Из Сибири, с любовью (СИ)

Глава 19

Путь до места посадки вертолёта занимает около пятнадцати минут. Всё это время мы не произносим ни слова.

Макар постоянно хмурится, а во мне через край бурлит гордость. Подумать только, я умоляла его полететь со мной.

Я!!!

А он отказался. Ну и пусть катится на все четыре стороны, мне есть чем заняться в Москве.

Выходим из-за скалы и видим вертолёт, возле которого стоит мой... отец!!! С радостным воплем бросаюсь к нему и повисаю на его шее. Он крепко прижимает меня к себе.

— Вика, моя принцесса, ты жива! — его голос дрожит от переполняющих чувств. — Мы уже почти потеряли всякую надежду...

Внезапно я ясно осознаю, что отец очень сильно любит меня. Раньше все блага жизни воспринимались мной как должное. Но сейчас, проведя в этой снежной пустыне пару недель, я поняла, как много он работает для того, чтобы сделать комфортной мою жизнь. И так было всегда, сколько я себя помнила. Только сейчас я смогла это оценить.

С наслаждением вдыхаю родной, знакомый запах и смотрю на отца. За эти несколько недель он как будто постарел, глаза красные, под ними залегли круги, да и морщин заметно прибавилось.

Щемящее чувство жалости и любви к нему переполняет, я провожу ладонью ему по щеке.

— Теперь всё будет по-другому, папочка, обещаю. Я так тебя люблю! — ласково шепчу я отцу.

Он кивает, а потом ловит мою ладошку и целует. Переводит взгляд с моего лица на Макара. Пару минут мужчины оценивающе смотрят друг на друга. Наконец, отец первый протягивает руку.

— Если я правильно понимаю, ты помог моей дочери выжить в этих суровых условиях?

Макар возвращает рукопожатие.

— Я сделал лишь то, что на моём месте сделал бы любой другой человек, — спокойно отвечает он.

— Ну, Макар, не скромничай. — не сдерживаюсь я, злость и обида всё ещё бурлит во мне, — мой папа состоятельный человек, может тебя хорошо отблагодарить.

Повисает тишина. Отец недоумённо смотрит на меня. Лицо Макара непроницаемо.

— Спасибо, но деньги мне не нужны, — медленно, отвечает Макар, будто выплёвывая каждое слово, — это были бескорыстные поступки.

Мне становится не по себе. Зачем я пытаюсь его уколоть? Какая вожжа попала мне под хвост?

Отец, чувствуя напряжение между нами, пытается разрядить ситуацию.

— Ладно, давайте не будем терять ни минуты, в Москве разберёмся. Садитесь в вертолёт, взлетаем, — решительным голосом приглашает он.

Макар отрицательно качает головой.

— Я не лечу, остаюсь здесь. Счастливого пути и лёгкой посадки.

Отец пару минут внимательно смотрит на Макара, потом пожимает плечами.

— Что же, если ты так решил... Прощайтесь, я жду тебя внутри. — обращается он ко мне. — Счастливо оставаться и ещё раз огромное спасибо. Будешь в Москве, обращайся, чем смогу помогу, — он салютует Макару и залезает в кабину вертолёта.

Мы остаёмся наедине. Сказать ничего не могу, боюсь расплакаться, в горле ком, а я не хочу, чтобы он запомнил меня плаксой. Еле сдерживая чувства, рвущиеся наружу, холодно киваю ему:

— Ну пока, Макар!

— Прощай, Вика, будь счастлива, — следует быстрый ответ.

— Буду!

Отворачиваюсь и залезаю в вертолёт к отцу.

Мы взлетаем.

Я уговариваю себя не смотреть в окно, но в конце концов не сдерживаюсь и выглядываю, стараясь взглядом найти Макара. Вижу его, медленно идущего по бесконечным снежным равнинам. С высоты птичьего полёта он кажется таким маленьким и очень одиноким.

Давно сдерживаемые слёзы всё-таки вырываются наружу. Я отворачиваюсь от окна, хлюпаю носом и натыкаюсь на внимательный взгляд отца. Повинуясь внезапному порыву, прижимаюсь к его плечу и даю волю чувствам на полную катушку. Он обнимает меня и осторожно гладит по спине. А я захожусь в рыданиях, и даже не до конца понимаю, что на меня нашло. Так как сегодня, я не плакала никогда в жизни.

— Тише, тише, — ласково шепчет отец, — ну что ты так убиваешься, малышка? Теперь всё будет хорошо, всё наладится.

Но его слова меня не успокаивают. В моей жизни всё безвозвратно поменялось и уже никогда не будет так, как прежде. В свою старую жизнь я возвращаюсь обновлённой, повзрослевшей, помудревшей.

И с вдребезги разбитым сердцем!