Четыре психопата

Глава 6

Проходит неделя, за которую меня до дурноты утомили мои собственные старания незаметно красться по дому. Всякий раз, сталкиваясь с одним из четверки, я прохожу сквозь стену.

Неловкая напряженная ситуация.

Они читают книги и пытаются выяснить, кем я могу быть, чтобы изгнать меня из своей жизни.

Я же в основном прячусь и боюсь, что парни добьются успеха.

Если бы мне удалось перейти на следующий уровень, я бы материализовалась. Тогда моя душа больше не была бы к чему-то привязана, и я бы могу сбежать, как чертово животное, освободившееся из клетки от нависшей гибели. Я слишком много сил вложила в выживание, чтобы умереть от рук тех, кто когда-то был моим смыслом и стимулом.

К счастью, нынешним вечером все четверо отправляются по кроватям. Уступив дурной привычке, я прохожусь по комнатам, желая всем спокойной ночи. Похоже, на завтра у них назначен поединок или что-то типа того, потому сегодня они ложатся пораньше. Для разнообразия вместе со всеми отключается и Кай.

Честно говоря, почему-то все они спят, как убитые. Более того, Иезекииль храпит. Впервые за долгие годы.

Подойдя к постели, я провожу пальцами по его щеке, задумчиво наблюдая за ним. Ни разу за пять лет он даже не посапывал. Иезекииль никогда не спал так крепко.

Да и Кай заснул слишком быстро. Что было совершенно ему не свойственно.

Перейдя в другую комнату, я обнаруживаю, что Джуд так же потерян для мира, как и остальные. Он всегда спал на спине. Но сегодня лег на живот, не потрудившись раздеться. Я точно знала, что Джуд физически не мог заснуть одетым. Поэтому всегда раздевался.

Покинув его комнату, я осматриваюсь. Пускай они хотят меня изгнать, и пускай я немного их ненавижу, но не выношу мысли, что кто-то хочет причинить им боль.

Иных объяснений я не нахожу.

Сбежав по лестнице, я проверяю, заперты ли двери и окна. Тогда я замечаю на стойке бутылку, которую парни ранее купили у Гарольда, и замираю. Они выпили всего по стакану. Не сказать, что я подсматривала. Просто слышала, как Кай предложил опрокинуть по стаканчику и смочить горло, чтобы успокоить нервы и снять напряжение.

В бутылке я уловила едва заметные маленькие зеленые водовороты. Почти как мое призрачное отражение в былые времена — настолько прозрачное, что только самый острый глаз замечает очертания.

Вот дерьмо.

В прошлых бутылках ничего подобного не было.

Бумага на стойке колыхнулась под порывом легчайшего ветерка. Обернувшись, я вижу открытое окно.

О нет.

Я взбегаю по лестнице, но наверху никого нет. Затем я быстро начинаю заглядывать в спальни, проверяя каждого из парней.

Возле спальни Джуда мое сердце уже практически выпрыгивает из груди.

Один мужчина крадется к кровати с занесенным мечом, пока второй караулит у двери, держа перед собой оружие, словно Джуд мог вот-вот перестать храпеть и вступить в бой.

Пробежав сквозь незнакомцев, я не чувствую ничего похожего на покалывание и бросаюсь к кровати. Там я проскальзываю через нее и Джуда, не сводя глаз с убийцы, подкрадывавшегося все ближе.

— Стой! — кричу я, но мужчина меня не видел.

Я вскидываю взгляд на второго, ждавшего у двери и также не подозревавшего о моем присутствии. Когда убийца заносит меч, я приготавливаюсь подняться на новый уровень и дать отпор, как и в прошлый раз, подпитываемая каждой возможной каплей страха. Но вместо удара из моей руки что-то вылетает и врезается в мужчину. Я понятия не имею, какая невидимая сила исходит из кончиков моих пальцев, оставляя после себя знакомое чувство холода.

Мужчина округляет глаза и с визгом налетает на лезвие своего напарника. Того самого, который стоит у двери. Караульный выглядит слишком ошеломленным, чтобы двигаться, пока первый, из чьей груди торчит меч, не открывает рот в беззвучном крике. Все вены на его теле начинают чернеть, и меня тошнит. Лезвие светится ярче и ярче, высасывая из человека все живое.

Второй парень вытаскивает меч из груди умиравшего подельника и, испуганно бросив на него взгляд, в приступе паники смотрит сквозь меня на Джуда.

Не успеваю я отреагировать, как уцелевший наемник нападает, вскинув меч. Меня охватывает знакомое ощущение, вырвавшееся наружу взрывом. У незнакомца перехватывает дыхание, и он замирает в воздухе передо мной, подходившей к нему с вытянутой рукой, из которой исходит чужеродная сила.

Кажется, проходит целая вечность, хотя на деле лишь несколько секунд. Как и первый, второй парень пролетает через всю комнату и, когда падает, больше не шевелится. Быстро подскочив к нему, я приготавливаюсь к атаке. Но при виде него лишь шумно выдыхаю и отступаю.

На всем его лице и теле расцветают химические ожоги. Словно его внутренности погружают в токсичные отходы, не только вытекавшие из каждого отверстия на теле, но и сжигавшие его изнутри.

Они лишь разрастаются, и я отворачиваюсь, не в силах заставить себя посмотреть.

Парень с темными венами уже на пороге смерти и наконец-то видит меня, чего не мог раньше. Медленно изогнув губы, он кашляет и хохочет. Мужчина открывает рот, будто хочет заговорить, но не успевает, и его голова безжизненно заваливается набок.

Мертв.

Менее чем за пару минут я умудряюсь убить двух человек. Один из них поначалу не видел меня, зато перед смертью у него открылись глаза на правду.

Посмотрев вниз, я обнаруживаю, что моя рука по-прежнему наполовину прозрачна, однако вырывавшиеся у меня из груди выдохи становятся теплее.

Может, прежде чем потерять память и превратиться в привидение, я была убийцей. Слишком легко я лишаю людей жизни. И ощущения правильные.

Что очень меня волнует.

Хочется выпить. Я более чем заслуживаю.

Обернувшись, я смотрю на Джуда и прислушиваюсь к его тихому храпу. Он мирно спит.

— Можешь не благодарить, — ворчу я.

От шороха приближавшихся шагов по моей спине бегут мурашки. Видимо, ночь только начиналась. Кто-то очень хочет, чтобы мальчики — уже не мои — умерли.

У меня покалывает кончики пальцев, и я готова действовать. Просто потому что могу, я скидываю свой обычный наряд и примеряю более агрессивный облик, даже если незваные гости не могут меня видеть.