, как и её старенький жук рядом с роскошным седаном. Вообще-то, для неё это было совершенно не свойственно. Богатство её родителей было не напоказ, но придавало ей уверенности при общении с обеспеченными людьми. Здесь было что-то другое: не разница в доходах, а столкновение двух разных миров. Будто на одной полке столкнулись уютный вязаный плед и роскошный атлас — возможно, конечно, но до чего же нелепо.

Повернувшись на звук, мужчина, опережая Оливию, заговорил низким тихим голосом:

— Добрый вечер. Видимо, вас-то мы и ждём. Ирма?

Замерев всего на секунду — немыслимый подвиг, девушка кивнула.

— Добрый вечер. А вы?

Протянув последнюю букву, она дала возможность посетителю представиться:

— Дэвид Кавилл.

Ирма робела и никак не могла взять себя в руки. Не понимая ни реакции организма, ни своего поведения, она не придумала ничего лучше, чем начать злиться. В конце концов, злость, в отличие от робости, не мешает действовать, хоть и не слишком разумно.

— Прошу в кабинет.

Проходя мимо помощницы, она с удивлением отметила, что компанию ей составляет Вивиан. Обе девушки не стесняясь разглядывали их пару. Оливия была явно заинтригована новым делом, которое мог принести этот мужчина, а вот выражение лица Вив Ирма разгадать не смогла: не то злое, не то недоумённое. Пообещав себе разобраться с этим сразу по уходу клиента, Ирма зашла в кабинет. Мужчина плотно закрыл дверь и прошёл к столу. Опустившись в кресло, он заинтересованно посмотрел на картину над головой Ирмы.

— Интересный выбор, — переведя взгляд на Ирму, улыбнулся уголком губ, — и названия агентства, и картины.

— Спасибо, — невозмутимо ответила девушка, давно смирившаяся с «Лежачим камнем». — Так что у вас случилось?

— Не у меня. У моей матери украли семейную реликвию.

— Вы обращались в полицию?

— Нет.

Ирма слегка склонила голову, ожидая продолжения, которого не последовало. Пришлось спрашивать самой:

— Почему?

— Не вижу смысла. Вещь недорогая, никто её искать не будет. Максимум слуг опросят, а это я и без них сделал.

В его интонациях не было бахвальства, сплошная констатация. Но Ирму начинала раздражать его самоуверенность.

— Они профессионалы.

— Несомненно. Однако с людьми я общаться умею. Прислуга его не крала, не выбрасывала и не прятала.

Он сказал это без угрозы, но у Ирмы по спине пробежал холодок. В её голове почему-то живо нарисовались сцены средневековых пыток, но она попыталась сохранить на лице доброжелательность:

— Что это за вещь?

— Яйцо.

Ирма приподняла бровь:

— Простите?

— Мраморное яйцо. Это подарок моего отца. Его уже нет с нами.

— А подробнее. Размер, цвет.

— Чёрный мрамор, в диаметре около десяти сантиметров.

Ирма откинулась в кресле. От былой злости не осталось следа, а вот любопытства хоть отбавляй.

— Но постойте. Яйцо такого размера из черного мрамора — не совсем дешёвая безделушка, а точнее сказать, очень даже дорогая. Конечно, всё зависит от узора и чистоты породы, но всё же. Почему вы решили, что полиция не станет этим заниматься?

Мужчина улыбнулся:

— Потому что, в отличие от вас, полиция совершенно не разбирается в стоимости мрамора. Для них это материал для пола в общественных зданиях, — он приподнял бровь, иронично добавив, — в лучшем случае. А значит не стоит ничего.

— С чего вы взяли, что я разбираюсь?

— Вы же сами сказали. Вернее, доказали. Только что.

Вернув лицу серьёзность, он добавил:

— Но я хочу, чтобы вы уяснили одну вещь. В первую очередь — это подарок отца. Поэтому для меня очень важно её найти.

Нечего и говорить, что для Ирмы это было дело мечты, но радоваться она отчего-то не спешила. Слишком уж хорошо всё складывалось.

— Откуда вы о нас узнали?

— Порекомендовали.

Дэвид поставил локоть на подлокотник и, уперевшись указательным пальцем в скулу, опустил подбородок на большой палец, слегка наклонив голову. Ирма подумала, что если и есть в этом мире олицетворение лукавства, то выглядит оно именно так. Самое сложное было оставаться серьёзной и сосредоточенной и не смотреть на пальцы, прикрывающие уголок губ, потому что невозможно же, почему они так гипнотизируют — губы, не пальцы. Немного припухлые, с чётким изгибом. А зеленые глаза, со смехом смотрящие из-под длинных до неприличия ресниц, почти лишали способности нормально рассуждать.

