Из Сибири, с любовью (СИ)

Глава 35

(От лица Виктории)

Приближается назначенная врачом дата родов. Вместе с этим нарастает страх и тревога внутри меня. А что, если я не справлюсь? Детей двое, а я одна. У меня нет никакого опыта.

Мама поддерживает меня как может.

— Когда они появятся, ты сама всё поймёшь, так нас создала природа. А что будет неясно, я тебе подскажу, сохраняй спокойствие. Помни, ты не одна, — неустанно повторяет она мне.

Но сказать легче, чем сделать.

Пару раз мне звонит мама Макара, Елена Александровна. Вопреки всем моим ожиданиям, мы с ней вполне нормально общаемся. Я даже приглашаю её на выписку малышек, и она обещает подумать.

Неожиданно я обретаю верную подругу и преданного слушателя всех моих истерик и страхов. Ей оказывается Наташа, моя бывшая помощница. Она, несмотря на нервную работу, родила прекрасного спокойного мальчика и теперь наслаждается материнством. Мы видимся почти каждый день, а болтаем по телефону и того больше.

Я вовсю готовлюсь к появлению малышек. В моей квартире уже стоят две колыбельки, в коридоре дочек дожидается двухместная комфортабельная коляска со всеми удобствами. Я уж молчу про гору детских вещичек, без покупки которых не обходится ни один мой поход по магазинам.

Иногда по вечерам, видимо из-за гормонов, я чувствую себя одиноко. Мне хочется, чтобы рядом был Макар. Чтобы он помогал мне, например, массажировал ноющую поясницу или надевал мне обувь, которую я даже не вижу из-за своего огромного живота.

А вообще, в последнее время, я стала жуткой нюней. Скажите вы мне ещё год назад, что я буду рыдать по каждой мелочи, жаловаться на тяжёлую жизнь и при этом ещё всё время что-то пережёвывать, я бы посмеялась вам в лицо. Однако имеем, то, что имеем. Остаётся надеяться на то, что после рождения крошек, моё эмоциональное состояние выровняется и придёт в норму.

Однажды, в один из вечеров, как всегда всласть наревевшись во время просмотра романтической комедии с хэппиэндом, и умяв ведро мороженого, я отправляюсь в кровать. Но заснуть мне не удаётся. Живот начинает нестерпимо тянуть, и боль эта всё нарастает. Я решаю не тянуть и звоню маме.

— Да, дорогая, — несмотря на поздний час, мама, как и все медицинские работники, энергична и бодра.

— Мам, — шиплю я в трубку, корчась от очередной больной схватки, — кажется, началось, я не уверена, но...

— Вызывай скорую, — приказным тоном распоряжается мама, — мы с отцом подъедем в больницу в течение получаса. Если что, звони, я буду на связи.

Глубоко вздыхаю: вот, похоже, и настал тот самый ответственный момент.

Набираю номер скорой и начинаю одеваться. Медики приезжают быстро, помогают мне собраться, так как к тому моменту я от боли уже мало напоминаю адекватного человека.

Через полчаса мы на месте, и меня сразу отправляют на осмотр, а следом прямиком в родильный зал. Роды проходят стремительно, без осложнений, и уже через пару часов мне на грудь, одну за другой, выкладывают моих крошек. Они совсем маленькие, но активные и очень громкие. Я бережно обнимаю их и не могу сдержать слёз.

Я плачу от осознания, что всё плохое позади, что теперь я не одна, и из-за жалости к Макару. Да-да, мне жалко этого человека, потому что он струсил и отказался от двух чудесных девочек.

Детей забирают на осмотр, а меня переводят в палату. Буквально через пару минут, счастливые и взволнованные, ко мне заходят папа и мама.

— Поздравляем, Викуля, — голос мамы дрожит от переполняющих её эмоций, — как ты, детка?

Момент настолько трогательный, что я тоже не могу сдержать слёз и молча обнимаю родителей.

— Всё хорошо, я чувствую себя прекрасно, — немного отдышавшись, произношу я.

— Спасибо, дочь, — довольно басит отец, — теперь я могу официально называться дедушкой. Буду искать себе заместителя в бизнесе. Хочу видеться с девочками как можно чаще.

Мы обговариваем детали выписки, и они уходят, оставив меня отдыхать.

Но поспать я не успеваю.

Буквально через полчаса в палату вкатывают два кювеза. Медсестра даёт необходимые указания и оставляет нас наедине с малышками. Теперь у меня есть возможность рассмотреть их обеих.

Несмотря на то, что девочки близняшки, характеры у них даже на первый взгляд абсолютно разные. Одна спокойно спит, причмокивая во сне, вторая молча пытается освободить ручки из пелёнки. Я с улыбкой наблюдаю за её усилиями. Именно эта малышка родилась с синдромом Дауна. К сожалению, прогнозы оправдались. Но глядя на неё нельзя сказать, что она больна, есть лишь некоторые незначительные факторы, указывающие на это заболевание. К тому же, у неё очень хорошие прогнозы. Я верю, что мы справимся с любыми трудностями. Поэтому решаю назвать её Верой.

Вторая малышка, даже во сне, так похожа на Макара. Я вспоминаю, как хорошо нам было вместе, сколько счастливых моментов мы пережили. В этот чудесный момент я не могу злиться на него или обижаться. Я так и не избавилась от чувств к нему, как ни пыталась, и поэтому решаю назвать малышку Любовью.

Три последующих дня, проведённых в больнице, мы с дочками привыкаем друг к другу. Кормление, уход за ними, процедуры — всё это новые неизведанные моменты моей нынешней жизни. Наконец мы готовы к выписке.

Всё утро я в радостном предвкушении. Очень хочется вернуться домой, где никто не помешает нам с дочками находиться вместе. Наспех привожу себя в порядок и тороплюсь вслед за акушерками.

Они готовят малышек к выписке, заворачивая их в симпатичные розовые конвертики. В них девочки похожи на две вкусные конфетки в ярких фантиках.

Наконец все готовы.

Дверь открывается, и я застываю в немом удивлении, меня встречает большое количество людей. Здесь мои мама и папа, подруга, коллеги по работе, близкие родственники и даже мама Макара Елена Александровна.

Все они наперебой поздравляют меня, сыплют пожеланиями. Мои руки уже не вмещают то количество букетов, которые мне продолжают дарить. Я со счастливой улыбкой оглядываю всех пришедших, их добродушные лица, радостные улыбки.

И вдруг, в самом углу зала, я замечаю знакомое лицо и непроизвольно вздрагиваю, словно увидела привидение. Я пару раз моргаю, но призрак не исчезает.

Эти пронзительные голубые глаза я узнаю из миллиона. В это невозможно поверить, но Макар сейчас здесь, передо мной.

Что ему нужно?