Хозяйка проклятой башни, или Цветочек для дракона

Глава 7

Дриада молчаливо смотрела на меня, словно видела впервые, потом выдохнула:

— Не думала, что когда-нибудь увижу новую королеву Южного леса, — сказала Лима.

Я удивлённо оглянулась — про кого это она? — но девушка продолжила:

— Что тебе известно о Чёрном Море?

— Что это?

— Ах, да, твоя память... — Лима нахмурилась, потом словно решилась. — Чёрный Мор — дракон, который хотел завоевать весь мир. Он собирал силу богов по всему миру, хотел с ними сравниться. Когда-то давно наши боги ушли из этого мира — с войной ушли. Но оставили кусочки своих сил. Каждый — своему народу. Нам досталась сила Матери Ишти, драконам — сила Агаруса, бога дракона, у гномов — Рурк, грозная Кирка, у людей — Амалия Сердобольная и Агнор Громовержец. Это те боги, о которых точно сохранились летописи. Были ещё полубоги, духи — и каждый давал свою силу месту или тем, кто ему поклонялся. Так они решили исход своей войны, оставили этот мир, который привёл к раздору.

— Занимательная история, — кивнула я. — Но, Лима, не ночью же об этом говорить.

— Цыц, — последняя телохранительница и придворная фрейлина королевы Южных лесов недовольно посмотрела на меня. — О том, что я тебе говорю, знает лишь верхушка власти. Лишь те, кто стоит на вершине: короли, владетели, императоры. Я знала, потому что была приближённой королевы… Мариаль будто предвидела, что погибнет, и всё мне рассказала, словно...

Лима замолчала и задумалась, потом встряхнулась.

— Магическая сила сама выбирает, кто будет ей владеть, сама инициирует наследника. В момент передачи силы будущий правитель теряет память. Говорят, это проверка, божественная сила хочет знать, как проводник поведет себя без памяти. Что будет делать, как себя вести… Мариэль рассказывала, что бывали случаи, когда сила уходила из носителя, потому что он вёл себя неправильно. Уходила в алтари богов, засыпая, чтобы дождаться следующего носителя божественной силы. Говорят, что у драконов так и не появился достойный наследник божественной силы, она спит в алтаре их бога Агаруса. Император припас её на последний ритуал... Так что, Тейва, ты не потеряла память — ты получила силу Южного леса, колыбели дриад.

Я хмыкнула. И как ей сказать, что она ошибается? Я не теряла память — я просто попаданка, притворяющаяся дриадой. Что страшнее — быть королевой, которую ищут драконы, или попаданкой, которую, думаю, тут не с фанфарами будут встречать? Ладно, пока буду молчать… Может, Лима поймёт, что никакая я не королева. Я хихикнула. Нашла, что сказать — королева. А моя радуга — это суперсила! Склонитесь, все императоры мира, иначе всех перекрашу!

— Хватит хихикать, — строго посмотрела на меня Лима. — Я серьёзно подозреваю, что ты приняла силу королевы.

— Почему? — мне даже стало интересно, какие такие умозаключения привели её к этому.

— Ты похожа кое на кого, — Лима спрыгнула с кровати и стала рыться в своей сумке, потом подошла ко мне и подала мне мелкую статуэтку. — Вглядись в её лицо. Это наша богиня, Мать Ишти, — приказала мне дриада.

Я нехотя взяла статуэтку и стала её рассматривать. Да, общие черты лица угадываются, у меня нереально большущие глаза. На статуэтке это видно, но это не редкость. У многих дриад такие же глазищи.

— Дай свою руку, — тут же приказала Лима. — Правую.

Я подала ей руку. Дриада осмотрела её и показала на запястье, где у меня был шрам. Да, почти все раны зажили без шрамов, а тут остался. И о чём это говорит?

— А теперь посмотри на руку статуэтки, — Лима не сдержала удовлетворённой улыбки.

Я нехотя посмотрела на каменную конечность. Статуэтка была создана танцующей, и правая рука приподнята. На запястье очень хорошо виден мой шрам.

— Это ничего не значит, — сказала я прямо, а вот по спине у меня пробежался рой мурашек, которые, добравшись до копчика, больно кольнули. Чувствую, незаметно подкрадывается северный зверек на букву П.

