Жаждущий мести

Глава 24

Аугусто

Потягивая утренний кофе, я не могу отвлечься от мыслей о вчерашнем вечере и сосредоточиться на работе.

Я знал, что Юки будет узкой, но, черт возьми, мой член вошел в нее только наполовину.

Это было чертовски возбуждающе.

Впервые с тех пор, как я стал главой семьи Витале, мне хочется взять выходной и провести день, трахая жену до потери сознания.

У меня звонит телефон, и, вздохнув, я достаю его из кармана.

— Доброе утро, — приветствую я Лоренцо.

— Доброе утро. Я снаружи. Кто-то поджег один из складов.

— Господи Иисусе! — Оставив кружку на кухонном столе, я вскакиваю и выбегаю из кухни. — Дай мне минуту.

Я вешаю трубку и взбегаю по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Ворвавшись в спальню Юки, я слышу, как работает душ, и, не задумываясь, открываю дверь и захожу в ванную.

Первое, что я вижу, – это засос, который я оставил ей, а затем мой взгляд скользит по ее мокрому телу.

— Чертова работа, — рычу я и хватаю ее за шею, не заботясь о том, что мой рукав намокает. Я притягиваю ее ближе и быстро целую приоткрытые губы. — Хорошего дня, любовь моя.

— И тебе.

Я выбегаю из ее комнаты, снова спускаюсь по лестнице и, добравшись до внедорожника, чувствую, как меня охватывает злость.

— Поехали! — рявкаю я, забравшись на пассажирское сиденье.

Лоренцо хватает бронежилет с заднего сиденья и бросает его мне на колени.

— Надень. Сегодня я не хочу рисковать.

Пока он выезжает задним ходом с подъездной дорожки, я снимаю пиджак и надеваю этот чертов жилет.

— Каков ущерб?

— Мы потеряли два принтера.

— Блять! — Это замедлит производство.

Поездка занимает больше времени, чем обычно, потому что в паре мест мы попадаем в пробку. Когда Лоренцо останавливает внедорожник у склада, я замечаю знакомый седан детектива, работающего на меня.

Выйдя из машины, я подхожу к Джерри, который одаривает меня самодовольной ухмылкой.

— Я избавился от пожарных.

Я останавливаюсь в паре шагов от него и скрещиваю руки на груди.

— И во сколько мне это обойдется?

— Не знаю. Насколько ты сегодня щедр?

— Не морочь мне голову, Джерри, — угрожающе рычу я, приближаясь к нему. — Я планировал весь день трахать свою жену, но из-за этого дерьма моим планам не суждено было сбыться, поэтому мне нужно избавиться от накопившегося гнева. Назови мне чертову сумму, или я изобью тебя до полусмерти.

Он поднимает руки, на его лице мелькает настороженность.

— Эй, не стоит прибегать к насилию. Пяти тысяч будет достаточно.

Я бросаю на него гневный взгляд, направляясь ко входу на склад, и кричу:

— Лоренцо, заплати этому ублюдку.

В нос ударяет едкий запах дыма, и, увидев своих рабочих, собравшихся у стола, я подхожу к ним. Мария, которая работает с нами с давних времен, прижимает руку к груди. Я замечаю уродливый ожог на ее коже, и мой гнев усиливается в десять раз.

— Господи, Мария. Почему ты все еще здесь?

— Я хотела рассказать вам, что видела, мистер Витале. Это был азиат. Я вышла покурить на улицу и увидела, как он бежит к реке. Я изо всех сил пыталась потушить огонь, но пачка банкнот загорелась и...

— Ты молодец, Мария. — Взяв ее за запястье, я осматриваю рану. Взглянув на других работников, я замечаю Ашера. — Отвези ее в больницу. Сейчас же.

Я похлопываю ее по плечу, глядя в глаза.

— Отдохни столько, сколько нужно. Я переведу деньги на твой счет, чтобы ты не волновалась о финансах, пока не вернешься к работе.

— Спасибо, мистер Витале.

Видя, как дрожит ее подбородок, я добавляю:

— Скажи доктору Милаццо, чтобы он дал тебе все необходимые обезболивающие.

Проводив ее и Ашера взглядом, я поворачиваюсь к Лоренцо.

— Еще один азиат.

— Да, я слышал. Я проверил окрестности. Ничего.

Я тяжело вздыхаю и подхожу к сгоревшим дотла принтерам. Вместе с остальными сотрудниками мы начинаем проверять, какие поддельные купюры можно спасти.

Вокруг склада камер нет, потому что я не хотел, чтобы записи с них попали не в те руки.

Еще одно нападение. На этот раз они нацелились на мой бизнес.

Кто, черт возьми, хочет, чтобы я начал войну с якудза?

У меня звонит телефон, и я снова вздыхаю, доставая его из кармана. Увидев имя Рокко на экране, у меня кровь стынет в жилах, потому что он звонит только в случае беды.



Юки

(Двадцатью минутами ранее...)

Проверив холодильник и кладовую, я заказываю товары на дом, а затем выхожу на улицу, чтобы заняться гончарным делом.

