Хозяйка проклятой башни, или Цветочек для дракона

Глава 5

Амарин Тейва

После нападения на меня сначала напал ступор. Руки и ноги мне не связали. Я барахталась в мешке, пытаясь порвать ткань, меня несли, шёпотом переговариваясь, до меня долетали лишь обрывки разговора.

А потом я поняла, что самое главное эти горе-похитители не сделали — они мне рот не закрыли!

И я закричала… У Амарин был красивый голос, я-то свой на Земле после хронического тонзиллита потеряла, а тут как заголосила:

— Помогите! Спасите! — потом вспомнила одну прочитанную в инете рекомендацию и заорала ещё громче: — Пожар!

Почему-то считалось, что на пожар сбегаются быстрее, чем на призыв о помощи. Типа, включаются древние инстинкты.

— Ты чего ей рот не закрыл? — прорычал странно знакомый голос.

— А когда? Ты ей сразу мешок на голову надел.

— Неси быстрее!

— Помогите! Пожар! Сюда!

— Не туда, в другую сторону!

— Где карета?

— Я почём знаю!

— На вас нельзя положиться!

— Ты сам утром нас прогнал!

— Так она уже проснулась, я говорил ночью прийти!

— Помогите! Пожар! Сейчас сгорим все на...!

В общем, меня пару раз уронили, даже один раз пнули, пока не послышался недовольный голос:

— Не пинай её!

— Нужно её заткнуть!

— В карете заткнём, она просто не понимает!

Всё я понимаю, гориллы ненормальные, собираются меня похитить, а так нельзя. У меня распределение подписано, мне нельзя сбегать!

Послышался цокот копыт, но сразу же — окрики и бряцание оружия:

— Стоять! Кто такие?

— Спасите! — я усилила натиск и добрыкалась — меня уронили, и очень больно. Я упала на руку, ударилась головой.

— Господа, это всего лишь собака, — послышался успокаивающий голос, — она кусается, и мы решили везти её в мешке.

— Сам ты собака! — простонала я. — Меня похитили!

— Раскрывайте мешок, — раздался строгий, басистый голос стража.

— Моя мать — распределяющая, — голос похитителя стал ласковым, — она может сделать вам протекцию на более высокую должность или заплатит.

— И сколько? — басистый заинтересовался.

— Что?! — рявкнула я и стала опять брыкаться в мешке, потом поползла, катаясь, как колбаска. — Ах, вы, мздоимцы! Королевы на вас нет!

— Нет, — послышался ещё один голос, — Сивер, это опасно. Тем более, сейчас, когда в городе полно дриад-переселенок. Если это одна из них, нас могут с должности сместить, а вдогонку — штраф наложат. Мисси меня убьёт.

— Да-да, я айда! — тут же замерла я. — Вызволяйте меня быстрее!

Меня, наконец-то, отпустили. Я вскочила из мешка, чуть не запуталась ногами, быстро оглянулась.

— Ай-да, — уныло сказал стражник дриад, — что ж Вы магией не отбивались?

— Я после ранения с ней плохо работаю, — сказала я, — эй, ловите этих, они убегают!

И правда, два похитителя спешно садились в чёрную карету. Я плюнула на стражников, которые не собирались ловить похитителей, и прыгнула вперёд сама. Столько нервов за эти пару минут плена эти гады сожрали, нельзя их просто так отпускать.

Я дёрнула за длинную тунику того, кто был ближе. Он, конечно, сопротивлялся, но куда ему против разозлённой Маринки. Я его вытянула из кареты, которая под ор сидящего на козлах возничего быстро понеслась вперёд, и сдёрнула с лица похитителя Накутанную тряпку.

— Твикс! — рявкнула я, разглядев несостоявшегося жениха.

— Амарин, ты всё не так поняла! — парень выставил вперёд руки, но я подскочила сбоку и наградила его хорошей оплеухой.

— А как мне понимать?! Ты хотел, чтобы меня клятва убила!

— Я всё подготовил, — Твикс старался встать, но наступил на тряпку и опять упал на задницу. — Ты бы не пострадала, я целую комнату от магии закрыл, в ней можно жить сколько хочешь, и клятва не достанет.

— Чего? — я оторопела, представив себе всю эту свою длинную жизнь в одной комнате. — Ты сейчас, Твикс, соберёшься и очень-очень быстро убежишь от меня подальше, — прошипела я ему, — иначе я тебя сейчас сама в комнату закрою. Под землёй!

— Ты же не маг земли, — Твикс был не просто глупый, он ещё осмеливался во мне сомневаться.

Стражи уже не просто смотрели, а хохотали, парочка жителей, проходящих мимо, заинтересованно поглядывали, о чём-то переговариваясь, из-за ближайшего забора торчали белобрысые головы ребятишек с блестящими от любопытства глазками.

