Кошка в жёны, или Не мечтай о разводе, дракон!

Глава 40

Райс

Наконец, я смог вернуть власть над своей второй ипостасью и перестать слыть увечным драконом. Меня на самом деле не волновали слухи, но не хотелось, чтобы моя очаровательная супруга жалела о нашем браке. Ради Заряны я был готов упасть сто раз, как делала она. Но решил, что единожды выпить зелье из редкого растения будет гораздо проще.

– Время пришло! – шепнул с замиранием сердца.

Одним движением смахнул горшок и, выхватив кинжал, отсёк уродливый корень от мясистого стебля. Невольно поморщился от едкого травяного запаха, который при этом распространился по холлу, и отряхнул кинжал от вязкого мутного сока.

– Всего-то и нужно, бросить его в кипящую воду, а потом сделать глоток отвара, – вспомнил рецепт из старинной книги.

Фолиант я обнаружил в одном из пограничных разрушенных и разорённых нашими врагами замков. От книги осталось не больше половины, часть листов явно была пущена на розжиг для костра, и Деян сокрушался, что древние знания утрачены.

Никогда не думал, что мне пригодятся древние знания, но, когда мой дракон пострадал, именно Деян предложил способ исцеления. Проблема была в том, чтобы найти редкое растение. А потом терпеливо ждать, когда оно зацветёт и сбросит цветки. Это единственное время, когда цветок становится настолько сильным, что способен был исцелить даже дракона.

Я отослал слуг с кухни и приказал Уиллу никого не впускать.

Особенно Зарю.

Мне не хотелось, чтобы моя жена видела меня слабым. Я желал быть для супруги, которую мне подарила судьба и чуждый мир, надёжной стеной, твёрдой опорой и могучим защитником в любой ситуации.

Вода в котле закипела, и я бросил в неё вонючий корень.

Бульк.

– Клянусь, если мой дракон восстановит силы, я буду думать лишь о процветании своей семьи, – молился богам. – Забуду о мести и ненависти. Стану заботливым дядей для Дивины и верным супругом для Заряны. Лишь бы всё получилось!

Вода окрасилась в бордовый, и я снял котёл с огня.

Оставалось последнее действие, но у меня в груди надёжно поселилось дурное предчувствие. Такое же, как в тот день, когда в пограничный городок прибыл любимчик короля, избалованный лорд Людерс. Мой дракон шкурой ощутил, что от Гаина будет много проблем, поэтому не упускал его из поля зрения даже на минуту.

В тот день мне удалось спасти ему жизнь.

Вспоминая об этом сжимали грудь чувством вины.

Не обрати я внимания на то, как безумно и отважно молодой лорд клянётся победить врагов, как рвётся в бой, Гаин бы погиб. Тогда моя дорогая сестра не вышла бы за него и не умерла по неизвестной причине. И малышка Дивина не страдала бы…

«Она бы не родилась», – мелькнула мысль.

Я наклонил котёл и плеснул бордовой жидкости в бокал.

Миг – и оставшийся отвар стал прозрачным, а корень исчез, будто растворился, и вся магия цветка сконцентрировалась в бокале с тёмно-красной жидкостью. Понюхав получившееся зелье, я поморщился, но всё же отставил котёл и, подхватив кубок, поднёс к губам.

– Мой дракон должен быть исцелён, – прошептал, отсекая все сомнения.

Только собрался сделать глоток, как меня кто-то укусил за ногу. Крыса?! Я пнул её, но при этом случайно пролил зелье на животное. В это время на кухню вбежала принцесса. А крыса, которую облило густым, багровым, будто кровь, отваром, попала ей в лицо.

Раздался отчётливый “чмок”.

Жаннета, которая случайно поцеловалась с крысой, заверещала так громко, что я невольно поморщился, а зверёк, цепляясь за её платье, порозовел на глазах. Принцесса гадливо стряхнула животное, и оно плюхнулось ей под ноги не просто розовой крысой, а крылатой розовой крысой.

Видимо, последней трансформации Жаннета уже не вынесла.

– Буэ, – выдала она, попав на Гаина, а потом закатила глаза, осела на пол и затихла.

Зверёк встряхнулся и торопливо огляделся. Остановив на мне взгляд своих злобных глаз-бусинок, он разразился боевым мышиным кличем:

– Пи-и-и-и!

– Цвет не нравится? – деловито поинтересовался я. – Или крылья мешаются?

Конечно, я понимал, что Гаин винил во всём случившемся меня, но не спешил его разубеждать. Бесполезно. Так же, как и в тот день, когда лорд Людерс едва не потерял свою жизнь из-за собственной глупости и высокомерия, он просто обвинил в своих бедах другого.

