Жаждущий мести

Глава 5

Юки

Сидя за столом с Масаки и Кэнтаро, я вяло потягиваю чай. Аппетита у меня вообще нет.

После происшествия в клубе я постоянно вспоминаю ту иностранную пару. Столько бессмысленных смертей. Даже Сё. Он мне никогда не нравился, но это не значит, что я желала ему смерти.

Масаки проверяет сообщение на своем телефоне, а затем бросает на Кэнтаро свирепый взгляд, от которого тот ощетинивается.

— Созвано собрание, на котором будет решаться вопрос о твоем наказании.

Кэнтаро ждет много боли. Поделом ему.

Масаки прищуривается, глядя на меня, и, опираясь локтями о стол, понижает голос.

— Для твоей защиты прислали еще охранников. Судя по всему, иностранцы принадлежат к сицилийской мафии. Допивай чай и уходим.

— Мистер Витале выжил? — спрашиваю я, прежде чем допить напиток.

— Да. — Отвечая, Масаки подзывает официанта, чтобы тот принес счет.

Услышав хорошие новости, я испытываю облегчение.

Оплатив счет, мы встаем и выходим из ресторана. Масаки обожает здесь обедать, потому что это заведение принадлежит его дяде.

Когда мы направляемся к машине, мое внимание привлекает группа мужчин на противоположной стороне дороги. Все мои инстинкты кричат об опасности, но взгляд останавливается на одном из них, который тянется к чему-то за спиной.

У него карамельно-каштановые волосы, а на лице застыло жестокое выражение, от которого у меня мурашки бегут по спине. Я замечаю татуировки на тыльной стороне его рук, которые исчезают под манжетами рубашки и пиджака.

Несмотря на то, что я чувствую исходящую от него опасность, мои ноги внезапно останавливаются, потому что я никогда не видела никого более привлекательного.

Как только Масаки и Кэнтаро замечают группу, я понимаю, что все мужчины вооружены, и меня пробирает страх.

— Сицилийцы! — кричит Масаки, открывая по ним огонь и сильно толкая меня в сторону ресторана. — Беги!

Мой инстинкт самосохранения срабатывает на ура, и, когда я бросаюсь обратно ко входу, три пули попадают Масаки в грудь, а Кэнтаро получает ранение в ногу.

Крик застревает у меня в горле, сердце бешено колотится, а дыхание становится прерывистым.

Пробираясь между столами, я слышу звон бьющегося стекла, и, ворвавшись на кухню, кричу:

— Вооруженные люди!

Внезапно кто-то хватает меня за толстовку и дергает так сильно, что я ахаю.

Я получаю сильный удар по голове, и когда человек отпускает мою толстовку, меня толкают вперед, и я падаю на плитку. Ошеломленная и напуганная, я с трудом поднимаюсь на ноги, но тут меня вновь хватают за толстовку, а в следующее мгновение чей-то кулак яростно бьет меня по щеке.

Перед моими глазами вспыхивают звезды, и когда зрение возвращается, я вижу мужчину, который мне показался привлекательным. Он издает разъяренный рык, когда его кулак снова бьет меня по лицу.

Kuso!

Мне не привыкать к боли, но от силы этого мужчины мое лицо будто разрывается пополам.

На меня накатывает тошнотворная волна головокружения, а щека и челюсть пульсируют. Когда мужчина отпускает мою толстовку, я снова падаю на холодную плитку. Воздух с хрипом вырывается из легких, глаза застилают слезы, а разум еще слишком затуманен, чтобы осознать происходящее.

— Возьмите этого ублюдка, — слышу я, как мужчина говорит по-английски.

Двое мужчин подхватывают меня под мышки, и тащат через ресторан. С моих губ срывается стон, когда моя голова склоняется набок.

Зрение то возвращается, то пропадает, и я вижу вспышки испуганных лиц. На тротуаре меня протаскивают мимо безжизненного тела Масаки. Хотя он никогда не был добр ко мне, я все равно чувствую укол утраты.

Я не вижу Кэнтаро, и на мгновение задумываюсь, неужели ему удалось сбежать.

М-да, вот тебе и мой охранник.

Мои чувства снова обостряются, и когда мы подходим к седану, я начинаю бороться, пытаясь освободиться. Двое мужчин, даже не вспотев, запихивают меня в багажник машины, и когда он захлопывается, погружая меня во тьму, из меня вырывается сдавленный стон.