«Давно у меня не было романов, видимо. Пора исправлять. Но не с ним, нет. Он — клиент. Сосредоточься».

— Я навёл справки. Неверных мужей Вы пачками разоблачаете, попробуйте себя в более стоящем деле. В конце концов, какая разница, с какого именно агентства начинать? Хоть по алфавиту. Ни у кого нет опыта в подобных делах. Так почему бы начать не с вас?

Он пытливо смотрел на Ирму, зная, что она ответит. Чувство противоречия было сильным, очень уж хотелось расплыться в улыбке и вежливо объяснить человеку, как пройти в полицейское отделение. Но что-то внутри не давало ей это сделать. Если бы Ирма была более суеверной, она бы наверняка сказала: камень звал ведьму.

— И правда, почему бы не с нас. Когда пропало яйцо?

Мужчина поднялся из кресла и, направляясь к двери, произнёс:

— Не будем терять времени, расскажу по дороге. Вы же взяли дело, я правильно понимаю, — он не спрашивал — утверждал.

— По дороге к-куда?

От неожиданности девушка начала заикаться. Мужчина замер, держась за дверную ручку, и обернулся.

— На место преступления, конечно же. Сегодня у матери приём. Есть вероятность, что похититель среди гостей. Вернее, заказчик, сами дамы руки пачкать, конечно, не будут.

— И вы уверены, что они будут откровенны с частным детективом?

Ирма иронично подняла бровь, переняв манеру посетителя и начиная приходить в себя по мере удаления Дэвида. И правда, что это на неё нашло? С этой работой совсем забыла об остальных аспектах жизни.

— Уверен, что нет. Поэтому представим вас моим плюс один.

Ирма перестала заикаться и просто лишилась дара речи. Конечно, ничего необычного в расследовании под прикрытием не было, но раньше она сама решала, когда и как скрываться. Да и работала без напарника.

Мужчина нажал на ручку, ожидающе глядя на Ирму. Она и не думала подниматься из кресла.

— Так. А ваша мама не будет против? Всё-таки любой казус на приёме может серьёзно подпортить репутацию.

— Не переживайте, она понятия не имеет, что я нанял частного сыщика. Для неё вы тоже будете моим сопровождением.

— При первом же разговоре она раскроет обман, я же ни черта о вас не знаю, кроме имени.

— Не переживайте. У вас идеальное прикрытие. Она даже взгляд в вашу сторону не бросит.

— Какие высокие отношения, — проворчала девушка, наконец выбираясь из кресла.

Критически осмотрев Ирму, мужчина кивнул и открыл дверь в приёмную. Вежливо попрощавшись с Оливией и Вивьен, он направился к машине.

— Я вас сейчас догоню. Мне надо… надо оставить поручения.

Когда входная дверь закрылась за посетителем, взволнованная Оливия нетерпеливо выпалила (и куда только делась её прежняя невозмутимость):

— Что он хотел?

— Пропала семейная реликвия. Просил найти.

— Потрясающе. Настоящее дело, как ты любишь.

— Ага.

Вив задумчиво молчала, так что Ирма не выдержала:

— Ты какая-то непривычно тихая.

Подруга немного дёргано повела плечами, словно сбрасывая наваждение:

— Что-то с ним не так. Понять не могу, что, но… — Вив подняла глаза и серьёзно посмотрела на Ирму, так и не сумев облечь в слова свои смутные подозрения.

— Думаешь, маньяк?

Вив укоризненно посмотрела на подругу, скосив глаза на Оливию.

«Дура!», — мысленно отвесила себе подзатыльник Ирма. Но помощница никак не отреагировала на глупую шутку — вот, что значит воспитание и уравновешенный характер.

— Я серьёзно. Может, откажешься?

— Не могу. Мы сейчас едем на… — Ирма чуть не простонала от нелепости происходящего, — на приём к его матери.

Оливия выразительно прошлась взглядом по одежде Ирмы.

— В джинсах и водолазке? Интересный, наверное, приём.

— Ой…

Ирма опустила взгляд на свою одежду. Ну не мог же он не заметить, во что она одета. Быстро перебрав в голове весь свой гардероб, Ирма осознала, что переодеться она, конечно, может, но только в другие джинсы.

— У нас слишком большая разница в росте, а времени на подгон, я так думаю нет. Как и времени ехать ко мне.

— Спасибо, Оливия. Думаю, это не мои проблемы. В конце концов, я его плюс один, вот пусть и краснеет. — Ирма натянуто улыбнулась, пытаясь вселить уверенность то ли в собеседниц, то ли в себя, мысленно прикидывая, как «прекрасно и непринуждённо» будет себя чувствовать и на сколько растянется это неземное блаженство. — Зато потом будет просто объяснить, почему меня больше никто не увидит. Во всём есть свои плюсы.

