Дикарка для Истребителя драконов

Глава 14

Сегодня впервые за долгие годы я проснулся, потому что выспался. В комнате уже было светло, солнечные зайчики плясали на лице, отражаясь от стеклянных дверей шкафа. Я с трудом приподнялся и сел, все тело затекло от долгого лежания в неудобной позе. Все-таки нужно было вечером перейти с кушетки в кабинете на кровать, но я не решился сбивать дремотный настрой. Случались со мной такие ночи, когда эти тридцать минут на кушетке были единственным сном за несколько мучительных суток.

Шея отчаянно хрустела, когда я вертел головой. Я с удовольствием потянулся, по привычке оберегая правую ногу. А потом прислушался к себе, огонек боли, который до вчерашнего вечера тлел где-то рядом, исчез. Как будто с меня свалился многопудовый груз.

Я немного наклонился, чтобы увидеть циферблат часов рядом с рабочим столом. Шесть. Так, а девчонке я сказал, что буду ждать ее к восьми. У меня еще было время, чтобы привести себя в порядок и позавтракать.

В д`уше я напевал, отчаянно фальшивя. Настроение было как раз на военные марши, а это я знал наизусть. Вода стекала по коже, и мне казалось, что она смывает не только пот, но и многолетнюю пыль, которой я успел зарасти. Как будто эта девчонка одним своим прикосновением вывела меня из летаргического сна.

Я вел острым лезвием по щеке, сбривая щетину, и старался не улыбаться, чтобы не наделать новых шрамов на лице. Те старые уже превратились в тонкие белые линии. Раньше я прятал их за куцей бородкой. Одно время до синевы брился, чтобы не забывать, кто именно их оставил. А теперь я просто сбривал щетину, потому что она выросла и мешала.

Пока мылся и прикладывал горячее полотенце к лицу, и брился, и одевался, и шел в рабочий ректорский кабинет на втором этаже, старался не думать о рыжей девчонке из Северных земель. Странно, почему она выбрала эту фамилию — Северская? Звучало глупо и совершенно ей не шло. А вот Аргандуэл было в самый раз. Чашка с кофе, который принесла мне секретарша, дрогнул, и пара капель упала на белую рубашку. Я с шипением попытался стряхнуть его, но капли уже впитались некрасивыми кляксами на груди. Демоны!

— Магистр Фанхорн, — закудахтала заботливая госпожа Луидан, моя секретарша, потряхивая седыми кудрями, — в шкафу где-то должна быть свежая рубашка, сейчас я принесу.

С тех пор, как я стал здесь ректором, заботливая старушка опекала меня как родного внука. Единственным, но существенным минусом было то, что она с упорством достойного лучшего применения, пыталась устроить мою личную жизнь. Весь женский коллектив с ее подачи вел на меня коллективную охоту. Но она прекрасно умела ими управлять, и это меня устраивало, а на женское кокетство я просто не обращал внимания, понимая, что роман с одной из преподавательниц был бы настоящей катастрофой, способной разрушить все.

— Госпожа Луидан, не нужно, — сказал я немного раздраженно, останавливая слишком деятельную старушку. — Все хорошо. Я надену камзол, и пятна не будет видно. Принесите, пожалуйста, еще одну кружку. Но лучше молока. И булочку.

Секретарша удивленно округлила глаза, но спрашивать ничего не стала. По скорости, с которой она сбежала из кабинета, я догадался, что через минуту она будет знать о моей ночной находке все.

Я повернул голову, разглядывая циферблат. Без пяти минут восемь.

Интересно, как она удерживает свою драконью сущность? Я почему-то думал об амулете или зелье. В империи преступникам-драконам накалывали татуировки с блокировкой зверя. Но вряд ли молодую девушку подвергли такому испытанию. Обычно татуировки или клейма делали преступникам.

А ведь я почти поверил, что она не дракон. Там в гостинице и в ратуше я старался удержать ее рядом, чтобы не испугалась и не убежала. Но когда она учуяла аромат госпожи Чайлдю, я окончательно понял, что она дракон. Только они способны были распознать фею. А уж когда Чайлдю рассердилась и выкинула пыльцу, дракон единственный был способен не поддаться на ее очарование.