Я слышу приглушенные голоса, и через несколько секунд заводится двигатель.

Подняв руки, я лихорадочно обшариваю багажник в поисках чего-нибудь, что можно использовать в качестве оружия, но ничего не нахожу.

С каждой милей мое сердцебиение учащается. Я начинаю задыхаться, а волосы и кожа покрываются холодным потом.

Лицо болит, и, подняв дрожащую руку, я касаюсь распухшей щеки и челюсти.

Только тогда осознание обрушивается на меня, словно товарный поезд.

Они, наверное, собираются убить меня.

Ледяной озноб пробегает по всему моему телу, а язык немеет от ужаса.

Я ненавижу свою жизнь, но не хочу умирать.

Я хочу снова увидеть Рё. Может быть, когда он придет к власти, он вернет мне мою жизнь и защитит меня.

Именно эта надежда поддерживала меня все эти годы.

Мои панические вздохи наполняют пространство, и я изо всех сил стараюсь сдержать слезы.

Машина останавливается, и мое сердце начинает бешено колотиться. Каждый мускул в моем теле напрягается, и когда багажник открывается, я переворачиваюсь на спину и начинаю бить и пинать изо всех сил.

Но это бесполезно.

Незнакомый мужчина резко бьет меня по голове. Волна боли накрывает меня, и я погружаюсь во тьму. Сознание то возвращается ко мне, то вновь исчезает, и кажется, будто я нахожусь под водой, не в силах выбраться на поверхность.

Понятия не имею, сколько времени прошло, но как только ко мне начали возвращаться слух и зрение, я услышала болезненные стоны Кэнтаро. Он, вероятно, тоже пережил нападение и оказался в плену.

Кажется, я лежу на твердой поверхности. Несколько секунд прислушиваюсь, пытаясь понять, что происходит вокруг.

— Ты знаешь, кто я? — слышу я мрачный, безжалостный голос.

— Baka, — выплевывает Кэнтаро. — Якудза убьют тебя.

Я осмеливаюсь немного приоткрыть глаза и, увидев Кэнтаро, стоящего на коленях перед мужчиной, который ударил меня на кухне ресторана, чувствую, как по моим венам пробегает ледяной ужас.

Когда я впервые увидела его, он показался мне самым привлекательным мужчиной, которого я когда-либо видела, но сейчас я вижу в нем лишь жестокого монстра.

Под коленом Кэнтаро собирается лужица крови от пулевого ранения в бедро, а его лицо покрыто порезами и синяками.

Я замечаю, что мы находимся в каком-то ангаре. Снаружи виднеется часть самолета, черные внедорожники и седаны.

Мужчина присаживается на корточки и смотрит Кэнтаро в глаза.

— Я Аугусто Витале, — говорит он. — Из-за тебя мой брат сейчас лежит в больнице.

— Хорошо. — Кэнтаро усмехается, презрительно глядя на Аугусто. — Сицилийское дерьмо. — Он плюет в Аугусто, и у меня округляются глаза.

Kuso. Kuso. Kuso.

Аугусто протягивает руку и рычит:

— Нож.

Охваченная ужасом, я наблюдаю, как один из его людей протягивает ему клинок с зазубренными лезвиями. Не сводя глаз с Кэнтаро, Аугусто хватает его за шею. Он крепко удерживает его на месте, и, когда подносит нож к горлу, мой охранник пытается отстраниться, хватая Аугусто за руку.

Мое сердце бешено колотится в груди, когда я вскакиваю на ноги. Повернувшись, чтобы убежать, я слышу дикое рычание Аугусто. Он медленно вонзает нож в шею Кэнтаро, пока острие не выходит с другой стороны.

Глаза Кэнтаро расширяются от шока и на мгновение останавливаются на мне. Каким-то образом ему удается простонать:

— Беги!

Мой разум отчаянно пытается осознать происходящее, но тело слушается, поэтому я со всех ног бегу к выходу.

— Схвати этого ублюдка! — рычит Аугусто, и страх, который вселяет в меня его угрожающий тон, заставляет меня бежать еще быстрее.

Как только я добегаю до выхода, что-то ударяется о металлические двери рядом со мной.

— Не убивай его, мать твою!

От страха я оглядываюсь, и когда мой взгляд встречается со взглядом мужчины, которому, судя по всему, около тридцати, он врезается в меня, сбивая с ног.

