Жаждущий мести

Глава 22

Аугусто

Я поворачиваюсь к Юки и переспрашиваю, не уверенный, что правильно ее понял:

— Готова сделать следующий шаг?

Ее щеки слегка порозовели, а взгляд устремлен на двери. Она крепче сжимает мою руку, словно ей нужна моральная поддержка.

— Да.

Уголок моего рта медленно приподнимается, и, отпустив ее руку, я обнимаю ее и притягиваю к себе.

Когда двери лифта открываются, Лоренцо, стоящий рядом с Санти и Джоном, кивает мне, давая понять, что все чисто. Я веду жену к лимузину, осматриваясь по сторонам, и только когда мы благополучно устраиваемся на заднем сиденье, я снова расслабляюсь.

Лоренцо было поручено отвезти нас к некоторым достопримечательностям Нью-Йорка, поэтому, когда он отъезжает от ресторана, я говорю Юки:

— Мы немного прокатимся, чтобы ты могла посмотреть город, который теперь стал твоим домом.

— Правда? — восклицает она, и в ее глазах вспыхивает возбуждение.

Я усмехаюсь и киваю.

— Да. Наше свидание еще не закончилось.

Я любуюсь ее красивым лицом и счастливой улыбкой. А затем мой взгляд скользит по платью, которое на ней надето.

Ранее, когда я застал ее сидящей у туалетного столика, меня ждал неожиданный сюрприз. Моя жена выглядела чертовски сексуально: белый бюстгальтер и трусики сидели на ней просто идеально.

Мне понравилось, что она не пыталась спрятаться от моего взгляда, и мне едва хватило самообладания, чтобы не швырнуть ее на кровать.

Особенно когда я застегнул молнию на ее платье. Я играл с огнем, но не смог устоять перед соблазном прикоснуться к ней. Когда моя рука оказалась менее чем в дюйме от ее киски, мне потребовались все силы, чтобы отстраниться от нее.

Но мне больше не нужно сдерживаться. Юки готова.

Я нажимаю кнопку, чтобы поднять перегородку между нами и Лоренцо. Теперь у нас есть хоть какое-то уединение.

Наклонившись к ней, я указываю на достопримечательность. Пока она любуется видом, я склоняю голову и целую ее под ухом.

По ее телу пробегает дрожь, и когда я лижу и посасываю ее кожу, она хватает меня за бедро, издавая тихий, неразборчивый звук.

Я слегка приподнимаю голову, лаская своим дыханием раковину ее уха и говорю:

— А вот и Статуя Свободы.

Желая ощутить близость ее тела, я просовываю руки под нее и сажаю к себе на колени, располагая так, чтобы она могла смотреть в окно рядом со мной.

Юки быстро обнимает меня за шею, в ее глазах читается смесь удивления, предвкушения и нервозности.

Долгое время я смотрю на нее, проводя пальцами по ее щеке и подбородку, а затем спускаясь к шее и ключицам. Мой член твердеет, и я понимаю, что она тоже это чувствует.

— Мы проезжаем Центральный парк, — говорю я, и в моем голосе слышится сильное желание к женщине, сидящей у меня на коленях.

Юки отводит от меня взгляд, чтобы посмотреть в окно, а через минуту моя рука опускается еще ниже, накрывая ее грудь.

Ее тело вновь сотрясает дрожь, и я начинаю нежно массировать ее грудь, наслаждаясь теплом и мягкостью под моими пальцами. Затем я снова наклоняюсь к ее шее.

Разве можно представить первое свидание без засоса?

Я посасываю и облизываю ее нежную кожу, чувствуя, как внутри нарастает желание двигаться быстрее. Я борюсь с собой, чтобы не потерять самообладание, в то время как мой член еще больше твердеет под ее попкой.

Подняв голову, я смотрю на след, который оставил на своей жене и мои губы тут же растягиваются в гордой улыбке. На лице Юки застыло мечтательное выражение, и осознание того, что все ее внимание сосредоточено на мне, наполняет меня огромным удовлетворением.

Пока моя рука скользит вниз по ее телу, я рассказываю ей о еще одной достопримечательности, мимо которой мы проезжаем. Юки кивает, но когда я обхватываю ее киску через ткань платья, мне кажется, что она полностью отключается от реальности.

Я внимательно наблюдаю за ее реакцией, теряясь в каждом вздохе, срывающемся с ее губ, в трепещущих ресницах и румянце, который медленно разливается по ее щекам.

Я нежно поглаживаю ее, но, почувствовав, как она возбуждается от моих прикосновений, просовываю руку ей под платье. Ощутив влагу на ее шелковых трусиках, я усмехаюсь, шепча ей на ухо:

— Мне нравится, что ты влажная для меня, любовь моя.

Сдвинув ткань в сторону, я говорю:

— Посмотри на меня.

Взгляд Юки скользит по моему лицу, и когда я провожу пальцем по ее входу, она крепче обхватывает меня за шею и немного шире раздвигает ноги.

