Машенька для двух медведей

Глава 47 Дима

После ужина Мара и Маша моют посуду, затем волчья ведьма уходит к себе. Мы втроём остаёмся, вяло попиваем травяной чай.

Поначалу молчим. Я пытаюсь успокоить внутреннего зверя, которому не по душе все эти мероприятия. Он вообще хочет сорвать с Машеньки трусики и сношать её на всех горизонтальных поверхностях нашего дома.

— Ты не злишься? — робко уточняет малышка у Дэна.

— С чего бы? — не понимает он.

— Ну, по легенде твой предок был жертвой, а на деле получается, что он сам виноват в случившемся.

— Хм, я об этом не думал, — друг делает глоток.

— Медведи однолюбы, — говорю, — если он уже женился и у них был медвежонок, значит, даже истинная связь не сподвигла бы его на измену.

— Это жестоко, — выплевывает Машуня, — как ты можешь так говорить?

Молчу, во все глаза гляжу на нашу истинную малышку. Хочу её, пиздец. Но пока, видимо, за свои взгляды от тела буду отстранен.

— Прости. Но это правда, — качает головой Денис.

— Вас там не было, — всхлипывает Маша, — вы не чувствовали, каково ей было каждый день смотреть на мужчину, предназначенного ей судьбой и не понимать своей тяги. Это тяжело.

— Я понимаю, — обнимаю Машу, — если бы ты была замужем… я бы, наверное, убил твоего мужа. Чтобы получить тебя.

— Даже, если бы я любила его? — заглядывает мне в глаза, провоцирует.

— Даже, — отвечает Денис, — но мы бы заставили тебя нас полюбить. Заперли бы в этом доме, кормили вкусняшками и много трахали. Так много, что ты не могла бы ножки свести.

— Вы ненасытные медведи, — хихикает, гладит меня по лицу своими изящными пальчиками.

Прикусываю ее руку. Слегка. Взгляд малышки темнеет. Она хочет нас…

— Ну что, в спальню?

— Там Мара, это некрасиво, — Машуня требовательно глядит на меня, — она наша гостья. И очень мне помогает. Делать такое в её присутствии…

— А если она будет далеко? — ухмыляюсь, опускаю ладони на сладкую попку нашей девочки.

— Это как?

Переглядываюсь с Денисом. В моей возбужденной медвежьей голове возник коварный план.

— Малышка. Давай так, — тиская Машу, перехожу на хрип, — сейчас ты идёшь, одеваешь шортики и рубашку. А потом мы кое-куда тебя свозим.

— На мотоцикле? — вижу любопытство в огромных глазищах.

— Нет. Круче, — ухмыляюсь.

— Вау! Уже бегу! — она уходит.

— Ты что надумал? — спрашивает Дэн.

— Хочу её. Но рядом с Марой наша правильная девочка не раскроется. И я подумал… покатать её. Отвезти в наше любимое место и как следует отсношать. А то у меня весь вечер стоит…

— Мне нравится ход твоих мыслей, — ухмыляется друг, — думаю, мы сможем это сделать.

Машуня возвращается, вся такая таинственная, красивая, с корзиночкой. Глазками стреляет. Сука, кажется, я перевозбудился.

— А что у нас здесь? — смотрю в корзинку, вижу тёплый плед и смазку, — ого! Наша малышка та еще пошлячка, да?

Овладеваю её губами. Рву, терзаю. Вкладываю в этой дикий поцелуй всю свою страсть.

— Моя девочка… моя, — шепчу, вдыхая аромат истинной пары.

— Я ваша, мои мишки. И хочу быть вашей… — шепчет, привлекая к нам Дениса, — вы ведь хотите… сделать это в лесу?

— Ты угадала, кроха, — мурчу.

— Тогда нужно будет куда-то сложить ваши вещи, — хихикает, — вот, корзинка подойдёт.

— Ты ж моя заботливая, — рычу, с трудом держа зверя в узде, — пойдем скорее… у нас есть, что тебе показать.

На улице мы с Денисом раздеваемся и оборачиваемся в медведей. Слегка приотпускаю звериную сущность, чтобы снизить градус сексуального напряжения. Встаю на задние лапы, реву.

— Вы такие хорошенькие, — Маша нас не боится, треплет каждого по мохнатой голове, — кто повезет меня?

— Рраа! — трясу мордой, указываю на спину.

Машуня ловко забирается, держит в руках корзинку. Блядь, ей бы красную шапочку, я бы совсем слетел с катушек. Как представлю нашу малышку без одежды, в одной шапочке… бляяядь!

Чувствую тёплое тельце на спине.

— Ты такой большой, — хихикает девочка.

Да, детка. Ты знаешь, что я везде большой. И хочу в тебя…

Мы с Дэном выдвигаемся. В лесу темно и тихо. При приближении хищников всё зверье прячется и замирает в своих норах. Птицы молчат, пытаясь слиться с тьмой.

А мы продираемся сквозь густой лес, чтобы на лоне природы овладеть нашей истинной парой.

Маша с любопытством вертит своей прекрасной головкой, а я тащусь с ее аромата. Порыкиваю от удовольствия.

Останавливаемся мы на залитой лунным светом полянке.

Маша спрыгивает, затем обнимает меня за шею. Она гладит густой жесткий мех.

— Я так вас люблю, — тихо говорит, — спасибо, что вы со мной.

— Рррааа, — тыкаюсь в ее плечо лбом, хочу закрыть нашу малышку от всего мира.

Маша делает два шага назад. Откидывает свои длинные волосы. Они кажутся серебристыми в лунном свете. Расстегивает рубашку, под которой ничего… бляяядь!

— Ррааааррр! — вырывается из медвежьей глотки, но я не могу перестать смотреть.

Она прекрасна. Богиня! Идеальная… фарфоровая кожа, сладкая округлость груди с соблазнительными розовыми сосочками. Томный взгляд наполнен нежностью.

Мы грубые звери. А Маша — нежный ангел. Чем мы заслужили её? Дэн, как и я, стоит и смотрит, открыв рот. Мы не спешим обращаться. Хотим продлить этот интимный момент.

Рубашка падает к стройным ножкам нашей девочки. Тонкие пальчики ложатся на пуговицу шортиков. У меня текут слюни. Какая же она…

— Ну что, мои мишки, — Машуня разворачивается, выгибает спинку и стягивает шорты, под которыми тоже ничего, — так и будете стоять? Или…