Я сделала шаг к Твиксу. Тот, видимо, увидел во мне кровожадные желания и, наконец-то, справившись со своим нескладным телом, понёсся в сторону, куда уехала карета.

Я проводила его взглядом и обернулась к стражам. Те тут же перестали ржать, замерли, как суслики. Вот что мне нравится у дриад — так это матриархат. Ай-да даже таких калечных, как я, побаивались.

— Мы не успели их схватить, — тут же выдал один из них.

— Быстро отведите меня в таверну «Еда и бани», — сказала я стражам и чуть покачнулась.

Вся эта эпопея с похищением забрала у меня силы и настроение. Чёртов Твикс, чтоб ему икалось сто лет. Я вытряхнула из мешка свою сумку, сам мешок тоже подхватила и на ходу сложила его в свою сумку — лишним не будет.

Я еле успела. Огромный дилижанс уже был полон ссыльных, которые галдели, как сороки.

— О, Тейва, — воскликнула Лима, — а мы уже думали, ты сбежала.

— Я ещё жить хочу, — буркнула я, усаживаясь на своё место перед ними.

— А твоей соседки тоже нет, — сказала Ай.

Я уже догадалась, что соседка была не соседкой, а Твиксом — слишком тряпка на морде у него приметная была. Вот же гад такой! У меня даже в мыслях не было, что этот безвольный хлюпик может такое сотворить!

— Думаю, она не придёт, — сказала я. — Её будут искать?

— Зачем? — пожала плечами Лима. — Её смерть — в её руках. Драконам плевать на нас: одной больше, одной меньше, на её место сразу пошлют другую.

Я кивнула, что поняла. Вот и со мной так же. Никто не стал бы искать. Не пришла — сама виновата. Магия не даст пойти против клятвы — убьёт в течение пары часов.

Твикс — скотина! И надо же, до чего додумался — закрыть меня в безмагичной комнате. Я даже передёрнулась от того ужаса, который только что избежала. Ещё раз увижу эту амёбу — прибью!

Дальнейший путь проходил спокойно, даже, можно сказать, — интересно. Мне было любопытно увидеть, как живут дриады. Небольшие города, совсем крохотные деревеньки, кругом леса — величественные, прекрасные, с прохладой родников и запахом ягод. И только там, где прошлись драконы, — выжженные пустоши, едко пахнущий пепел и жара, от которой нет спасения, кроме магии.

То, что рядом море, мы почувствовали сразу все. Пахло тут по-особому, ни с чем не спутаешь, сыростью, рыбой, йодом.

Порт для дирижаблей был грандиозным сооружением со множеством высоких башен, к которым пришвартовываются громоздкие воздушные корабли.

Рассматривая местные красоты, я радуюсь, что вижу этот мир, и ужасаюсь — какая же я мелкая песчинка, как легко меня не заметить и раздавить. Нужно постараться, чтобы меня не снесло и не пережевало. Нужно постараться выжить, да, это первый пункт плана. Скоро я составлю его более детально, но пока выживаю, как могу.

— Вот мне интересно, — оглянулась я к Лиме. Дриада со шрамом охотно отвечала на мои вопросы, в отличие от Кирсы, — почему мы полетим, а не поплывём? Почему тут нет водных кораблей?

Дриады переглянулись, и Кирса прыснула.

— Извини, Тейва, я всё время забываю, что ты память потеряла.

— Потому что в море полно огромных хищников, которые не дадут плавать кораблю. Говорят, раньше, ещё пару сотен лет назад, можно было плавать на кораблях, а потом твари расплодились и стали топить суда. Постепенно все перешли на дирижабли — и быстро, и удобно, — сказала Лима.

— Понятно, — я опять уткнулась в окно, рассматривая жителей приморского городка.

Здесь, в основном, жили неяды — «морские девы». Волосы у них были синие, с разными оттенками, а между пальцами — перепонки. Неяды могли жить как в море, так и на суше, но в последнее время вынужденно живут на суше, плавая лишь в небольшой заводи, которую специально прокопали для купания молодняка.

Неяды-мужчины похожи на простых человеческих мужчин, даже волосы у них разных цветов, не синие, что подтверждает версию появления нимф: мы наполовину люди, наполовину магические существа.

— Раньше здесь продавали жемчуг, — протянула Лима. — Её Величество обожала здешний жемчуг. «Голубая звезда» назывался — он в темноте мерцал голубым светом.

— Давно пора моря почистить от хищников, — сказала Кирса. — Вот драконы этим бы и занялись, чем в наши леса лезть.

— Тихо ты, — успокоила соседку Лима.

— А чего мне теперь бояться, — Кирса нагло посмотрела на драконицу, которая нас сопровождала и сейчас смотрела на дриаду нечитаемым взглядом. — Страшнее, чем башни Пустоши, участь не придумаешь.

Нас подвезли прямо к одной из башен. На самом верху было видно днище корзины дирижабля.

