Искушение Злодея (ЛП)

18

Эйс

Улыбающиеся студентки провожают нас взглядами, пока мы втроем идем по длинному коридору. Мы направляемся к кабинету моего отца. Несколько девушек впереди тут же начинает шептаться.

К этому моменту вся академия уже знает, что мы с Октавией пара. Такие новости распространяются охренительно быстро. Впрочем, это не мешает мне одарить девушек легкой улыбкой и продолжить свой путь.

Добравшись до ректорского кабинета, я без колебаний вхожу внутрь. Наше отражение появляется в стеклянных дверцах шкафов. Отец стоит к нам спиной и говорит по телефону. Только когда Призрак громко хлопает дверью, он оборачивается с широко раскрытыми глазами.

— Я перезвоню позже. Хорошо? — он кладет трубку и одаривает нас мрачным взглядом. — Чем обязан такой чести?

Я удобно устраиваюсь на стуле перед отцом, в то время как Призрак и Ронан остаются стоять за моей спиной. Хотя отец никогда этого не признает, но он напуган. Я вижу это по тому, как дергается его левое веко. Он не терпит неопределенности.

— Мы здесь по поводу... как бы это лучше объяснить...

— Ваше молчание имеет свою цену. Вы всегда были продажным человеком. Итак, сколько вы хотите? — перебивает меня Призрак.

Я бы преподнес это иначе, но что поделаешь.

Отец фыркает и поднимает брови.

— Прошу прощения? Надеюсь, я ослышался, мистер Ван Шэйд.

— Ты все правильно расслышал, отец. Мы предлагаем тебе ежемесячную сумму на твое усмотрение в обмен на молчание.

— О чем именно я должен молчать? — его лоб морщится. — О вашей маленькой банде?

— Да, — подтверждает Ронан. — Мы не ожидаем, что вы будете прикрывать наши спины, но вы и не должны вмешиваться. Что бы ни случилось.

Отец усмехается.

— Вы боитесь, что я побегу к вашим родителям за помощью и позабочусь о том, чтобы ваша маленькая банда распалась?

— Просто назови сумму, отец, и мы уйдем. Хорошо?

— Мой дорогой сын, я забочусь о благе нашей академии. И я не поставлю ее на кон ни за какие деньги.

— А почему бы Эйсу не поступить так же со своим наследством? Ведь он намерен однажды возглавить академию Шэдоуфолл, — вставляет Призрак.

Он прав.

Отец раздраженно разводит руками.

— Понятия не имею. Он уже подпортил свою репутацию.

— Я работаю над этим, но мне нужно твое молчание, чтобы защитить академию.

— Защитить? От чего?

— От угроз, которые надвигаются на всех нас, — отвечает Ронан.

— На нас? Я что-то пропустил, или вы стали членом моей семьи? — ядовито парирует отец.

— Я один из Темных рыцарей. Наши семьи уже много лет является союзниками. Мы все в этом участвуем. Хотите вы этого или нет.

Я поднимаюсь.

— Давай сотрудничать. Мы будем ежемесячно платить тебе за молчание и позаботимся о том, чтобы академии Шэдоуфолл ничего не угрожало.

Отец скептически изучает меня, прежде чем тяжело вздохнуть.

— Не усложняйте себе жизнь, мистер Шэдоуфолл, — говорит Призрак.

По лицу отца явно видно, как он борется с самим собой. Он не хочет этого, но понимает — выбора нет.

— Ладно. Но вы обещаете мне, что будете вести свои дела на территории кампуса только в экстренных случаях.

Я киваю. Лучше пусть верит в это.

— Мы будем выплачивать вам две тысячи фунтов ежемесячно, — решает Призрак.

— Это же ничто.

— Мы защищаем ваше семейное достояние, этого должно быть достаточно. Вы не согласны? — жестко парирует Призрак, вступая с моим отцом в молчаливый поединок.

Отец снова вздыхает.

— Договорились.

— До встречи, — прощается Ронан, но у отца, похоже, другие планы.

— Эйс, что насчет мисс Эшкрофт? Это правда?

Я поворачиваюсь к отцу. Ну конечно, он знает. И хотя я ожидал этого, все же надеялся больше не вспоминать об Октавии. Но ее учащенное дыхание и сладкий аромат ее киски никак не выходят у меня из головы.

Как влюбленный придурок, я подрочил утром в душе.

Но я не был влюблен.

Никогда.

Все, что я чувствую к маленькой Эшкрофт — это ненависть. Ненависть и, пожалуй, влечение, ведь она весьма привлекательна.

О серьезных отношениях не может быть и речи. Мои внезапные вспышки гнева могут возникнуть в любой момент, что крайне рискованно. Для нее. То, что произошло на колесе обозрения и в фургоне, уже было весьма опасно. И я не могу снова идти на поводу у этого искушения.

— Да, мы пара.

Отец прищуривается, затем кивает.

— Она замечательная студентка. Не сбивай ее с этого пути.

Я не отвечаю. Его не касается, что я делаю с Маленьким Штормом.

Вместе с Призраком и Ронаном я молча покидаю темный и холодный кабинет отца. Уже в пустом коридоре произношу: — Все прошло лучше, чем ожидалось.

— Без обид, но твой отец — говнюк, — замечает Призрак, и я смеюсь.

— Это еще мягко сказано.

— По поводу Финли, — Ронан приближается и понижает голос. — Давайте замнем это дело. Как говорил Эйс, он и так уже напуган до смерти.

— И что же ты предлагаешь взамен? — спрашивает Призрак, явно желая усложнить ситуацию.

— Каждый раз, когда кто-нибудь из нас его встретит, будет напоминать, чего стоит связываться с Темными рыцарями.

— И это все? — уточняю я.

Ронан издает утвердительный звук.

— Не стоит из-за него напрягаться.

— Ладно.

— Надеюсь, я не встречу его первым, — шутит Призрак с ехидной ухмылкой.

— Да ладно тебе, — смеюсь я и отворачиваюсь, тут же жалея об этом. Из аудиторий выходит она.

Октавия.

Наши взгляды встречаются. На ней воздушное платье с цветочным узором. На этот раз белое, доходящее до щиколоток. По тому, как быстро поднимается ее грудь, понимаю — она тоже вспоминает нашу последнюю встречу.

Ненавижу, как мой член реагирует на эту девчонку.

Она крепко прижимает книгу к груди, но это не помогает, а наоборот, только подчеркивает ее сиськи. Не особо большие, но чертовски красивые.

Вероятно, каждая ее грудь идеально поместится в моей ладони.

Внутри разгорается желание проверить это лично. Но прежде чем я успеваю погрузиться в эти фантазии, она качает головой и, будто спасаясь бегством, несется по коридору в другую сторону.

Какого хрена с тобой происходит, Эйс?

Мои кулаки непроизвольно сжимаются. Я стараюсь расслабиться.

— Все еще не хочешь трахнуть ее? — уголки рта Ронана предательски дергаются.

— Вопрос излишен, чувак. Он только что раздел ее взглядом, как и она его, — вставляет Призрак.

— Заткнитесь вы оба, — бормочу я и направляюсь вперед.

Они неправы.

Между мной и маленькой Эшкрофт нет ничего, кроме пустого влечения.

Так будет и впредь.