— Но потеря памяти, шрам — это всё мелочи. Мало кто знает, что, когда силу леса принимает новая королева, требуется время, чтобы они соединились. А до этого… — Лима таинственно блеснула взглядом и показала на свои в сиреневую крапинку волосы.

— Она похожа на собранные краски всего мира. Мариаль называла это «божественный этюд». Ты ещё не приняла силу, вы только присматриваетесь друг к другу.

— Всё это глупость, — сказала я. — Вообще не понимаю, почему королева просто не отдала силу драконам и не продолжила спокойно жить.

Оказывается, Лиму не зря называли «Быстрая смерть». Скоростным рывком она оказалась очень близко и сомкнула на моей шее пальцы. Хватка была похожа на удавку. Я захрипела.

— Не смей даже мыслями оскорблять Мариаль, — Лима всмотрелась в мои вылезшие из орбит глаза и резко отпустила меня, потом села рядом, тоже обессиленная.

— Чёрный Мор… Если император соберёт всю силу мира… он станет таким же, как его предок, Чёрный Мор. Тот, который чуть не уничтожил наш мир, после которого остались одни руины, скрытые сейчас толщей корней нашего леса. Нельзя соединять всю силу мира в одном существе. Это ведёт к сумасшествию, к жажде крови, к бешеному желанию сравниться с богами.

— Сумасшедшая, — просипела я, потирая шею. — Да плевать мне на богов, силу, императора и вообще на всех! — тихо рявкнула я Лиме. — Я просто пытаюсь выжить — вот и всё! Мне не нужны лишние проблемы!

— Ты королева Южного леса, хочешь ты этого или нет. Драконица сегодня что-то заподозрила. Жалею, что не поговорила с тобой ещё раньше, не предупредила. Мариаль предпочла умереть, чем впускать в этот мир ещё одного кровавого сумасшедшего дракона. Что будешь делать ты… — Лима устало посмотрела на меня. — Решать тебе. Сила не переходит к тому, кто её не достоин. Кто я такая, чтобы сомневаться в этом?

— Уж поверь, умирать из-за мифического страха перед кровожадным драконом я не собираюсь, — огрызнулась я.

Признаюсь, мне стало страшно. Я никогда не решала глобальных проблем, я никогда не стремилась на руководящие посты. Была возможность выкупить кафе, где я работала, но зачем… чтобы что?

Зачем мне забивать голову, нестись, не видя ничего вокруг, думать о других? От меня зависела только я. Мне не для кого было стремиться добыть больше денег, стать лучше. Я жила как… да нормально я жила! Делала что хотела.

И тут собиралась жить так же. Ни от кого не зависеть, никому не быть должной. Я даже подруг не заводила в интернате — парочка знакомых, с которыми мы вместе зубрили уроки и занимались магией на полигонах. И сейчас, когда Лима вывалила на меня всё это…

Это было страшно! Да, я признаю, что трусиха… что мне легче ничего не знать и ни о ком не думать. Бездновая дриада!

Я проследила, как Лима легла в постель и щелчком убрала заклинание сна. В небольшое оконце светила местная луна Лою. В её серебряном свете я хорошо видела свой шрам — и как он до самых мелких чёрточек похож на шрам каменной богини. Что это — простое совпадение… или я правда королева, и Лиме не мерещится?

Очень хотелось что-то сломать. Желательно стеклянное. Я сунула статуэтку в сумку и легла спать.

Что гадать! Как будет — так и будет! Чему быть, того не миновать! А гадать, мучиться… ну их всех! Я зевнула. Люблю эту свою пофигистичность, только благодаря ей я ещё не сошла с ума.

Но оказывается, у меня сегодня прямо день встреч — нате вам здрасьте. Опять сон с этим синеглазым драконом. Как прекрасно, что он просто что-то мастерит за большим столом, заваленным всякими железными штучками.

Правда, когда я появилась, замер, напрягся, поводил своим длинным носом. Фу, фу, меня тут нет!

Адаран Креймор

Только в своём убежище я могу быть самим собой. Не нужно оглядываться по сторонам и ожидать подвоха там, где, кажется, всё должно быть хорошо.