— Ай-ды, через час наш корабль полетит к Горному. Прошу не теряться. Поднимаетесь на стыковочную площадку башни, показываете страже свой пропуск, распределяющий лист, и устраиваетесь в отведённой каюте, — голос драконицы был уставшим. Наверное, тяжело трястись в тесном дилижансе той, которая привыкла летать в бескрайнем небе.

— Давайте пробежимся по лавкам, которые рядом, — сказала Кирса и первой пошла к узкой улочке, которая кишела торговцами и покупателями. Здесь продавали всё, что угодно твоей душе, от мелкой дешёвой рыбы до золотых драгоценностей.

Денег у меня оставалось мало, но, памятуя о похищении, я решила купить нож. Вот был бы у меня нож — разрезала мешок, и получили бы похитители пенделей.

Стоило вспомнить Твикса, как у меня руки сами в кулаки сжимаются. Закрыть меня в комнате без магии — это же надо такое придумать. Я спросила у Лимы, бывают ли такие комнаты, и что я узнала… Такие есть в тюрьмах. В них держат преступников-магов, больных на голову, которые клятвы не дают. Такие комнаты обшиваются специальным материалом, который не проводит магию, а ещё вытягивает её из магов.

Твикс из слизняка мутировал в моём воображении в опасного слизняка. С таким лучше не встречаться. Он сам не понимает, какую жесть чуть не совершил. Или понимает — и притворяется дурачком.

С такими приключениями я даже забыла о драконе, тем более, когда мы останавливались на ночлег — он мне больше не приснился. Я облегчённо выдохнула: одной проблемой меньше.

Лима шла со мной, я рассматривала витрины, искала ножи.

— Тейва, — Лима взяла меня за плечо и оттянула в сторону. — Я хочу кое-что тебе сказать.

— Что? — я удивлённо посмотрела на дриаду. Было в её глазах что-то такое, отчего я напряглась.

— Ты ведь не просто так потеряла память, Тейва? — то ли спросила, то ли утвердила Лима. Я напряглась ещё больше. Неужели она поняла, что я попаданка?

— Когда приходит сила, всегда уходит память, — непонятно сказала дриада себе под нос. — Главное — знай, Тейва: всегда делай то, что считаешь правильным. Не отступай, не бойся.

— Хм-м-м, Лима, ты странно говоришь. Я тебя не понимаю, —сказала я.

— Поймёшь потом, — сказала дриада и, улыбнувшись мне, выдохнула: — Делай всё, чтобы не соприкасаться с Пустошью. Или старайся свести к минимуму соприкосновение. Живи этот год тихо. Пустошь — это, как проклятие, оно медленно отравляет тело, душу, мысли. Не поддавайся.

— Ты меня пугаешь, — сказала я. — Ты же сказала, что не знаешь, что такое Пустошь.

— Никто не знает, что такое Пустошь, почему она появилась. Но все знают, что она убивает тех, кто соприкасается с ней, Тейва. А тебя она будет сводить с ума вдвойне.

Я подозрительно посмотрела на Лиму. Неужели она знает обо мне? Тогда почему не говорит открыто? Но дриада уже целеустремлённо потопала к небольшой лавке:

— Чего стоишь? Ты же нож хотела. Пойдём, купим.

Я немного успокоилась. Лима перестала говорить загадками и вернулась к своему насмешливому обращению. А я не обижалась, особенно когда узнала, что дриаде уже триста лет. Вот тебе и молодая девушка. Только глаза Лимы выдавали века жизни. Была в них тоска — глубокая тоска, из-за чего смотреть в глаза дриаде не хотелось.

Нож она выбрала мне сама, сунула в руку:

— Видишь, как удобно в руке лежит, бери этот.

Я заплатила целый серебряный за этот нож — чуть жабка не задушила. Но пора думать, как местные: всё, что имеет шанс спасти тебе жизнь, имеет и цену немаленькую.

У Амарин, конечно, было оружие. Магия магией, но она могла мечом работать. А я — нет. Поэтому, когда все кинулись после интерната покупать оружие (драконы это не запрещали), я не кинулась. И чтобы я с ним делала?

Памяти от предшественницы мне не досталось, как и навыков. Я вон, несчастный лук не могу создать, хотя такая магия считалась самой простой и невыдающейся у дриад. Только радуга хлопьями из рук падает, как пена, но очень прицепучая. Я знаю — сама стены от неё мыла.

Пока добрались по ступенькам на площадку, с которой ведёт трап на дирижабль, думала — сердце выскочит.

— Тейва, ты совсем выдохлась, — хихикала Кирса. — А как в башне будешь бегать? Там этажей не десять, а побольше.

Так я узнала, что башни — это не маяки, какими я представляла себе их в своём воображении. Это огромные строения десять-пятнадцать этажей! Мама! Куда я лечу?!