Я леплю горшочки разных размеров. Как только они будут готовы, я планирую раздать по одному каждой женщине из Коза Ностры на ближайшем бранче.

На прошлой неделе Саманта сказала, что это хорошая идея, и она поможет мне организовать встречу.

Я сажусь, нажимаю ногой на педаль, и гончарный круг начинает вращаться, пока я набираю воду, чтобы смочить глину.

Мои мысли возвращаются к прошлой ночи, и я улыбаюсь, вспоминая романтическое свидание и интимные моменты, которые я разделила с Аугусто.

Теперь наш брак консуммирован. Все беспокойства по поводу первого секса исчезли.

Я помню, как Аугусто смотрел на меня. До сих пор чувствую его руки на своем теле, и боль между ног не утихает.

Счастливый вздох вырывается из груди, пока я наслаждаюсь воспоминаниями о самой невероятной ночи в своей жизни.

Звонок в дверь возвращает меня в реальность. Я быстро вытираю руки тряпкой, которая лежит рядом, и кричу:

— Рокко! Там продукты приехали.

Встав, я захожу в дом и, услышав за спиной шаги, оглядываюсь через плечо и улыбаюсь Альдо.

— Рокко отошел в туалет, — объясняет он. — Я заберу заказ.

— Спасибо.

Я стою в стороне, пока Альдо смотрит в глазок. Он открывает дверь, держа руку на оружии, но в следующую секунду в него швыряют пакеты с продуктами. Когда он вскидывает оружие, мужчина выполняет трюк, который я видела лишь в фильмах, и буквально перелетает через моего охранника.

Я даже не успеваю закричать, как он обезоруживает Альдо и бьет его пистолетом по голове.

Когда Альдо падает на пол, мои глаза расширяются от шока. Меня хватают за руку, и резко перекидывают через плечо.

— Рокко!!! — кричу я во все горло, пытаясь вырваться из крепкой хватки мужчины. — Нет! Отпусти меня!

Мужчина выносит меня из дома с такой легкостью, будто я ничего не вешу. Мои удары кулаками по спине его не останавливают. Он бежит к фургону и закидывает меня внутрь.

Нет, нет, нет, нет!

Мой похититель садится в машину, захлопывает за собой дверь и кричит по-японски:

— Езжай, езжай, езжай!

Шины визжат, когда фургон резко срывается с места. Испуганная до смерти, я внимательно рассматриваю мужчину, одетого в форму курьера.

Мое дыхание учащается, когда наши взгляды встречаются. Он кажется знакомым, но черты его лица так сильно изменились, что я не уверена, действительно ли это он.

— Привет, Юки, — говорит он, и на его губах появляется улыбка. — Я ведь говорил, что обязательно найду тебя.

Меня охватывает сильная дрожь, и эмоции настолько переполняют, что я теряю способность дышать.

— Рё?

Он кивает, и я бросаюсь вперед, обнимая брата за шею. Он крепко прижимает меня к себе, и я замечаю, что его тело стало заметно больше с нашей последней встречи.

— Юки. — Он глубоко вздыхает, словно его душа стремится вырваться наружу. — Прости, что не вернулся к тебе раньше.

Мы отстраняемся и пристально смотрим друг на друга.

В течение одиннадцати лет я надеялась и молилась о воссоединении со своим братом, но теперь, когда этот момент настал, я слишком потрясена, чтобы ясно мыслить.

Я замечаю, как сильно он изменился. Из мальчика он превратился в мужчину. Его правую бровь пересекает шрам, а на щеке виднеется более крупный рубец. Из-под воротника рубашки выглядывают татуировки, а на предплечьях – еще несколько шрамов.

Мой брат покрыт сплошными мускулами и очень похож на опытного бойца якудза.

Печаль закрадывается в мое сердце, когда я спрашиваю:

— Что они с тобой сделали?

— Ничего, с чем я не смог бы справиться. — В глазах Рё разгорается гнев, когда он скользит взглядом по моему лицу. — Я слышал о том, что с тобой случилось. — Подняв руку, он нежно прикасается к моей щеке. — Когда я покинул монастырь, чтобы присоединиться к якудза, тебя уже не было. Я слышал, как Ютаро обсуждал это с некоторыми парнями.

Он на мгновение замолкает, качая головой, а когда заговаривает снова, его голос сочится ненавистью.

— Я слышал, они отдали тебя сицилийцу после того, как он чуть не убил тебя.

Заметив в глазах Рё обещание смерти, я быстро качаю головой, но прежде чем успеваю что-либо сказать, он рычит:

— Я убью его за то, что он посмел прикоснуться к тебе.

— Нет! — Я придвигаюсь ближе к Рё и умоляюще смотрю на него. — Это было недоразумение. Аугусто принял меня за мужчину, потому что отец заставил меня притворяться тобой.

На его лице мелькает шок.

— Что?

— После твоего ухода мне вкололи филлеры в лицо, чтобы я выглядела как мальчик. Меня учили вести себя как ты. Я была твоим двойником.

Он качает головой.

— Юки...

— Когда мою личность раскрыли, мне вернули прежнюю внешность и организовали брак.

Он проводит ладонями по лицу, и я замечаю крошечные шрамы его на костяшках пальцев.

