Хозяйка приюта магических существ 2

Глава 27

Признаюсь, что приготовилась к сражению. Не нравилась мне эта обстановка, а слова Эбера и того меньше. Создавалось ощущение, что вот-вот — и что-то произойдет.

— Какое... оригинальное предпочтение. Знаю, ты не слишком меня любишь, но небеса и мой дом, — усмехнулся Хэй, реагируя абсолютно спокойно.

— Надо же, так все же дом? — немного ехидно сказал Эбер. — Пусть будет так. Но говорить о том, что божества — твои собратья, прав у тебя нет. Не после всего, что было, не так ли?

К моему удивлению, Хэй не возразил, только пожал плечами:

— Думай как знаешь.

— А что думать? Разве твои поступки не говорят за тебя? Притащить на небеса вторженца, сделать избранницей? И, предположу, что проверять её память ты не станешь, воспользовавшись статусом? — Эбер рассмеялся, правда, теперь больше с горечью, чем с издевкой. — Ее комфорт важнее безопасности других божеств?

— Это не те вопросы, на которые я отвечу, — развел руками Хэй. — Не забывай, что у тебя нет причин запрещать нам посетить небеса.

— Я — Верховное Божество.

— Объективные причины не назовешь?

— Не назовет, — позади Эбера появилась высокая светловолосая женщина в белом. — Потому что они не имеют никакого значения. Даже Верховное Божество должно знать и соблюдать правила и основные принципы жизни на небесах, не правда ли?

Какая... интересная дама. И дело даже не в эффектной внешности или в огромной магической силе, а, скорее, в необычной ауре, присущей всем людям, наделенным властью. Эбер в сравнении с ней казался невинным дитем, особенно с учетом того, что никак эту женщину поначалу не одернул. Могло бы показаться, что она целиком на нашей стороне, но такое впечатление точно обманчиво: нами воспользовались как инструментом, чтобы досадить Эберу.

— Жаль, что эти правила так яро стараются обходить представители совета, — все же не остался в долгу Эбер. — Я так понимаю, гостями займешься ты, Эйла?

— Своими гостями займется Хэй, я всего лишь наблюдатель. Или ты считаешь, что божество, развеявшее силу веру, прекращает быть одним из нас и становится гостем? К тому же, избранница по определению не может быть гостем, как и тот, внутри кого находится артефакт такого уровня. Мне кажется, или за время на посту Верховного Божества, вы о многом позабыли?

Эбер усмехнулся, после чего довольно едко заметил:

— Кажется. А вот насчет тебя, Эйла, могу сказать однозначно: свое место ты точно не помнишь. Повтори вслух еще раз, кто я. И вспомни, кто ты. Это тоже правила.

— Я всего лишь озвучила прописные истины, — сказала Эйла, но сарказма в ней поубавилось — только сейчас я заметила, что у этого Эбера есть хоть какое-то влияние.

— Повторяй их для себя. Можешь и для Хэя повторить. А я пока вернусь, думаю, делать мне тут нечего, да и...

Что еще хотел сказать Эбер, никто не услышал: он попросту исчез. Зато Эйла повернулась к нам и, не меняя своего промораживающего до костей тона, сказала:

— Приветствую на небесах. И тебя, и твою спутницу, и дракона с артефактом. Нинья уже рассказала о вашей ситуации, от лица совета мы возьмем данную ситуацию под контроль. И артефакты подобного уровня, и сам дракон важны для этого мира, потому мы решим этот вопрос.

— Благодарю, — ответил Хэй, вмиг показавшись мне чужим, потому что еще ни разу я не видела его настолько безэмоциональным.

— Не стоит. Надеюсь, Хэй, ты помнишь обо всех ограничениях в отношении своих спутников? —спросила Эйла, еще раз подтверждая мою мысль, что она нам совсем не друг. — Божественное Древо относится к тебе по-особенному, но даже оно не позволит тебе чрезмерно нарушить естественную иерархию. А человек из чужого, более того, враждебного мира, — это и есть это самое «чрезмерно». Если захочешь снять ограничения с избранницы, то ты сам, думаю, знаешь что делать.