— Будь осторожна, — совершенно серьёзно сказала Вив. — Помни, что ты не беспомощна и сможешь себя защитить.

Она выразительно посмотрела на подругу, давая понять, что имеет ввиду её ведьмовскую сущность, но при Оливии такое говорить вряд ли стоило. Ирма кивнула и вышла на улицу. Поёжившись от всё ещё непривычно холодной весны, она удивлённо заметила, что чёрный седан стоит пассажирской дверью у самой калитки.

«Какая галантность», — ехидно подумала Ирма, скорее, чтобы не очароваться клиентом, а не из природной вредности. Мужчина вышел из машины и распахнул дверь в приглашающем жесте. Не ожидая такой подлости от судьбы, Ирма слегка замешкалась и задела макушкой створку. Зашипев то ли от боли, то ли от злости, она сделала вид, что ничего не произошло.

— Осторожнее.

— Оступилась.

Насупившись, она уставилась на дорогу. В свете фар гравий выглядел как приглашение в сказку — вариация на тему дороги из жёлтого кирпича, хотя Ирма точно знала, что там, впереди, небольшой пролесок, а за ним — выезд на одну из центральных артерий города. Совсем недавно, каких-то лет сто назад, эти места считались отдалённым пригородом, но ненасытный город расползался с невероятной скоростью, поглощая всё новые и новые территории. Оставалось лишь радоваться, что где-то недалеко от бурлящей жизни всё ещё сохраняется такой маленький уютный уголок.

Молчание не тяготило, размеренный тихий гул согревающего воздуха постепенно привёл Ирму в расслабленное состояние. Носа коснулся тонкий едва уловимый букет терпких коньячных духов. Неосознанно девушка перевела взгляд на водителя: строгий профиль даже сейчас казался насмешливым, словно это был его способ общения с миром — не воспринимать ничего в серьёз, а как театральную репризу или игру, кому как удобнее считать. Высокие скулы, широкий подбородок, кисти рук, державшие руль с выделившимися венами, — чем больше Ирма вглядывалась в его черты, тем лучше понимала, почему ей так сложно сосредоточиться рядом с ним.

Поймав его вопросительный взгляд, девушка осознала, что слишком явно его рассматривала, и перевела взгляд на мелькавшие огни нового города. Неловкость момента давила.

— Ваша мать живёт в центре?

— Нет, — мужчина слегка повернул голову в её сторону. — Но вы же не собираетесь явиться на светский раут в джинсах?

«И дались им всем мои джинсы?»

— Вообще-то именно это я и собиралась сделать.

Он усмехнулся, возвращая взгляд на дорогу.

— Не в моей компании. А так как своего приглашения у вас нет, придётся чуть-чуть подстроиться.

— Вы собираетесь меня переодеть?

— По первому впечатлению вы достаточно взрослая девочка, что позволяет надеяться, с переодеванием справитесь самостоятельно. Разумеется, так как это расходы на расследование, я их покрою. И ещё, думаю, мы вполне могли бы перейти на «ты». Странно приходить с кем-то на приём и целый вечер «выкать», это привлечёт внимание. Не находишь?

Ирма всё ещё не могла понять, почему этот мужчина так запросто позволяет себе решать за неё, когда и что ей надо делать.

— Находишь. Но знаешь, Дэвид, — она произнесла его имя практически по буквам, — ты меня нанял, но это совершенно не значит, что ты можешь определять курс расследования. Позволь этим займётся профессионал.

— Я тебя ещё не нанял. Решение будет принято после сегодняшнего вечера.

— То есть оценивать мою квалификацию ты собрался исключительно потому, насколько качественно я выполню твои указания? Не находишь, что критерии для отбора ты выбрал не самые лучшие? С тем же успехом можешь попросить вести расследование свою горничную.

Мужчина немного поднял руки от руля в ироничном жесте капитуляции, благо они как раз остановились.

— Ты победила. Тогда идём на приём в джинсах и переодеться надо мне?

Девушка еле сдержалась, чтобы не выплюнуть ядовитое: «да». Но вовремя себя одёрнула, решив включить в счёт надбавку за исключительную вредность клиента.

— Нет. Не идём.

Ирма огляделась и обнаружила, что они припаркованы у аллеи бутиков. Решительно распахнув дверь, она направилась в ближайший, с твёрдым намерением купить первое попавшееся платье. Конечно, она никогда не одевалась в секонд-хендах, да и в совсем уж дешёвых магазинах замечена не была, предпочитая практичные вещи, которые можно носить годами без страха порвать в первый же месяц. Однако опыта пребывания в подобных заведениях у неё не было.