Мой замок, который подарил дядя, никогда не казался мне домом. Тем местом, где можно расслабиться и отдохнуть. Огромный каменный мешок, наполненный роскошью, слугами, которые боялись моего взгляда, и... чужой.

Лишь здесь, в своём убежище, подземной мастерской, я чувствую себя собой. Адараном Креймором. Не Щитом императора, не лучшим бойцом, не сиятельным аристократом, не любимцем женщин, не убийцей...

Наверное, такое чувство у меня было лишь в те времена, когда были живы родители. Когда был жив старший брат, сестра… Когда мне казалось, что наш дворец — самое защищённое место в мире.

Я погладил железные пёрышки изделия. Механическая сова. Мало кто знал... вернее, никто не знал, что у Адарана Креймора, кроме вечных сражений, есть ещё любимое дело. Что в детстве родные прозвали меня «Железный князь» не за каменное сердце, не за жестокость, а за мои поделки из железа. Тогда это были железные фигурки воинов, жутких монстров. Сейчас — это механические артефакты, работающие на магии. Поделки мастера Шепса.

Я усмехнулся. Мало кто знал, что самодвижущиеся повозки, усовершенствованные дирижабли создал я. Свои изделия и открытия я не показываю сам. Есть подставное лицо, на которого я оформляю патенты и слежу за другими большими проектами.

Даже Зелёный Берг, с которым мы прошли не одно сражение, поверил бы, что я и есть тот чудаковатый изобретатель, который создал летающие плащи и так нашумевших в последнее время питомцев.

Я осмотрел сову, усилил защиту на внутреннем накопителе. Если она упадёт с большой высоты, всё равно не разобьётся. Кинул пару магических искр в кристалл. Нужно потом посмотреть, как она будет летать.

Мысль почему-то перекинулась на последнюю любовницу. Девица была жаркой, но до моей постоянной фаворитки ей далеко.

Тут же вспомнил зелёные глазищи дриады, посмевшей мне отказать. Наверное, ещё летит к своему месту назначения.

Хмыкнул. Ничего, Цветочек, ты скоро поймёшь, что нельзя перечить «Железному князю». Я замер. Мне показалось, я почуял её запах. Странный, сладкий, который проникает, казалось, в самое нутро и крутит там водовороты, заставляя куда-то идти и что-то делать.

Уже не в первый раз: стоит подумать об этой девке — сразу чую её запах. И почему я к ней прикипел? Можно было просто проверить, почему она не поддаётся моей ауре, и отпустить, но я захотел другое…

Красоты я в ней не заметил, фигурка так себе… Наверное, меня впечатлил её дух. Обычно дриады не могут сопротивляться ауре… Тааак… а если она и есть преемница королевы?!

— Да нет, — я даже заговорил вслух, — куда этому цветочку до Мариаль. Та была настоящая королева: знойная, жаркая, страстная, манящая…

Я выдохнул. Запах Цветочка забил обоняние, перекрывая даже запахи ингредиентов для создания магических механизмов. А их не так просто вытравить.

Постарался не думать о дриаде. Скоро она прилетит в Башню, а через пару дней и я за ней. Там и пойму, она ли королева и стоит ли вообще брать её фавориткой. Может, за это время в Проклятой Башне с неё сойдёт гонор, и она сама кинется в мои объятия. Я на это и рассчитываю...

Чувствую лёгкий ветерок рядом, её запах. Странно это. Может, она меня прокляла? Лесные ведьмы могут это делать. Взять хотя бы Мариаль — я даже хмыкнул. Прокляла меня любить. У неё своеобразное понимание мести. Хотя… в этом что-то есть. Чтобы я, Железный князь, ради какой-то девки забыл все свои клятвы… Тонкая месть. И изощрённая.

Сладкий запах, казалось, забрался даже внутрь меня, и желание куда-то уехать усилилось. Нужно провериться у лекарей и проклятийников. Может, правда какое-то заклинание навесили. Мелкая проныра получит сполна, если это так. Добавлю ко времени её нахождения в Проклятой Башне ещё сутки.