— Разумеется.

— Что ж, тогда добро пожаловать. В этот раз в Божественном саду ты остановиться не сможешь по понятным причинам, воспользуйся особняком Рефорна. Он внес тебя в список. Все остальное расскажет тебе Нинья, она ввела нас в курс дела, а мы — её, поэтому дождись её в особняке Рефорна — сказал Эйла, после чего исчезла, отправившись непосредственно на небеса.

Мы тоже задерживаться не стали — переместились следом.

Я не отпускала Рейна, хотя он очень рвался все тут рассмотреть: небеса же! Да я и сама оглядывала это место не без некоторого удивления: видела я многое, но такое — впервые. Точнее чувствовала. Помпезные здания, стремящиеся в бесконечность, облака под ногами, эфемерные растения не были чем-то особенным, а вот пространство, испещренное различными заклинаниями, необъятное, способное увеличиваться и даже воздух, под завязку наполненный магией, — вполне. Вопреки некоторым страхам, дышалось на удивление легко: магия проникала в тела только если её не хватало. Если, как у меня, её было в избытке, то она плавно обходила стороной, лаская словно ветерок и не доставляя ни малейшего дискомфорта. Да, в такой среде приятно жить и развиваться, божествам определенно повезло.

В некоторой степени, разумеется. Даже самая шикарная клетка с самыми лучшими условиями останется клеткой, поэтому нет ничего удивительного, что Хэй стремился к большей свободе даже ценой своей силы.

Да и божеств тут было слишком мало: мы встретили всего троих, которые сдержанно кивнули Хэю в знак приветствия. Да и сам Хэй особой радости от встречи не проявил.

Мы с Рейном шли за Хэем, оглядывались по сторонам, но старались не отставать. Остановились мы перед воротами... как там сказала Эйла? Особняка? Ну, если не считать того, что этот особняк больше напоминал замок, то можно и согласиться.

— Нам сюда, — сказал Хэй, прикладывая руку к воротам, которые моментально распахнулись, словно признавая его право на вход. — Вы идите внутрь, а я пока проверю, не появились ли за время отсутствия Рефорна дыры в расширенном пространстве. На небесах сейчас вроде как не очень спокойно, лучше проверить.

— Я могу помочь? — спросила я ради приличия.

— Нет, я быстро, — отмахнулся Хэй. — Можете дом осмотреть.

Осматривать дом мы с Рейном не стали: зашли и разместились в самой первой комнате, чтобы дождаться Хэя. Просторная гостиная с одним-единственным столиком и несколькими диванчикам как-то совсем не вязались со странным стилем Рефорна на земле.

— Мой человек, мой человек, мы уже в доме, как вернется Хэй, не сдерживайся! — радостно выдохнул дракон.

— Ты о чем?

— О том, что ты точно хочешь задать много-много вопросов! Так вот, я их тоже хочу задать божеству Хэю, но если я буду задавать их слишком много, то он точно устанет, — тяжело вздохнул Рейн. — А вот если их будешь задавать ты...

— Думаешь, он не устанет? — улыбнулась я.

— Устанет, но до самого конца будет мужественно делать вид, что ему все ни по чем! А поэтому точно ответит на большее количество вопросов!

— Это откуда же ты об этом узнал? — от сдерживаемого смеха улыбка расползалась все шире и шире.

— Как откуда? От Арча! Он сказал, что вокруг вас с Хэем есть особая аура, а когда она есть, то мужчина редко отказывает женщине в мелочах. Только я так и не понял, что это за аура! — огорченно сказал Рейн. — Смотрел всеми способами, всеми заклинаниями, которым ты меня учила, но так ничего и не заметил! Все у вас как обычно, где же эта аура?!

Особая аура, значит? Забавно, я ведь не слишком выпячивала свою симпатию, искренне надеялась, что она сойдет за дружескую. Ох уж этот... Арч. А мне казалось, что он стал таким приличным котом.

