Машенька для двух медведей

Глава 28 Маша

Они выскакивают на газон. Кожа мужчин лопается, трескается. По телу стекает кровь. Голова начинает кружиться, прижимаюсь к панорамному окну спиной. Это устрашающее зрелище.

Но в какой-то степени прекрасное.

Меня окутывает громкий рев. Кажется, что вся природа замерла в ожидании поединка сильнейших. Но так не должно быть! Это неправильно!

— РААААРР! — темный медведь, Дэн, бросается первым.

Дима отвечает мощным выпадом. От силы ударов сотрясается земля.

А мне плохо. Не хочу, чтобы они ссорились! И тем более дрались! Что же мне делать...

Успокой их... только тебе это под силу.

— Как? — всхлипываю, пока медведи яростно рвут друг другу шкуры.

К ним даже не подойти, чтобы коснуться! Или я могу как-то иначе? Но голос молчит. Такой тёплый, словно... мама. Да ну, нет! Быть не может!

Так, мне нужно успокоиться. В конце концов, я такая же часть нашего истинного трио, как и медведи. И имею право голоса!

Несносные драчуны! Сейчас я вам устрою!

— А НУ СТОП! — собрав в кулак оставшиеся силы, направляюсь прямо к дерущимся берсеркам.

Они замирают. Оба всклокочены, шерсть в разные стороны. Дэн плюхается на задницу, Дима делает шаг к нему. Встаю между медведями.

— НЕТ! Вы что устроили? Я ваша истинная пара, между прочим! И мне плохо! Меня чуть не убили! — отчитываю их, как студентов своей группы за прогул. — А вы решили устроить разборки? Не думаете, что сейчас не время?

— Ууурраар, — Дима опускает огромную голову.

— Вот так! И ты, — разворачиваюсь к Денису, — не стыдно? Ты вроде бы старше.

— Авврррууу, — он виновато отворачивается.

Затем мои мужчины начинают обращаться обратно.

— Успокоились? — холодно спрашиваю.

— Прости, — Димка встаёт, отряхивается, тянется ко мне за обнимашками.

— НЕТ! — гаркаю. — Вы несносные медведи! Как вы могли?

— Машуня...

Внимательно гляжу на двух голых мужчин, напоминающих нашкодивших щенков. И понимаю, что моя любовь с каждой секундой всё сильнее.

— Мы не должны драться, — говорит Дэн, — бро, мне жаль. Прости за ту херню, что я наговорил.

— Ничего. Я не лучше, — криво ухмыляется Бероев, — как мудак себя повёл. Там и правда было очень тесно. Я бы тоже не одолел волка.

— Руки друг другу пожмите, — командую.

Мишки подчиняются. А потом... запястье Дениса слегка вспыхивает. Шея Димки начинает светиться, а низ моего живота обдаёт жаром.

— Эээ, — берсерки смотрят на проявляющиеся метки, — это... как...

— Видимо, вам нужно было научиться работать в команде. И решить кое-какие личные вопросы друг с другом. Лишь так вы сможете быть моими истинными.

— От те на! — выдает Димка, трогая шею. — Классно. Меточка моя родненькая. Как же я ждал!

Затем похотливо облизывается, глядит на меня. Но я непреклонна. Они поступили по-свински, начав драться сейчас. Пусть это и привело к появлению меток.

— Знаете что? Вы наказаны! — заявляю со всей уверенностью.

— Нууу, — стонут оба, — только не лишай нас доступа к телу!

— Вот это и будет наказанием. Сегодня ночью я сплю одна! Но сначала вы меня как следует накормите.

— Как скажешь, — оба выглядят полностью несчастными.

И мне их жаль. Но эти мохнатые задиры должны понимать, что мы вместе. И драться недопустимо.

— Где вино? — захожу в дом, нагло плюхаюсь на диван напротив камина.

— Сейчас налью, — Дима вручает мне бокал, — может, ты передумаешь? Лапуль, ну жестоко же, ну! Мы только метки обрели. Нам нужна ты и твои сладкие девочки...

— Думать нужно было, прежде чем ругаться, — вздыхаю, — я так испугалась!

— Прости! Ну прости идиотов! — Дэн встаёт передо мной на колени, целует ладони. — Машунь... мы ведь сдохнем без доступа к твоему телу.

— Ничего страшного! — с трудом держусь, чтобы не простить и не обнять. — Одна ночь, а там посмотрим, как будете себя вести.

— Суровая... у меня встал, — заявляет Димка.

— Я вижу, — немного краснею, — и ты голый! Оденьтесь!

— А мы хотим, чтобы ты разделась. Побегаем голенькими, потом мы тебя как следует... покроем нашу самочку, — хрипит Бероев, — Дэн, как думаешь?

— Я за, — рычит мишка, — пиздец как хочу эту строгую девочку.

— ТАК! — встаю, нависаю над ними, упираю руки в бока. — Я голодная, между прочим! Кормить истинную сегодня будут?

— Конечно, детка, — Дэн направляется на кухню, что-то там шуршит, затем выходит.

Закатываю глаза. Ведь мой медведь в одном фартуке. Который весьма так недвусмысленно топорщится между его ног.

Если они так будут напирать, я сдамся быстро. Уж больно сексуальны эти настырные байкеры. И моё сердечко реагирует на них очень сильно.

— Ладно, я подумаю. Но только, если вы накормите меня вкусным ужином, дадите еще того восхитительного вина и прекратите светить своими хозяйствами!

— А что, тебе не нравится? — хмурится Димка.

— Не в этом дело, — краснею, — просто я одетая, и вы...

— Так я сказал, — наглый косолап подходит ко мне, затем сгребает в охапку.

Он ловко снимает с меня футболку, шортики. Оставляет лишь в тонких трусиках.

— Разрешаем остаться в этом, — облизывается, затем касается моей метки, — как красиво... Дэн скажи, что красиво!

— Пиздец так... — пускает слюни второй медведь, — кажется, я влюблен.

— Ладно, — сажусь на диванчик, томно взмахиваю ресницами, — ваша взяла.

Откидываюсь на спинку, показывая голодным берсеркам свою голую грудь.

— Если вы хотите, я буду ужинать так. Но подумайте. Ведь мой запрет на доступ к телу всё еще в силе. Сможете выдержать?

— Ты передумаешь, — ухмыляется Димка, — зуб даю! К концу этой ночи ты будешь умолять нас тебя трахнуть!

— Да вы что? — выгибаю бровь. — Так в этом уверены?

— Да, детка, — Денис потирает ручищи, — и мы даже можем поспорить на кое-что очень-очень сладкое.

— И на что же?

Медведи озвучивают своё пожелание...