Башня ломала и не таких сильных магов. На секунду мне стало жаль девчонку. Я же не садист, в конце концов, и понимаю — её лишили дома, но… Она меня к тролихам отправила! Мерзким бабам, которые своих мужчин после брачной ночи и зачатия, как бы это… лишают возможности иметь ещё детей с другой. С одной стороны, это вынужденная мера: рожают эти громадины сразу по двадцать, а то и двадцать пять детёнышей… Но ведь можно было решить проблему рождаемости по-другому!

Нет, пусть дриада чуть-чуть помучается. Я даже оплачу ей лекаря потом. И сниму с неё статус ссыльной… Наверное. Смотря как она меня встретит и окажется ли она наследницей силы. Если она приняла силу королевы, Ард её уничтожит… Будет ли мне её жаль? Нет! Устал я от дриад. Даже рад, что скоро на человеческий материк полетим — хоть какое-то-то разнообразие.

Я дунул на сову, активируя её, и залюбовался своей новой игрушкой. Серебряные и золотистые пёрышки казались настоящими. Это была очень кропотливая работа. Может, подарить её Рассии? Она давно выпрашивает себе питомца.

Глаза у совы запоминающие кристаллы. Стоит ей открыть их, и первый, кого она увидит, станет хозяином. Так что после активации стараюсь её больше не касаться. Нужно убрать в специальный перевозной ящик.

Такая привязка — дорогое удовольствие. В глазах у питомцев очень редкие кристаллы, которые можно найти лишь в Пустоши. Каждый питомец, которого я создаю, уникален. Я сам не знаю, какой будет сова.

Я пошёл за коробкой. Нужно возвращаться на поверхность. Вновь становиться Щитом, соблазнителем и воином. Иногда мне кажется, что я уже не просто ношу эти маски — я сам стал тем, кем притворяюсь. Жестоким убийцей, которым многие народы пугают детей.

Мне опять показалось, что я чувствую ветерок. Сладкой волной он прошёлся по волосам, плечам, тыкнул в спину, погладил грудь. Это было уже не совсем понятно, странно. Махнул рукой перед собой, пытаясь поймать неуловимое нечто. Ничего. Но мне показалось, я слышу смех. Потом ветерок у уха. Я почесал мочку:

— Кто тут? Я тебя всё равно поймаю!

Опять смех, далёкий, чуть слышный, но кроме смеха ещё слова: «Попробуй». Издевается. Точно морок.

Я прижался к стене спиной, осматривая свою мастерскую. Взглядом следя за перемещениями ветерка. Какая-то магическая следилка? Кто-то прознал, чем я тут занимаюсь?

В принципе, я не занимаюсь ничем противозаконным, но мой идеальный образ воина и Щита императора может быть подвергнут сомнению. У воинов нет другого занятия, как воевать во славу императора. Поэтому лучше не показывать, что изобретатель Шепс и Железный князь — одно лицо. Многие примут это за слабость. У драконов жестокие нравы, мне ли не знать…

Опять ветерок. Шевелит волосы, гладит брови, касается губ. Какой шаловливый морок. Не он ли совсем недавно на меня кувшин с вином уронил, испортив такой многообещающий вечер?

— Если ты меня слышишь, напиши, что ты хочешь? — кивнул в сторону стола с разными записями.

На удивление, перо приподнялось и стало что-то чертить на одном из чертежей. Я медленно подошёл к столу, с удивлением рассматривая рисунок: корявая рука с сжатыми в кулак пальцами, но с поднятым средним. Странный знак. Что он может означать? Может, морок говорит мне об опасности?

Ветерок кинул перо, потом перетёк к сове, тронул крылья, от чего зазвенели пёрышки.

— Не трогай! Это дорогая вещь! — строго сказал распоясавшемуся мороку, а потом взревел: — Нет! Не смей!

Спящий механизм вдруг открыл глаза, которые налились зеленью, и, открыв клюв, кувыркнул хриплым голосом.

Я кинулся вперёд, стараясь успеть перехватить сову и усыпить кристаллы, но было уже поздно. Сова прямо в моих руках с хлопком исчезла.

— А-р-р-а! — рыкнул я. — Чтоб тебя, пустотная тварь!

Сова показала один из редких навыков, которые получают мои изделия — мгновенную телепортацию...

Амарин Тейва

Утром я проснулась полностью отдохнувшей. Не открывая глаз, потянулась, покрутилась на подушке, улыбаясь. Как же хорошо быть живой, молодой. И плевать, что в чужом теле.