— А что тебе Арч ответил? — я попыталась избежать вопроса.

— Что пойму, когда подрасту, — ответил Рейн. — Я подрос, но так и не понял! Может ты мне объяснишь, мой человек?

— И сколько же ты рос?

— М-м-м, неделю? Думаешь, этого недостаточно, да? Ну, давай я тогда еще на неделю подрасту, а если и тогда не пойму, то ты мне объяснишь? — предложил Рейн.

— Что объяснит? — поинтересовался вошедший Хэй.

Быстро он, однако. И даже ничуть не запыхался, хотя я чувствовала довольно сильные магические вспышки. Это небеса так действуют? Что ж, неплохо. По крайне мере, если глава действительно додумается вторгнуться в этот мир, то мало ему не покажется. Может, он сам, стражи и еще с десяток человек сильны, но и божеств с огромным магическим уровнем здесь немало.

— Ау... Ай, человек, зачем ты дергаешь меня за лапку?

— Больно? — искренне удивилась я — вроде же аккуратно.

— Щекотно. Ой, Хэй же пришел! Вопросы, вопросы, вопросы! — возвестил дракон, крутанувшись на месте. — У моего человека очень много вопросов!

Хэй послушно присел напротив и выжидательно уставился на меня. Но, увы, я успела лишь открыть рот, когда Рейн вмешался первым:

— Где Нинья? Она в порядке? Разве тут не все плохие?

— Она в порядке, скоро будет, — рассмеялся Хэй. — На ней моя энергия, поэтому я точно знаю о ее состоянии. Но разве вопросы хотела задать не Лиссандра? Тогда почему спрашиваешь ты?

— А я ей помогаю! Экономлю её силы, — тут же нашелся Рейн. — Отвечать на вопросы трудно, но задавать их тоже нелегко!

— Спасибо за заботу, Рейн, я полна сил, поэтому позволь мне спросить, — мягко улыбнулась я, погладив одного хитрющего дракона по рожкам, после чего задала Хэю самый главный вопрос: — Эйла говорила, что можно снять ограничения? Как?

— Как тебе и говорил привратник — позволить другим посмотреть твои воспоминания. На самом деле, не совсем другим. Есть древо, есть проводник — любое божество. Проводник видит твои воспоминания и передает Божественному Древу, которое принимает решение, опасна ты для небес или нет. Если нет, то ты получаешь много привилегий, среди которых — посещение Божественного Храма. Там из Рейна будут извлекать артефакт. Но это необязательно. Ты всегда можешь подождать под воротами храма, пока мы с Ниньей будем внутри.

— А если кто-то вмешается или решит сделать что-то нехорошее? — резонно спросила я. — Или же заставит вас с Ниньей оставить Рейна одного?

— Не сможет. Понимаешь, все на небесах подчиняются правилам, соблюдение которых контролирует Божественное Древо. И правила, и древо стоят по иерархии намного выше, чем тот же совет или Верховное Божество. Поэтому...

— Поэтому волноваться не о чем. Рядовое дело, — сказала внезапно появившаяся в доме Нинья. — Сейчас все расскажу, только отдышусь от небольшой прогулки по небесам.

— И как она тебе? — спросил Хэй, когда Нинья устало опустилась на диванчик.

— Захватывающе, — вздохнула Нинья. — Сначала мотнуло из-за перенаправления энергии, потом угодила прямо на собрание совета. Хоть один плюс — обговорила с ними ситуацию с артефактом, а после попыталась понять, как тут стало.

— И как же? — Хэй чуть склонил голову, словно не в силах сдержать любопытство.

— На самом деле, все довольно странно сейчас, — сказала Нинья. — Я уже и сама не знаю, кому верить — Эберу, совету или еще кому-нибудь. На небесах что-то происходит, что-то нехорошее, но что — я не могу сказать.

— Никому, — сказал Хэй. — Сейчас никому из тех, кого ты перечислила, верить нельзя.