Я сегодня же планировал поговорить со слишком зарвавшейся преподавательницей боевой магии по этому поводу. Учитывая, как привычно она активировала очарованную пыльцу, делала госпожа Чайлдю это регулярно и безнаказанно. Раньше мне не было дела до ее стиля работы, но с сегодняшнего дня я начну наводить здесь порядок. Посмотрю внимательнее, что там творят остальные. Да и к тому же Чайлдю говорила что-то о ЧП, будет повод залезть в их гадюшник.

Я снова посмотрел на часы. Без двух минут.

Ариэлла. Мне показалось, что это ее настоящее имя. А фамилия Аргандуэл. Другая не смогла бы ослабить проклятье.

Я с силой сжал столешницу, стараясь приглушить ярость. Тише, тише. Надо дышать глубже, злость и магия внутри успокоятся. Не стоит рубить с плеча. Поэтому я вчера так поспешно сбежал, боялся, что впаду в ярость и убью ее. Но с тех пор, как я так кардинально решал проблемы, прошло много времени, я повзрослел. Посмотрю, что она собой представляет, и зачем я ей нужен. То, что Ариэлла искала меня специально, я знал наверняка.

Был еще один момент. Когда она коснулась меня второй раз. Рука раззуделась, как будто я снова ощутил на своей изуродованной коже ее легкое прикосновение. Потер рукой в перчатке о столешницу и взглянул на часы. Восемь.

Но Ариэлла не появилась. Не пришла она и в полдевятого. Ярость, которую я пытался сдержать, стала набирать обороты. Да как она смеет?! Аргандуэльский ублюдок! Я сотру ее в порошок. Отрезвила меня боль. Она вернулась и, как жадный хищник, вцепилась зубами в расслабленную плоть. Я сжал зубы, чтобы не застонать. Убью эту девчонку!

Я выскочил в приемную. Госпожа Луидан привычно вязала. Когда дверь стукнула об стену, она подняла голову от очередного носка и ласково улыбнулась.

— Где молоко и булка, которые я просил принести вас сорок минут назад? — спросил я ледяным тоном.

Улыбка госпожи Луидан увяла, и она опустила вязание на стол.

— Магистр Фанхорн, — она посмотрела на меня укоризненно из-под висящих на кончике носа очков, как будто журила внука, — вы же не пьете молока. А девица, которую вы вчера перенесли в замок, того… Фьють! — госпожа Луидан махнула рукой в сторону окна и, поправив очки, очаровательно улыбнулась.

Я чувствовал, с каким нетерпением она ждала, когда я вернусь в кабинет, чтобы продолжить вязание.

И тут я озверел.

— Госпожа Луидан, вы здесь сидите, чтобы выполнять мои приказы. Вы или будете их исполнять, или будете сидеть дома, вязать носки и сплетничать, — жестко припечатал я.

Старушка удивленно открыла рот, спицы со звоном посыпались на стол.

— Что вы себе позволяете? — шепотом начала она. — Если вы так будете со мной разговаривать…

Но я ее перебил:

— Я просто напомнил вам о ваших же прямых обязанностях. Немедленно принесите молока и ответьте, где прибывшая в замок накануне вечером абитуриентка? — Меня просто бесили эти бессмысленные женские интриги. Ариэллу нужно было как можно быстрее вернуть. — Если вы не в состоянии этого сделать, то мне придется подыскать новую секретаршу, которая будет все успевать.

Я говорил излишне жестко, но боль накатывала все новыми и новыми волнами, грозя захлестнуть меня с головой. Как будто она изголодалась за ночь, и теперь хотела все возместить.

Я вернулся в кабинет и аккуратно прикрыл дверь. Где-то здесь в нижнем ящике стола еще оставались обезболивающие зелья. Я дохромал до стола и упал в свое кресло. Рванул ящик, и стекляшки с зельями радостно зазвенели. Их было четыре. И я выпил все, прежде чем нога знакомо занемела. Но огонечек боли не ушёл далеко, я чувствовал, что очень скоро он вернется. Прежде чем искать Ариэллу, нужно будет спуститься к Калвину и затариться новыми пузырьками.

В дверь робко постучали.

— Войдите, — рыкнул я раздраженно.

Госпожа Луидан робко просунула голову в приоткрытую дверь. Кудри на ее голове испуганно тряслись, как и густо накрашенные розовые морщинистые губы.

— Ма… магистр Фанхорн, — робко проблеяла она, — эту рыжую вед… абитуриентку выставили вчера… в общем нет ее в академии.

Госпожа Луидан едва успела захлопнуть дверь, как в нее полетела пустая кофейная чашка. Убью! Всех убью!