Вот отбуду годовую повинность, найду себе тёплое местечко, может быть, найду того, кто меня полюбит. Я теперь умнее. Лучше, когда любят тебя, чем любить самой. А там, может быть... Нет, не буду думать о ребёнке, рано... Хотя сердце болезненно сжимается от мысли, что тут я могу иметь детей. Только ради этого я выживу, всем назло!

Я открыла глаза и села, выкидывая мысли из головы. Мечтать, конечно, хорошо, но лучше не увлекаться.

Некоторые девушки ещё спали, а вот Кирса и Лима уже встали, оделись и смотрели не на меня, а на что-то возле моей головы.

— Что? — обернулась. На меня уставились зелёные глазищи механической совы из моего сна. Питомец сидела на спинке, как на жердочке, и топорщила металлические пёрышки, между которыми мелькали синенькие молнии. Я пискнула и прижала к груди одеяло.

— Вот и нам интересно, откуда у тебя поделка мастера Шепса, Тейва, — подозрительно меня разглядывая, сказала Кирса.

— Я... Я не знаю! — Не рассказывать же им, как умыкнула эту сову у Железного князя, да кто мне поверит!

Я сама себе не верю. Если судить по тому, что у меня сова... Значит, всё это не сон! Значит, я по-настоящему переношусь к князю! Ещё бы понять, почему!

— Ой, — я вспомнила, что вытворяла во сне.

— Да-да, — кивнула Кирса, — птичка, которая стоит как парочка хороших домиков в центре драконьей столицы, о которой ты не знаешь. Ты кто такая, Тейва?

Несмотря на то, что Кирса говорила громким шёпотом, другие дриады стали тоже просыпаться. А мне, если честно, было всё равно, что они подумают. Но вот если дракон узнает, что я вытворяла с ним... Вот же чёрт! Я покраснела.

Когда я поняла, что он меня не видит и не может поймать, я стала над ним издеваться. Лохматила волосы, рассматривала лицо, поглаживала брови, нос, губы, нагло тыкнула его в ухо, потёрлась о грудь. Ощущения были интересными. Словно я его чувствую только когда хочу почувствовать. Я даже нарисовала ему неприличный жест... Дааа, Маринка добралась до бесплатного...

Ладно, оставим дракона. Сам виноват — зачем меня во сне притягивает? А вот сова — это уже не шутки. Я просто тронула пёрышки и не хотела воровать дорогую вещь. Наверное, стоит вернуть...

— Просто у нашей Тейвы есть тайный воздыхатель, — сказала одна из новеньких проснувшихся.

А это мысль! Я благодарно посмотрела на болтнувшую своё мнение дриаду с сиреневыми волосами в белую крапинку.

— И где она его взяла? — Другая дриада не поверила. — Всю дорогу на виду.

— А может, он из старой жизни, — ещё одна добавила в разговор красок.

Кирса хмыкнула, не поверив всем этим придумкам, а Лима хмурилась, посматривая то на меня, то на сову. Птичка-то ей чем не угодила? Неужели тоже какой-то знак Южной королевы.

В общем, когда мы вышли в общий зал, там уже собрались все дриады во главе с драконицей.

— Айды, спокойно, без лишних движений идём есть. Ни с кем не разговариваем, не дерёмся, не разбрызгиваем краски, — последнее было адресовано мне.

Дриады все со смешками посмотрели на меня.

— А что, мне нравится, — томно сказала одна из дриад. — Всегда знала, что мне идёт розовый, — она встряхнула гривой распущенных волос.

— Они у тебя не розовые, а пепельные, — постаралась выставить свои пурпурные в мелкую синеватую крапинку волосы другая модница.

— Пепел розы, так поэтично, — не унывала дриада.

— Хватит болтовни, — успокоила всех драконица. — Тейва, ты меня поняла?

Я кивнула и спрятала руки.

— Буду сидеть тише воды, ниже травы.

— Идём, — драконица возглавила нашу ораву.

Надо сказать, с нами, военнопленными дриадами, поступали весьма милосердно, несмотря на ссылку. Не держали в клетках, не заковывали в цепи. Мы словно на туристической прогулке: радовались красивому виду и ели вкусную еду.