— Это точно. Поэтому лучше побыстрее все сделать и убраться подальше. Мне как-то во владениях Рефорна намного спокойнее, чем здесь. Касательно артефакта... Попросили завтра с первыми оранжевыми облаками подойти в Божественный Храм с драконом. Они пригласят двух божеств, чтобы сделать все как можно более аккуратно — ни дракон, ни артефакт не должны пострадать.

— Странно. Хэй, разве ты не говорил, что извлечь артефакт может исключительно Нинья? — спросила я, бросая взгляд на дракона, который деловито собирал подушки по всему дому, чтобы устроить себе лежанку. Забавно, не замечала за ним прежде подобной привычки. У кого из детишек перенял?

— Не совсем. Извлекать артефакт могут и некоторые другие божества, вопрос лишь в том, что согласилась бы за это взяться по моей просьбе без лишних проблем исключительно Нинья, — сказал Хэй.

— Скажи честно, что другие божества, способные на это, попросту тебе бы отказали. В конце концов, у тебя со многими отношения либо плохие, либо нейтральные, — заметила Нинья, присаживаясь напротив. — Но сейчас этим делом занялся совет. И пусть они неидеальны, но как божества заботятся об этом мире. Поэтому им спокойно можно доверить извлечение артефакта из дракона, они сами заинтересованы, чтобы все прошло хорошо.

— В любом случае, в Божественном Храме буду и я, и Нинья, ничего страшного там точно не произойдет, разумеется, кроме твоего вполне естественного беспокойства, — сказал Хэй.

Наш разговор прервало тоненькое дребезжание.

— Что за звук? — удивилась я.

— Кто-то решил заглянуть в гости, — ответил Хэй, вставая. — Пойду открою...

— Не открывай, — сонным голосом пробормотал Рейн. — Нельзя открывать незнакомцам, вдруг они нехорошие?

— А как я пойму, что он незнакомец, если не открою дверь? — фыркнул Хэй.

— Назови его нехорошим словом, — посоветовал Рейн. — Плохой или поругает в ответ, или уйдет.

— А хороший? — поинтересовался Хэй.

— А хороший обругает мысленно и уйдет подальше, — зевнул Рейн. — Арч утверждает, что такой подход универсален, если ты не хочешь видеть никаких гостей. А ты, божество Хэй, точно никого не хочешь видеть.

— Почему ты так решил?

— Потому что каждый раз, когда ты видел какое-то божество, то твое выражение было похоже на выражение Сильви, когда та персик с лимоном перепутала.

Опуская тот факт, что, в принципе, у Хэя и Сильви, как бы сказать... разное лицо, в остальном Рейн был абсолютно прав: Хэй других божеств не то что недолюбливал, но особой радости от встречи не испытывал, скорее, некоторую досаду.

— Ну, что поделать, что я доволен лишь тогда, когда вижу великолепного дракона и его не менее великолепного человека? — развел руками Хэй.

— Очень и очень отрадно это слышать, особенно мне, — не без сарказма сказала Нинья. — Открой ты уже, этот магический звонок ужасно раздражает.

Хэй послушно отправился к двери. Наша комната была недалеко от входа, а потому разговор был прекрасно слышен, даже удивление в тоне Хэя легко было различить:

— Эбер? Что ты хотел?

— Поговорить, — напряженно сказал тот. — Я не отниму много времени. Пригласишь?

— Заходи.

В небольшую гостиную, где мы сидели, зашел Эбер, от чего дракон сразу же встрепенулся, но я не дала ребенку даже дунуть в сторону Эбера, зажав тому рот. Хоть он и пообещал, что будет не плевать, а, кхм, сбрасывать отходы жизнедеятельности, подстраховаться не мешало.

— И? — спросил Хэй, прислонившись к стене и скрестив руки на груди.

— Уходите отсюда, — просто сказал Эбер.

— Мы это уже проходили, как только извлечем артефакт из дракона, то никого из нас ты больше не увидишь, — раздраженно сказал Хэй.

— Я о другом. Убирайтесь, пока не попали в ловушку. Никто не собирается извлекать артефакт из дракона.