Машенька для двух медведей

Глава 21 Маша

Когда мы подъезжаем к общежитию, на душе становится как-то неспокойно. Мне хочется остаться в машине и уехать с мишками домой. Но кем я тогда буду, если так быстро передумаю? Одна из тех непостоянных, ветреных девиц, с которыми Денис и Дима имели дело раньше?

Мне правда нужно понять и принять все эти перемены. И делать это лучше в спокойном месте. Моей собственной берлоге. Так что стискиваю зубы. Улыбаюсь.

— Я не хочу тебя отпускать! — заявляет Дима. — Ну серьезно, лап! Есть еще время передумать.

— Всё в порядке! Я едой на сегодня обеспечена. А вечером же вы меня заберете? — смотрю на них с надеждой.

— Конечно, — Денис целует мою ладонь, — обязательно. Не забудь баллончик.

— Хорошо.

Выхожу и топаю в общагу. Почему-то на первом этаже совершенно безлюдно. И даже нет комендантши. Выглядываю через внутреннюю дверь во двор, там стоят полицейские.

Кого-то опрашивают? Под ложечкой как-то неприятно посасывает.

Не хочется мне с этим связываться. Прошмыгнув к лифту, направляюсь на свой этаж. Открываю дверь комнаты.

— МАША! — прямо на меня кидается Алина. — Ты в порядке? Он тебе ничего не сделал?

— Кто? — пучу глаза, сжимая в ладонях пакет с едой от Дениса.

— Твой байкер! — она не успокаивается. — Уехал уже?

— А с чего бы им... ему мне что-то плохое делать? — не понимаю.

Обнимает меня, ведёт к кровати. Заглядывает в глаза.

— У тебя цвет ярче стал. Ты линзы купила?

Сглатываю. Если она продолжит задавать эти вопросы, точно что-то заподозрит. Проще не препираться, а согласиться. Киваю.

— На какие деньги? На его? Слушай, Маш, тут утром трагедия случилась.

Чувствую, как страх ледяными пальцами цепляется за позвоночник. Ползет, вынуждая меня выпрямиться, освободившись от душащих объятий подруги.

— Какая?

— С Лёлей Семеновской. Она... — Алинка вся дрожит, — ночью свалила гулять с кем-то взрослым. Так гордилась... а с утра на заднем дворе общаги...

С каждым словом лицо Алинки белеет. Да что там такое-то?

— В общем, её нашли... не полностью... как-то так, — сдавленно шепчет подруга.

— Её убили? — восклицаю. — Но кто? И при чем тут мой байкер?

— Так его с ней видели у общаги вчера. Все гудят об этом. Взрослый красивый мужик. В кожанке и на крутом мотике. Твой наверняка. Дима, да?

Вчера меня забирал Денис.

— И что? Ты думаешь, он ночью пошел с ней гулять и... сделал это? Зачем? По-моему, больше похоже на дикого зверя.

— В черте города? Это столица, Маш! Тут даже за городом волка или медведя не сыщешь!

— Но зачем Диме это делать? — не понимаю. — К тому же у него алиби! Он вечер и ночь провёл со мной. Как ты можешь думать такое?

Алина дует губы. Но вижу, что она ищет аргументы и не находит. Мои мишки самые ласковые на свете. Они никогда не тронут обычного человека.

— То есть ты в нем уверена? И ты его алиби? — спрашивает Алина.

— Да!

— Но ведь ночью ты спала? — уточняет подруга. — Он мог просто встать и...

— Так! Стоп! Сейчас я пойду вниз и всё расскажу полиции!

Меня вдруг одолевает злость. Уже свалили всё на моего байкера? Вернее, на моих байкеров? Но почему? Бездоказательно обвинили!

Буквально вылетаю на площадку.

Погода портится. Поднимается ветер, небо затянуто тучами. На площадке уже нет никого.

— Мёдова! — сзади раздается усталый голос комендантши. — Тебе на лекции не надо?

— Ой! — вскрикиваю. — Я опаздываю!

Со всем этим нервяком совсем забыла об учебе. Ничего, сегодня вечером мои мишки заберут меня. От мысли, что девочку из нашего общежития кто-то разорвал на части, становится жутко.

Взлетаю на этаж, мы с Алинкой собираем учебники в сумки. Взглядом задерживаюсь на газовом баллончике. О каком сюрпризе говорил Дима? Бросаю его следом за курсом «Экономики природопользования»,

— То есть ты прям на сто процентов уверена, что это не твой байкер? — продолжает допытываться подруга.

— Алин, что ты хочешь услышать? — вздыхаю. — Да, я провела с ним вечер. И ночь. Мы с трёх до пяти утра лопали бутерброды с копченой лосятиной.

— Так что же ты молчала? Убили-то, говорят, в пять как раз.

— Главное — рассказать об этом полиции. Думаю, мне стоит...

— Привет! — нас догоняет Захар. — Как вечер провели, девчонки? Маша, я всё еще жду экскурсию.

— Нам не рекомендуют задерживаться после лекций, — встревает Алина, — да, Маш?

Боже, её голос такой сладкий, что даже противно. Неужели она не забила на свою идею захомутать новенького? И мне что делать? Он же вроде как оборотень.

— Я как раз провожу вашу старосту в общежитие, — скалится.

Аура парня всё такая же ледяная, колючая. Мне рядом с ним не нравится.

— Ты слышал о том, что случилось ночью? — смотрю на красивое, но холодное лицо новенького.

Начинаю разглядывать в нём хищные черты. Точёные скулы, волевой подбородок. Он красивый, но отталкивающий. И двигается, словно дикий кот. Неслышно, ловко.

— Лучше не надо. Меня заберут сегодня, — вру, чтобы избавиться от его навязчивого внимания.

— Кто? Этот байкер? Или они оба? — он вдруг останавливается, хватает меня за руку.

Больно! Хватка сильная, цепкая.

— Отпусти! — рычу, пытаюсь вырваться.

— Эй, ты чего её хватаешь? — Алинка налетает на Захара. — Совсем долбанулся?

— Прости, — парень расцепляет хватку.

— Нет! — отхожу от него, перевешиваю сумку на другое плечо. — Мне пора на занятие.

Бегу вперед, ничего вокруг не вижу. Мне страшно! Я даже не успела бы сумку открыть, чтобы вытащить баллончик. Мамочки! Он такой быстрый!

Кто же ты такой, Захар?