Я тянусь к его руке, проводя пальцами по израненной коже.

— Похоже, мы оба прошли через ад.

Он снова наклоняется вперед и крепко обнимает меня.

— Я так по тебе скучал. Я выжил только для того, чтобы снова увидеть твое лицо.

— Я тоже. — Я задыхаюсь от рыданий, крепко обнимая брата. — Только ты давал мне силы жить.

Фургон резко останавливается, и мы чуть не падаем, но Рё подхватывает нас.

Когда дверь открывается, я смотрю на пожилого мужчину, не узнавая его. Он крупный и лысый, выглядит очень устрашающе, но потом на его лице расплывается широкая улыбка.

— Ты была прав, Рё. Она красивая, — говорит он, жестом призывая нас поторопиться. — Заходите внутрь, пока нас никто не увидел.

Мне помогают выбраться из фургона, и Рё, продолжая обнимать меня, спешит к зданию, которое знавало лучшие времена.

Когда меня заводят в квартиру, я оглядываю пустое помещение. Здесь только два спальных мешка и небольшой деревянный стол, на котором лежит пустая коробка из-под пиццы.

— Мы заляжем на дно на несколько дней, после чего отправимся домой, — сообщает мне Рё.

— Домой?

— В Токио. — Рё садится на спальный мешок и похлопывает по месту рядом с собой. — Расскажи мне все. Что произошло после того, как меня забрали?

— Подожди. — Я присаживаюсь на корточки рядом с ним. — Я не хочу возвращаться в Токио.

Выражение лица Рё становится мрачным, а глаза вспыхивают угрозой.

— Почему?

— Потому что я замужем за Аугусто. — Понимая, что он, должно быть, безумно волнуется, я спрашиваю: — У тебя есть телефон? Я хочу ему позвонить.

— Ты не будешь звонить этому ублюдку! — кричит Рё, но затем кое-как успокаивается. Обхватив мое лицо ладонями, он качает головой. — Теперь ты в безопасности, Юки. Я буду защищать тебя. Мы аннулируем брак, как только окажемся в Токио, и ты сможешь жить так, как пожелаешь. Я буду обеспечивать тебя.

Я поднимаю руку и обхватываю его запястье.

— Спасибо, что пришел ко мне, Рё. — Я наклоняю голову и улыбаюсь ему. — Но я не хочу разводиться с Аугусто. Я влюбилась в него.

На его лице мелькает боль, которая быстро сменяется яростью.

— Это стокгольмский синдром. Я помогу тебе. — Он качает головой, опускаясь на колени, и в его голосе слышится настойчивость: — Все наладится, когда мы вернемся домой.

— Нет, Рё. — С мольбой в глазах я объясняю ему: — Аугусто был очень добр и заботлив. Он относился ко мне с уважением и ни разу не заставил меня делать то, чего я не хотела. Я влюбилась в своего мужа и хочу остаться с ним. — Я замолкаю, чтобы сделать глубокий вдох, а затем быстро продолжаю: — Вернись со мной домой и я познакомлю вас. Ты сам убедишься, что он хороший человек.

Когда Рё молча смотрит на меня, у меня внутри все переворачивается. Только тогда я кое-что вспоминаю и спрашиваю:

— Это ты стоял за нападением на Аугусто?

— Да, но план не сработал. Я надеялся, что он отправится в Японию, чтобы убить отца, и пока его не будет, я вытащу тебя из того дома. А после смерти старика я бы без труда занял место главы якудза.

— О, Рё. — Я сжимаю его руку в своих, хмуря брови. — Не стоило тебе этого делать. Я знаю, если мы поговорим с Аугусто, он поможет тебе расправиться с отцом.

Мужчина, который вел фургон, ставит две чашки чая на пол, а затем садится на другой спальный мешок.

— Кто он? — спрашиваю я, не прикасаясь к чаю на случай, если в него что-то подмешали.

— Такеру Масима. Монах, который обучал меня.

Такеру кивает мне, снова улыбаясь.

Вновь повернувшись к Рё, я говорю:

— Нам нужно вернуться ко мне домой. Аугусто будет беспокоиться обо мне.

— Ты не вернешься к этому мужчине, Юки, — рычит Рё.

Я поднимаюсь на ноги и спешу к двери, но, не успев ее открыть, Рё хватает меня и оттаскивает от нее.

— Прекрати! — сердито кричу я и, развернувшись, толкаю его в грудь. — Я скучала по тебе и очень хотела снова увидеть, но я не позволю тебе разлучить меня с Аугусто. Я наконец-то счастлива, Рё! — Слезы текут по моим щекам, когда я смотрю ему в глаза. — Я счастлива, и это целиком заслуга моего мужа, который старается быть для меня самым лучшим. Я возвращаюсь домой. Ты можешь либо пойти со мной, либо отпустить меня.

— Юки. — В голосе Рё слышится боль, когда он смотрит на меня. — Не проси меня отпустить тебя. Этого не будет.

— Тогда пойдем со мной, — шепчу я. — Не заставляй меня выбирать между тобой и Аугусто. Пожалуйста.