Из Сибири, с любовью (СИ)

Глава 30

На следующее утро мы с Макаром контактируем, как ни в чём не бывало, и тем не менее, чувствуется напряжение между нами, которого не было раньше. Мы всё так же гуляем, разговариваем обо всём на свете, занимаемся любовью. Но прежнего беззаботного общения уже нет.

Меня всё чаще начинают одолевать сомнения насчёт верности моего решения прилететь сюда, оставив всё, ради мужчины, который, похоже, не рассматривает меня всерьёз в качестве второй половины. Макар часто находится в напряжённом и молчаливом настроении, в такие моменты, я тоже задумываюсь о своих чувствах к нему и о нашей дальнейшей, совместной жизни.

Вдобавок ко всему, то ли на нервной почве, то ли ещё из-за каких-то причин, я начинаю чувствовать недомогание. Мне всё время хочется спать, я острее ощущаю запах еды, меня подташнивает. Сначала я не придаю этому значения, а когда эти симптомы не проходят две недели, меня озаряет неожиданная догадка, и я поспешно открываю женский календарь на телефоне. Так и есть, у меня задержка.

В шоке оседаю на кровать. Если это правда, то что же мне делать? Макар категорично дал понять, что детей он не хочет и меня в качестве спутницы жизни не рассматривает. Получается, что воспитывать ребёнка мне придётся одной? Но где? Здесь, среди снегов Сибири? Или придётся покинуть это место и Макара, чтобы вырастить ребёнка в нормальных человеческих условиях. Выбор предстоит непростой.

Для начала я решаю не говорить ничего Макару и убедиться в своём интересном положении. Естественно, об аптеках и тестах на беременность здесь речи не идёт. Ещё месяц я слежу за своим состоянием и убеждаюсь окончательно, что жду ребёнка. Грудь наливается, джинсы застёгиваются с трудом. Ещё пару дней я в нерешительности, боясь ответной реакции, пытаюсь поговорить с Макаром, но всё время что-то мешает. Я не знаю, с чего мне начать. Наконец, в один прекрасный день, я, сидя за столом, выпаливаю:

— Я беременна, — говорю громко и замираю, напряжённо ожидая ответа.

Макар роняет тарелку, которую моет над тазиком, она падает и со звоном разбивается. Воцаряется тишина. Мужчина медленно поворачивается ко мне, я втягиваю голову в плечи, ожидая бури.

— Ты в этом уверена? — глухо спрашивает он.

— На девяносто процентов, — киваю я.

— Ну девяносто — это не сто, — облегчённо выдыхает он, а я начинаю закипать.

— Макар, что за детский сад? — я вскакиваю на ноги и гневно смотрю на него, меня переполняют эмоции. — Нужно что-то решать. По моим подсчётам, я беременна уже около двух месяцев. Так можно сидеть и ждать подтверждений, до самых родов. Повторяю тебе, я уверена в своём интересном положении, женщины это чувствуют.

Макар хмуро выслушивает мои слова, потом нервно из угла в угол ходит по комнате. Наконец, поворачивается ко мне.

— Выход есть, — он подозрительно спокоен, — когда в очередной раз прилетит пилот твоего отца, ты отправишься с ним. Сходишь к врачу, если беременность подтвердится, избавишься от ребёнка и вернёшься. А в будущем мы просто будем аккуратнее.

Я смотрю на него во все глаза и не могу поверить в то, что сейчас услышала.

— Ты не любишь меня, — тихо и равнодушно, как констатацию факта, произношу я, — ни капельки. Тебе просто удобно, что я рядом. А сейчас, когда возникла эта ситуация, ты отказываешься нести ответственность за меня и своего ребёнка.

— Не говори, что это мой ребёнок, — рявкает Макар, — ты же знаешь, я не хочу детей, я так решил.

— Но он уже есть, — кричу я, и слёзы катятся по щекам, — он во мне, и я не позволю убить его. Потому что люблю тебя, а он — твоя частичка!

— Замолчи! — ревёт Макар. Он садится на стул и закрывает лицо руками.

Я смотрю на него со смесью жалости и разочарования. Такой большой, такой сильный и спасовал перед трудностями. Но я-то не такая, я стойкая и справлюсь со всем сама, но ребёнка трогать не позволю.

Решаю предпринять последнюю попытку.

— Макар, — говорю тихо и размеренно, подхожу к нему и опускаю ладонь ему на плечо, он вздрагивает от прикосновения, — подумай и скажи мне честно, чего ты хочешь?

Отрывает ладони от лица и смотрит на меня.

— Я запутался, не знаю, что мне нужно, но точно знаю, что ребёнка не хочу.

Меня пронзает боль, но я держу себя в руках. Киваю:

— Хорошо, я поняла тебя. Не волнуйся, ребёнка не будет.

Макар шокированно смотрит на меня:

— Ты всё-таки решилась? — осторожно спрашивает он.

— Да, решилась, — киваю, — я и мой ребёнок неразделимы, поэтому когда в следующий раз сюда прилетит вертолёт, я улечу в Москву и больше не вернусь. Останусь там и буду выстраивать свою жизнь с чистого листа, без тебя, но с моим ребёнком. Ты сделал свой выбор, я тоже, — игнорирую опрокинутое выражение лица Макара и выхожу на улицу.

Там даю волю слезам. Боль и обида переполняют меня. Мне нужно прогуляться и успокоиться. Больше свои искренние чувства показывать Макару я не намерена. С этого момента мы с ним чужие люди.