Мое плечо ударяется о землю с такой силой, что из легких вылетает весь воздух. Я чувствую, как плечо выскакивает из сустава, и по руке, шее и верхней части тела проносится волна мучительной боли.

Я все еще пытаюсь глотнуть воздуха, превозмогая боль, когда меня поднимают на ноги и тащат обратно в ангар. Безжизненное тело Кэнтаро теперь лежит в луже крови, которая медленно растекается по земле.

Меня охватывает ужас, и я готовлюсь к тому, что меня заставят преклонить колени, чтобы Аугусто убил и меня. Но вместо этого я остаюсь стоять перед этим устрашающим мужчиной, который своими размерами напоминает медведя.

Я не могу удержаться и смотрю в пустые глаза Кэнтаро.

Мои губы приоткрываются, и я даже начинаю подумывать о том, чтобы взмолиться о пощаде. Мне хочется сказать им, что я не Рё, но тут в мою голову закрадывается более ужасающая мысль.

Они могут сотворить со мной гораздо худшие вещи, если поймут, что я женщина.

Последние десять лет я хотела только одного – быть нормальной девушкой. Я хотела носить красивые платья и краситься, отрастить длинные волосы и ходить на свидания.

Но когда группа опасных мужчин окружает меня, я понимаю, что сейчас лучше всего притвориться мужчиной.

Я должна продолжать играть свою роль.

Я никогда раньше не дралась, особенно с жестоким боссом мафии. Но, понимая, что этого от меня и ждут, с рычанием бросаюсь вперед. Я замахиваюсь кулаком, целясь в лицо Аугусто, но он мгновенно вскидывает руку и останавливает меня, схватив за предплечье.

Этот мужчина почти вдвое больше меня. Он делает шаг в мою сторону и пристально смотрит мне в глаза.

Видя в его зеленых радужках обещание боли и жажду мести, я понимаю, что мне предстоит много страданий, прежде чем они убьют меня.

Мне не подарят быструю смерть, как Кэнтаро и Масаки.

Его кулак врезается мне в ребра, и весь воздух снова вырывается из моих легких, когда жгучая боль пронзает всю грудь.

Меня швыряют на землю, и когда я пытаюсь удержаться левой рукой, то вспоминаю о вывихнутом плече. Оно подгибается, и весь мой торс пронизывает острая боль.

— Жалкий ублюдок, — говорит Аугусто, глядя на меня с отвращением. — Разве твой отец не учил тебя драться?

Я отказываюсь отвечать на вопрос и вместо этого с трудом поднимаюсь на ноги. Голова кружится, и кажется, что меня вот-вот стошнит, но потом это чувство проходит.

Каждый вдох причиняет боль, но я все равно заставляю себя дышать.

Аугусто протягивает мне устройство.

— Разблокируй его и позвони отцу.

Я смотрю на свой телефон. Он нужен мне только для звонков Масаки и охранникам, а еще для игр. Номера отца у меня нет, и я никогда с ним не связываюсь.

Они убьют меня, если поймут, что я бесполезна.

Эта мысль вызывает во мне новую волну страха, и я плотно сжимаю губы, отказываясь говорить.

Мужчина, который схватил меня и вывихнул плечо, подходит ко мне и говорит:

— Аугусто, этот ублюдок лапал мою сестру. — Он окидывает меня безжалостным взглядом. — Думаю, будет справедливо дать мне возможность первым разговорить его.

Нет. Боже, его сестра, должно быть, Джианна. Он, наверное, думает, что в клубе я хотела причинить ей боль, а не помочь.

Аугусто кивает брату Джианны, а затем бросает мой телефон другому мужчине.

— Я сделаю пару звонков. Оставайся с Энцо, Раффаэле.

— Да, босс.

— Энцо, — говорит Аугусто, а затем ждет, пока брат Джианны повернется к нему. — Не убивай его.

Kuso.

Когда Аугусто направляется к выходу, Энцо наступает на меня. Инстинкт велит мне бежать и попытаться спасти свою жизнь, но тут огромное тело Энцо врезается в меня, и я падаю на землю. От удара перехватывает дыхание, и я начинаю икать, чувствуя жгучую боль.

Я извиваюсь всем телом и начинаю бить и царапать брата Джианны.

Я пыталась ей помочь!

Его кулак снова и снова бьет меня по лицу, и, к счастью, я теряю сознание.