Машенька для двух медведей

Глава 40 Денис

Что-то изменилось. Смотрю на голую Машу и понимаю, что внутри меня горит пламя, куда более глубокое, чем до этого. Словно я наконец-то понял природу света, который источает наша истинная.

И влюбился ещё сильнее. В нашу маленькую смелую малышку.

— Иди сюда, — делаю рывок, сгребаю девочку в охапку и роняю на постель между нами.

— Ну наконец-то, — рычит Димка, — ты нас обоих впустишь... пиздец... как же я ждал!

Я смотрю на фарфоровую кожу нашей девочки. Медленно прохожусь взглядом по пухлым алым губам. Опускаюсь к изящной шее. Малышка откидывает голову, томно прикрывает глаза. Белые локоны небрежно разметались по подушкам.

Ниже.

Между худеньких ключиц к небольшим круглым грудкам с нежными розовыми сосками. Облизываюсь. Хочу терзать их, сосать и кусать. Жестко, чтобы стали алыми...

Ниже.

Плоский животик с милым пупочком. И метка. Наша связь с истинной парой. Символ, полностью отдающий это невинное создание двум похотливым хищникам.

Выпирающие тазовые косточки. Не выдерживаю и целую их.

— Денис... — шепчет Маша, и ее сладкий голос отзывается в самых глубинах звериной души.

— Моя... — рычу, носом остро чувствуя её желание.

Изнутри рвется зверюга, требуя сейчас же войти в эту желанную узкую дырочку. Но рядом с Машуней мне легче его сдерживать. Даже немного кайфую от остроты, что добавляет беснующийся берсерк внутри меня.

Взгляд доходит до гладкого лобка. А там, чуть ниже розовые, мягкие складочки, под которыми желанное для нас с медведем лоно.

Поднимаю взгляд, глазами встречаюсь с голодным Димой. Его зрачки полностью заволокла похоть. Мои тоже...

Наша девочка вся перед нами. Телом и душой. Словно мёд для медведей. С моих губ срывается животный рык. Но Машуня лишь слегка раздвигает ножки. Больше она не боится...

Утыкаюсь носом между ее бедер. Сука, я одержим этой девочкой! Хочу её до беспамятства! На всё готов...

— Чего вы ждете, мои медведи? — шепчет, в тонком, словно лунное плетение, голосе слышится приказ.

Облизываю губы. Я готов делать всё, что она скажет. Идти туда, куда прикажет. Провожу языком по гладкому лобку. Чувствую дрожь в хрупком теле истинной.

— Дима! — стонет она, резко разворачиваюсь и вижу, как мой друг кусает нежные соски.

Бросаюсь на покрытые влагой складочки. Маша ещё шире разводит бёдра, впуская меня. Сползаю ниже по кровати, устраиваюсь между ног истинной. Могу лизать её девочку сутками...

Раскрываю набухшую розовую плоть. Вижу торчащий клитор. Мажу по нему языком, по телу малышки снова проходит жаркая дрожь. Она готова для нас обоих...

Сука, ничего сексуальнее в жизни не слышал!

Впиваюсь в ее налившиеся половые губки. Умираю от сладкого аромата, притягивающего нас со зверем. Рычу. Хочу ещё и еще. Еще соков моей девочки. Стонов. Криков.

Хочу, чтобы она не сдерживалась. Выпустила свою порочную суть.

— АААХ! ДИМААА... ДЕНИИИС! — трясётся, готовая вот-вот кончить на мой язык.

— Давай, детка... порадуй своего мишку сладким нектаром... — вставляю в тугое лоно два пальца и быстро двигаюсь.

Как же в ней жарко! Хорошо... гостеприимно! И, блядь, мокро! Горячая узость смыкается вокруг моих пальцев, пульсирует и сдавливает. Рука быстро покрывается сладостью.

Облизываю пальцы, прикрывая глаза.

Наша сладкая девочка. Пришло время тебя как следует выебать. Пока Димка трахает рот нашей истинной, встаю и, шатаясь от порочного опьянения, иду к ящику.

Роюсь, слушая жаркие стоны Маши. Друг не сдерживается. Достаю смазку. Сегодня это случится. То самое, сакральное. Ради чего мы оба были отмечены...

Плюхаюсь рядом, присоединяюсь к игре Бероева и Машеньки. И снова смотрю. Испытываю сильнейшее эстетическое удовольствие, просто наблюдая за их поцелуем.

— Ммм! МММ! — она стонет, приоткрывая ротик, затем разворачивается, выскальзывая из плена губ Димки, — Дэн... поцелуй меня!

— Моя, — с рыком бросаюсь на алые опухшие губы.

Она обнимает меня, прижимается. Дрожит.

— Сладкая... — шепчу, — хочу тебя... Машуня...

— Так возьми, — она гладит мои волосы, нежно улыбается.

Отстраняюсь. Мы с Бероевым глядим друг на друга.

— Сразу? — ухмыляюсь.

— Естественно! — лыбится.

— Я первый, — намекаю, что сладкую задницу распаковывать мне.

— Не вопрос, а я пока поработаю с этим горячим ротиком, — стонет Дима.

Он встает на колени, стягивает джинсы, швыряет их на пол. Машуня всё понимает. Разворачивается, привстает, оттопыривает круглую попу. Начинает отсасывать член Бероева.

Обхватываю ее упругие ягодицы ладонями, мну. Оставляю медвежьи следы. Хочется всю её пометить. Сначала ласкаю языком плотное анальное колечко. Затем наношу смазку, разрабатываю попочку.

Конечно же, медведь ревет и требует сунуть член в эту тугую дырочку. Но с Машенькой нужно быть аккуратным и нежным.

— Готова, — отшвыриваю тюбик, затем веду рукой вдоль члена.

Завороженно смотрю, как Машуня двигает своей красивой головкой, заглатывая Бероева до самых яиц. Эротично причмокивает.

Дима отстраняется, укладывает Машу на бок, затем начинает жарко целовать. А я устраиваюсь сзади. Вижу, как член друга проскальзывает в горячее лоно. Маша вскрикивает. И я следом погружаюсь в узенькую попочку.

— Блядь... — рычу, чувствуя, как от напряжения на лбу выступают капельки пота.

— Глубже... — стонет Маша, — мальчики, пожалуйста... глубже...

— Думал, ты испугаешься, — прикусываю сладкое ушко, — а ты просишь жестче... порочная девчонка...

— Я люблю вас, — шепчет, принимая наши члены своими дырочками, — и ничего не боюсь...