Я склонялась к тому, что наша магия была драконам нужнее, чем наши смерти. А всем известно, что довольный маг вырабатывает больше магии. Так что всё взаимосвязано.

Сову я оставила на кровати, перед этим проговорив ей, чтобы никуда не улетала. Дриады посмеивались, скорее всего, что-то знали о питомцах мастера Шепса. Сначала хотела сказать, кто на самом деле этот мастер Шепс, потом подумала, что потом придётся объяснить, как я это узнала...

Столовая была полупустая, наверное, мало кто так рано встаёт. Я выдохнула. Встретить сейчас разноцветных гномов не хотелось. Опять начнут приставать.

Но ни гномов, ни других подозрительных личностей тут не было. Поэтому позавтракали мы спокойно.

Да и потом, три дня полёта можно назвать прекрасными. Дракон мне не снился, гномы не вылезали из своих кают, видимо, стеснялись разноцветных бород.

Другие пассажиры, сменяющиеся за это время, нас не трогали и даже обходили стороной. В общем, полёт проходил приятно.

Только сова напрягала. Пару раз утром я находила её на себе. Сидела эта паразитка на голове, устроив из волос гнездо. Первое утро ржали все. Гнездо было так закручено, что походило на дупло. И размотать это всё стоило трудов. Я так злилась, что хотела уже отрезать всё это богатство. Спрятала сову на ночь в сундук, но утром опять та же проблема.

— Она так подзаряжается, — наконец-то, сказала мне Лима. — Питомцы берут энергию у своих хозяев. Видимо, твоя потеряла много энергии, вот и хочет быть ближе к тебе. Лучше возьми её к себе под одеяло.

Совет мне помог остаться с волосами. Сова залезала головой ко мне под мышку и засыпала. Несмотря на то, что она была из металла, она была тёплой, так что спать с ней мне даже понравилось.

На четвёртый день мы достигли драконьего материка, и через несколько часов сошла первая дриада.

Близко к Пустоши дирижабли не летали, обходя материк по краю. Так что к самим башням нас будет доставлять другой транспорт — не такой громадный и более быстрый. Так сказала драконица...

Первой из нашей компании ушла Лима:

— До встречи, — сказала она нам и сбежала по трапу к другой драконице-сопровождающей.

Через полдня подошла моя очередь.

— Тейва, тебя доставят в город рядом с башней. С него перейдёшь к месту своей прописки. Не буду повторять, что тебя ждёт, если ты сбежишь. Умрёшь, — драконица внимательно меня рассматривала. — Как только ты войдёшь в башню, к нам придёт отчёт, что ты на месте. А теперь бывай, Тейва. Пусть боги помогут тебе.

Ну хоть не стала меня деревом моим благословлять, и то ладно.

— Тейва, как встретимся в следующий раз, сделаешь мне ещё раз такую расцветку, — сказала модница-дриада.

— Давай, держись, Амарин, — неуклюже обняла меня Кирса. — Буду молить Мать, чтобы спасла тебя.

Я подхватила сумку, которая стала тяжелее из-за совы, и спокойно сошла по трапу к ещё одной хмурой драконице.

— Тейва, — посмотрела она мой лист распределения, — меня зовут Ирга, запомни. Я иногда прилетаю в Лобуш, проверяю башню, замеряю продвижение Тумана. Пошли, отойдём подальше.

А потом была жуть жуткая. Оказывается, лететь мне придётся на драконице. За что? К этому я была не готова и орала как резаная, когда драконица взмахнула крыльями и полетела ввысь.

— Да заткнись ты, — прозвучало в голове. — В Лобуш никто лететь не хочет, там магия дурит. Так что только так или по земле. Но по земле — горы, идти в обход почти месяц. А так за пару часов домчу.

Я захлопнула рот и сильнее вцепилась в острые рога драконицы, которые были очень удобными держалками.

В общем, через два часа я скатилась с этой громадины, упала на коленки, потому что они задрожали, и со стоном выдохнула:

— Твою ж душу! Да чтобы я еще раз!

— О, Ирга, наконец-то, ты решила нашу просьбу! Парни, нам девку привезли! — услышала я над головой довольный мужской голос.