Меня.

Сейчас же мне не было дела до удивительных трансформаций Гаина.

Мой план только что рухнул. Точнее, пролился.

Стоило немалых усилий и средств достать Иллейбриусс. Долгое ожидание, когда же он зацветёт, потом ещё более мучительное – когда сбросит все цветы, и всё оказалось напрасно. Не успел я в полной мере осознать свои потери, как мышь внезапно начала стремительно увеличиваться в размерах.

Очень быстро!

Выпучив глаза-бусинки, она продолжала верещеать:

– П-и-и-и-р-р-р!

Писк постепенно перерос в угрожающий рык, и когда дракон обрёл настоящие размеры, я мысленно попрощался со стеной и картинами, которые украшали её. Глядя на розовое чудовище с красными проплешинами, голова которого находилась снаружи, задумчиво пробормотал:

– Наверное, магия Заряны закончилась. Но оставила следы. Цветные! Любопытно.

Вбежал Деян и при виде туловища дракона замер. В растерянности переводил взгляд с меня на розовое нечто и попятился:

– О, нет… Это я виноват! Нет мне прощения!

– Ты-то здесь причём? – спокойно уточнил я.

Удивительно, но я не очень расстроился, что потерял зелье. Верно, мне хотелось вернуть своё могущество как можно быстрее, но сейчас осознал, что держался за старый план лишь по привычке. После того, как в моей жизни появилась Заряна, я даже позабыл о Иллейбриуссе, пока жена не пожаловалась на противный запах цветка.

Будто уже знал, что эта невероятная кошка и есть моё спасение.

Наверное, я ощутил это в тот миг, когда она впервые замурлыкала. Этот звук, удивительная вибрация принесли моей истерзанной душе исцеление.

Размышляя об этом, я не сразу обратил внимание на слова своего помощника. А он тараторил что-то о принцессе и нарочно подброшенном фолианте с вырванными страницами.

– Кто же знал, что ты разделишься со своим драконом? – вцепившись в своим волосы, стенал Деян.

Шагнув к нему, я сжал помощника за плечи и с силой встряхнул:

– Приди в себя. Мой дракон со мной. Я пролил зелье на Гаина. Перед тобой его дракон!

– Что? – Деян вдруг начал смеяться, да так, что слёзы из глаз брызнули. Едва успокоившись, просипел: – А почему розовый?

Я пожал плечами и вернул его к признанию:

– Выходит, книгу подбросил ты? Зачем?

Помощник тут же помрачнел и отвёл взгляд:

– Тогда я хотел жениться на девушке из древнего драконьего рода, потому и пошёл на сделку с принцессой. Но договор с Жаннетой счастья мне не принёс. Моей любимой пришлось выйти замуж за другого. Даже принцесса была бессильна воспрепятствовать этому браку.

– Почему в тот день не рассказал мне о плане принцессы? – пожурил помощника. – Молчать уже резона не было.

– Надеялся, ты не найдёшь этот проклятый цветок, – виновато проворчал Деян. – А когда узнал, что он уже у тебя и цветёт, то подумал – а вдруг магия Иллейбриусса разбудит в тебе любовь к Жаннете, и твой дракон исцелится? Истинная связь, как известно, способна на невероятные чудеса…

– В моей жизни уже появилось невероятное чудо, – нетерпеливо перебил я. – А ты, если ещё раз посмеешь солгать, перестанешь быть моим помощником.

– Думал, ты прогонишь меня, как только правда станет известна, – признался Деян и тихо уточнил: – Не спросишь, кем была та знатная драконица, на которой я хотел жениться?

– Нет, – с тяжёлым вздохом ответил я. – Скажу больше. Я испрашивал у короля разрешения на ваш брак. Но, как понимаешь, получил отказ, поэтому предпочёл делать вид, что ничего не замечаю.

– Даже не догадывался об этом, – удивлённо прошептал мой помощник. – Думал, что о нашей любви знала лишь леди Веттус.

«Нашей любви?!» – царапнула меня тревожная мысль.

– Дракончик! – неожиданно отвлёк меня весёлый голосок Дивины. Племянница стояла в дверях и, прижимая к себе игрушку, восхищённо смотрела на тушу застрявшего Гаина. – Розовый!

Она не проявила и капли страха. Как и её крохотный зверь.

У меня же, при взгляде на девочку, пропал дар речи.

И всё же иллейбриусс оказался действительно удивительным растением. Он соединил мужчину и женщину, пусть и не тех, для кого зацвёл. И полностью исцелил дракона. И неважно, что это был маленький зверь ребёнка.