Машенька для двух медведей

Глава 44 Маша

До самого вечера не нахожу себе места. Слова Мары сильно меня взбудоражили. Что за ритуал она приготовила? Хочу ли я вообще узнавать что-то о своём прошлом?

Я ведь совсем обычная девушка. Просто из детдома. Просто…

Но жуткий призрак до сих пор стоит перед глазами. И крючковатый палец, направленный на того, кто хочет убить моих мишек. Я ему не позволю!

К вечеру дождь и правда заканчивается. Небо становится кроваво-алым. Ветер стихает. О ливне напоминают лишь рассыпанные по асфальту небольшие лужицы.

— Готова, медвежья невеста? — спрашивает Мара, — для начала нам необходимы основные ингредиенты. Часть соберем в лесу, а кое-что выберем из аптечки берсерков.

— Мне это не нравится. А что, если Маша увидит что-то, что напугает её? — волнуется Дима.

— Скорее всего она это и увидит, — хмыкает волчица, — но она у вас сильная. Доверьтесь своей паре. То же самое я говорила Ярцеву и Вересову.

— Что тебе нужно, Ведающая? — сдержанно спрашивает Дэн, — из ингредиентов?

— У вас есть котёл? — буднично спрашивает девушка.

— В подвале что-то валялось, — хмыкает Дима, — но он маленький…

— Отлично, такой и нужен. Еще травы, которые здесь не собрать, вот список, — она протягивает Денису бумагу.

Он внимательно изучает, потирает переносицу.

— Найдем, — коротко отвечает, затем переводит взгляд на меня.

Мужчина словно сканирует. Внимательно, пронзительно. А мне хочется просто бросится в его объятия и навсегда остаться в любимых руках.

— Я хочу поговорить с Машей наедине, — тихо произносит оборотень.

— Конечно, я пока взгляну на котёл, — хмыкает Мара, — Дмитрий, покажешь мне?

Димка переводит взгляд с меня на Дениса. Затем кивает и уходит. Дэн подходит вплотную. Высокий. А я опускаю взгляд.

— Посмотри на меня, Маш, — жестко говорит.

Поднимаю глаза.

— Ты точно этого хочешь? Если боишься, мы другой способ придумаем. Ведьминские ритуалы не всегда гуманны. А у меня сердце разрывается, что ты там одна будешь. Пусть и под взором Ведающей.

— Хочу, — тихо говорю, — но нервничаю. Просто…

Начинаю заламывать пальцы. Так и не поделилась с мишками своим сном. Не хочу их волновать. Вдруг это просто отголосок моей паники? Или бессмыслица?

— Почему ты расколола миску? — вдруг спрашивает оборотень, — и не юли, Машенька. Я всё равно узнаю.

— Мне приснился плохой сон, — видимо, выхода нет, — и я так разозлилась! Почему мне это снится? Что вообще друидам нужно от меня?

Начинаю дрожать, Денис ласково меня обнимает. Не спрашивает, о чём сон. И я очень ему за это благодарна.

— Сон это всего лишь сон, детка. Даже если он пиздец какой реалистичный и страшный. Всякий раз, когда видишь кошмар… вот… — Дэн достает из кармана небольшой амулет.

Блестящий серебряный профиль медведя.

— Эта вещь передавалась в моей семье из поколения в поколение. Дед говорил, что это тот самый, первый оборотень. И он стал хранителем нашей семьи.

— Она убила твоего предка, да? — беру амулет, кручу в руках.

— Да. Эта легенда — история моего рода.

— Мне жаль, что так получилось.

— Ты не она. Не та Марья. Плюс ко всему, она сильно страдала. Ведь мой предок был её истинным, а значит, у неё просто не было шанса на счастье. Убийство — не выход. Но эту девушку мне жаль.

— И мне. Но я не понимаю, как так вышло, что истинные не разглядели друг друга?

— Я и сам этого не знаю… — вздыхает Денис.

— А в чем сила амулета?

Старший мишка аккуратно вытаскивает украшение из моих рук. Обходит меня, затем надевает на шею.

— В следующий раз, когда будешь в кошмаре, коснись его. Это специально заговоренный символ. Он с нами во всех мирах.

— Правда? — касаюсь тёплого амулета кончиками пальцев, — это действительно так?

— Не знаю. Мне кошмары не снятся. Но показалось, что он тебе необходим, — усмехается Денис.

— Спасибо! — от всего сердца благодарю своего мишку, — это мне и правда нужно.

Когда солнце заходит за горизонт, Мара ведет меня в лес, за ворота. Нам нужно какое-то особо место.

Медведи обратятся в звериные формы и будут охранять ритуал.

— Вот, мы пришли, — девушка осматривается, затем ставит небольшой чугунный котел на землю, — собери маленькие сухие ветки. Я пока разберусь с травяной смесью.

Делаю, что говорит Ведающая. Темнеет. Вокруг смыкаются густые ветви деревьев. Где-то ухает сова. Больше никаких звуков. Лишь шум слегка колышущихся древесных крон.

— Вот, — протягиваю Маре собранный хворост.

— Отлично. А теперь раздевайся, медвежья невеста.

— Зачем… — ёжусь.

— Твоим одеянием будет лунный свет. Не бойся. Защитники рядом, вряд ли они позволят мне навредить тебе. Но все ритуалы крови нужно проводить только в голом виде.

Ритуал крови? Стягиваю свою любимую клетчатую рубашку и шорты. Остаюсь в белье.

— Всё снимай, — Мара поджигает веточки, ставит на них котёл.

Стягиваю остатки одежды, аккуратно складываю у корней ближайшего дерева. Кожа тут же покрывается мурашками. Топчусь на месте, обнимаю себя руками.

— Дай ладонь, — жестко говорит ведьма.

Протягиваю руку. Мара достаёт нож, затем делает небольшой надрез. Морщусь от неприятной боли. Капля крови падает в котёл.

— Вода из мёртвого озера, — тихо говорит ведьма, достает из сумки пузырек и выливает туда же.

Мне кажется, или вокруг все звуки вообще пропали? Что происходит? Эй?

— Глаза лисицы, чтобы видеть сквозь время, — она словно читает заклинание, достает два глаза и кидает в котел.

Мара начинает напевать себе под нос и слегка пританцовывать. А я чувствую, как из лёгких пропадает весь воздух…

— Перо чёрного ворона, сохрани невинную душу в ее пути… — голос ведьмы будто обволакивает, давит.

Становится холодно. Меня колотит, бьет озноб. Хочу кричать, но из горла вырывается лишь хрип… деревья тянут ко мне свои крючковатые ветки. Стягивают руки и ноги. Обвивают шею…

А затем…

Резкая боль во всем теле. Падаю на колени. Обхватываю живот руками. Опускаю взгляд и вижу, что мои пальцы все покрыты кровью…