— Такая хорошая жена, — хвалю я, проникая в ее киску.

Господи, мне придется растянуть ее, иначе она не сможет принять мой член.

Осознание того, насколько она узкая, заставляет мой член дергаться в штанах, а то, как она сжимает мой палец, подсказывает, что ей нравится, когда ее хвалят.

Я двигаюсь медленно, позволяя ей привыкнуть к моим прикосновениям.

Я внимательно слежу за ее реакцией, пока нежно ласкаю ее пальцем. Когда она становится еще более влажной, я аккуратно размазываю ее соки по всему клитору.

— Раздвинь ноги пошире, — шепчу я, стараясь говорить тихо и соблазнительно, чтобы не нарушить этот интимный момент.

Юки слушается, но когда пытается уткнуться мне в шею, я отрицательно качаю головой.

— Не прячься. Дай мне увидеть твое лицо.

Она снова подчиняется, и я впиваюсь в ее губы, вознаграждая ее более сильными поглаживаниями клитора.

Ее дыхание сбивается, и мне становится все труднее сдерживать себя.

Я наслаждаюсь мягкостью и теплом ее тела, чувствуя, как оно отзывается на мои ласки. Нежно поглаживая ее клитор и растягивая вход, я почти теряю голову, когда Юки тихо стонет.

Мой палец проникает так глубоко, как только может, и я поглаживаю ее комочек нервов ладонью, подталкивая ее к оргазму.

Мой голос наполнен желанием и потребностью заявить права на ее тело и подчинить его себе.

— Моя хорошая маленькая жена. Твоя киска такая послушная, она умоляет мой палец о большем.

Я мысленно представляю все, что собираюсь с ней сделать, и стискиваю зубы от сильного желания.

В тот момент, когда бедра Юки с силой сжимают мою кисть, а ее тело напрягается, я заглушаю ее стоны своими губами, глубоко проникая языком и поглощая каждый ее звук.

Моя жена кончает так сильно, что у меня по коже бегут мурашки, а на головке члена образуется предэякулят.

Я продолжаю массировать клитор, пока ее оргазм не утихает, и, поправив ее трусики, вытаскиваю руку из-под платья.

Юки выглядит основательно оттраханной, и, когда я начинаю слизывать с пальца ее соки, румянец на ее щеках становится еще ярче.

— Не могу дождаться, когда почувствую, как твоя киска сожмется вокруг моего члена, — говорю я ей, наслаждаясь моментом, когда на ее лице мелькает застенчивость.

Я нежно целую ее в губы, а затем смотрю в глаза.

— Итак, ты все еще думаешь, что готова заняться сексом?

Она кивает, ерзая у меня на коленях, но как только чувствует мой член под своей попкой, замирает.

Улыбка расплывается по моему лицу, и я наклоняю голову, чтобы лучше ее видеть.

— Уверена?

— Да.

Прижимая ее к себе, я тихонько мурлычу, а затем признаюсь:

— Мне нравится обнимать тебя.

— Мне тоже это нравится. — Юки прижимается ко мне и удовлетворенно вздыхает.

Меня охватывает любопытство, поэтому я спрашиваю:

— Это был твой первый оргазм?

— Да, — отвечает она, рисуя случайные узоры на моей груди. — С тобой у меня все в первый раз.

— Хорошо. Я очень рад это слышать. — Я смотрю в окно, а затем говорю: — Ты пропустила половину достопримечательностей. Я покажу тебе их на следующей неделе.



Юки

Ютаро – большой, жирный лжец. Думаю, он рассказывал мне все эти ужасные истории о близости с мужчиной только для того, чтобы напугать меня.

Или, может быть, мне просто повезло. Аугусто показал мне, что он не из тех мужей, которые бьют, угрожают и манипулируют своей женой.

Нет, он полная противоположность.

Он был таким терпеливым и заботливым, а в некоторых случаях даже любящим.

Ранее Ютаро внушил мне, что мой муж будет жестоким и просто возьмет то, что захочет.

Но Аугусто показал мне, что значит быть любимой. Когда он коснулся меня между ног, я почувствовала уважение и заботу. Магические чары, которые он плел вокруг меня весь вечер, поглотили меня, и я потерялась в удовольствии, которое он заставил меня испытывать.

Несмотря на все это, он не сделал ничего из того, о чем меня предупреждал Ютаро.

Облегченная и счастливая улыбка играет на моих губах, когда я вспоминаю тот интимный момент, который мы разделили.

Никогда прежде не чувствовала себя такой значимой.

— Аугусто, — шепчу я, запрокидывая голову, чтобы заглянуть ему в глаза. Когда он встречается со мной взглядом, я говорю: — Спасибо, что ты такой хороший муж.

Черты его лица смягчаются, и он кладет руку мне на шею, поглаживая большим пальцем линию подбородка.

— Не за что, мой маленький оборотень.

Мои глаза наполняются слезами, когда счастливые эмоции переполняют мою грудь.