У дверей приветливая ухоженная девушка окинула её оценивающим взглядом. Ирма не сомневалась, что в иных обстоятельствах приветливости было бы значительно меньше, но этот взгляд она почувствовала на себе, когда вышла из машины. Можно не сомневаться: консультант уже прикинула в голове чек, который будет выписан, потому так старательно окружила Ирму вниманием.

Напрочь забыв, что собиралась купить первое попавшееся, Ирма отвергла несколько нарядов и скрылась в примерочной в обнимку со скромным на первый взгляд платьем. Чёрный бархат укутал фигуру: грудь, плечи, руки. Подчёркивая каждый точёный изгиб, оно спадало вниз тяжёлой свободной юбкой, не стеснявшей движения. Ирму немного смутил разрез до середины бедра, но она успокаивала себя тем, что он был виден только если сделать очень широкий шаг.

Платье могло бы показаться излишне пуританским, если бы не вырез, обнажавший спину, края которого были скреплены тремя нитями жемчуга чуть ниже лопаток. Атласные лодочки в цвет жемчуга, покрытые тонким чёрным кружевом на высокой шпильке, и небольшой расшитый тёмным бисером клатч. Непроизвольно улыбаясь своему отражению, Ирма бросила взгляд на причёску.

— Ой…

Наскоро распустив пучок и взбив волосы, девушка повертелась и осталась совершенно недовольной. Тихо чертыхнувшись и откинув портьеру примерочной, она вышла в зал. Дэвид стоял у стойки кассы и о чём-то мило болтал с консультантом.

«Так вот куда она запропастилась. А я-то думаю».

Выпрямившись и поймав на себе взгляды — заинтересованно — оценивающий и неприкрыто завистливый, она прошествовала к кассе и, подхватив мужчину под локоть, елейным голосом пропела:

— К знакомству с мамой я готова, душа моя.

Ирма улыбнулась так широко, что любая голливудская звезда позавидует.

«Зачем я это делаю?» — вопрос, конечно, своевременный, но отступать уже поздно.

Мистер Кавилл лишь иронично приподнял уголки губ и едва заметно покачал головой, протягивая карту для оплаты. Пикнувший терминал оповестил, что платье и сопутствующие атрибуты могут быть вынесены из магазина. Гордо вышагивая рядом с красивым мужчиной, она покинула магазин и лишь на улице отпустила локоть.

— А быстро ты вжилась в роль. Действительно профессионал.

— В работе под прикрытием главное — убедительность. Я сейчас.

Бросив фразу на ходу, Ирма уже мчалась к небольшому магазину посуды на другой стороне улицы. Хотя назвать это посудой язык не поворачивался, произведения искусства: драгоценные металлы, расписанный вручную тончайший фарфор, но увлечённо разглядывать всё это у Ирмы времени не было. Подлетев к ошарашенному продавцу, уже собравшемуся закрывать магазин, она выпалила:

— У вас есть китайские палочки? Желательно не гладкие, а с узором. Добрый вечер.

Быстро оправившись, как и подобает любому работнику магазинчиков на этой улице, он улыбнулся и жестом попросил подождать. Потревоженный колокольчик над входной дверью не отвлёк девушку от важного занятия: нервно приплясывать у витрины.

— Решила купить пару тарелок? Не самое подходящее время, но в практичности тебе не откажешь.

Закатив глаза, Ирма повернулась к подошедшему Дэвиду:

— Контейнер. Заберу с собой всё, что не доем.

— Попрошу официантов задерживаться рядом с нами подольше, чтобы удобнее было.

— Твоей любезности нет предела.

Их перепалку прервало тактичное покашливание. Выложив перед девушкой несколько наборов, консультант сделал шаг назад:

— Что-то из этого подойдёт.

Ирма взяла в руки деревянную резную палочку с небольшим цветком на конце, в центре которого крепилась жемчужина, на кончике второй была закреплена небольшая кисточка из коротких тонких металлических цепочек. Оттенок дерева почти совпадал с цветом её волос.

— То, что нужно.

Под удивлённые взгляды мужчин она собрала волосы и закрепила их китайскими палочками, ликуя, что ей удалось пробить защиту насмешливости и выгнать на поверхность искренние эмоции. Вопросительно посмотрев на Дэвида, Ирма с невозмутимым лицом спросила:

— Оплатишь или будем красть?

Не дожидаясь ответа, девушка пошла к машине. Остановившись у пассажирской двери, она обернулась в поисках спутника, покинувшего магазин спустя несколько минут, когда Ирма уже отчётливо слышала, как стучат её зубы. В руках Дэвид держал небольшой бумажный свёрток, который протянул ей, когда распахивал пассажирскую дверь.

— Ты забыла.

Спешно устроившись в кресле, Ирма открыла пакет и рассмеялась.

— И точно.

В подарочной упаковке был небольшой стеклянный контейнер.

«Один — один».