— Мне нравится быть твоей женой.

— Да? — Уголок его рта приподнимается.

Кивнув, я вытягиваю шею, чтобы поцеловать его. Поерзав на его коленях, я чувствую его стояк под собой, и меня одолевает сильное желание доставить ему удовольствие.

Когда в моей груди вспыхивает паника, я отгоняю ее, напоминая себе, что все слова Ютаро были ложью.

Собрав всю смелость в кулак, я слезаю с колен Аугусто. Когда я оказываюсь между его ног и тянусь к ремню, он достает телефон с заднего сиденья лимузина и говорит:

— Продолжай ехать, пока я не прикажу остановиться.

Он вешает трубку и, поглаживая мою руку, бросает на меня взгляд, полный желания.

— Теперь ты можешь делать со мной все, что захочешь.

Мой живот сжимается от сильного волнения, когда я расстегиваю ремень и молнию. Воздух наполняется предвкушением, когда я запускаю руку ему в штаны. Едва касаясь его эрекции, я чувствую, как сердце начинает биться еще быстрее.

Обхватив кулаком твердый член, я вытаскиваю его из боксеров. Впервые увидев настоящий член, мой мозг отключается.

Он намного больше, чем фаллоимитатор!

Ладно. Не паникуй. Ты справишься.

Начав ласкать его, мой взгляд падает на капельку влаги, выступающую на набухшей головке его члена.

Видя, как от голода темнеют глаза Аугусто, я наклоняюсь вперед. Он громко стонет, когда я широко открываю рот, обхватывая его головку.

Этот звук только усиливает мое возбуждение.

Я медленно провожу рукой по его члену, чувствуя бархатистую мягкость кожи. Когда я заглатываю его глубже, мой рот наполняет солоноватый привкус.

Я не испытываю ни стыда, ни отвращения. Я доставляю ему удовольствие, потому что хочу этого, а не из чувства долга.

Моя голова начинает плавно подниматься и опускаться, и я замечаю, как сильно Аугусто жаждет меня.

Он кладет руку мне на подбородок, и подушечкой большого пальца тянет мою нижнюю губу, когда я заглатываю его еще глубже.

В его зеленых радужках вспыхивают искры, и он откидывается на сиденье, шире раздвигая ноги.

— Боже. — Он выдавливает это слово сквозь зубы, и на его лице мелькает сильный голод. От этого у меня мурашки бегут по коже, а трусики становятся влажными. — Смотреть, как твои губы охватывают мой член, сводит меня с ума, жена.

В моем животе появляется трепет, и, видя, что он наслаждается моим минетом, я начинаю сильнее и быстрее сосать его.

— Я сейчас кончу, — предупреждает он меня.

Я провожу языком по его набухшей головке и затем заглатываю ее как можно глубже в рот. С его приоткрытых губ срывается хриплый вздох, а лицо расслабляется, когда удовольствие снимает напряжение с его тела.

— Юки, — стонет он мое имя, и в этот момент его тело содрогается. Он отрывает свою задницу от сиденья, и я чувствую, как его горячее семя заполняет мой рот.

Я глотаю его сперму, не отрывая от него взгляда. Когда его дыхание становится прерывистым, он резко хватает меня за волосы.

— Проглоти все до последней капли, — приказывает он низким, рычащим голосом, вызывая во мне трепет желания.

Когда он начинает приходить в себя после оргазма, я дочиста вылизываю головку его члена, а затем аккуратно заправляю его обратно в брюки. Я застегиваю молнию с ремнем, и, чувствуя гордость за хорошо проделанную работу, поглаживаю его мощные бедра.

Вместо того чтобы похвалить меня, Аугусто говорит:

— Не может быть, чтобы это был твой первый минет.

— Это был мой первый минет. Ну, с настоящим членом.

Нахмурившись, он спрашивает:

— Что это значит?

Все мое лицо вспыхивает, а в голосе слышатся нотки стыда, когда я признаюсь:

— Я практиковалась на фаллоимитаторе.

На лице Аугусто тут же мелькает гнев, затем он хватает меня и сажает себе на колени. Обхватив пальцами мой подбородок, он заставляет меня посмотреть на него, а затем рычит:

— Кто заставлял тебя практиковаться на чертовом фаллоимитаторе?

— Ютаро.

Его зеленые глаза вспыхивают яростью, и я безоговорочно верю каждому его слову, когда он говорит:

— Я, блять, убью его.

Не чувствуя ни капли вины, я шепчу:

— Пожалуйста. — Я обнимаю его за шею и, ожидая похвалы, спрашиваю: — Тебе понравилось?

Выражение лица Аугусто снова смягчается, и, одарив меня довольным взглядом, он кивает.

— Твой рот идеален, и ты прекрасно справилась, мой маленький оборотень. Это был лучший минет в моей жизни.

Наслаждаясь его словами, я прижимаюсь к его груди и счастливо вздыхаю.