Медные трубы (СИ)

Глава 3. Не ускользай от меня

Колли все же допустили к прослушиванию, хоть и не обошлось без укоризненных замечаний. Он не стал оправдываться, молча выдержав все выговоры кастинг-директоров. Однако долго сердиться не артиста было невозможно: безупречные манеры и на редкость покладистый характер быстро покорили жюри.

— Нет сомнений, что он справится с пробами. А вот хватит ли концерну денег оплатить его контракт — хороший вопрос. Ты видела, сколько у него фанатов? — Вета шлепнула подругу по руке, чтобы та не грызла ногти.

Лада так красочно пересказала подробности знакомства с музыкантом, что обе приятельницы безоговорочно болели за кандидатуру Колли на роль их постоянного партнера по шоу. Долго нервничать не пришлось: прослушивание прошло блестяще, бюджет корпорации не подвел, и вскоре четверо молодых актеров пережили первый совместный день на площадке.

Дубли Лада осиливала, с трудом подавляя мандраж: руки все время тряслись, да и голос не слушался. Как только запись остановили, она безжизненно стекла на банкетку, стараясь слиться с интерьером.

— Для пробного раза вполне сносно! — Тим подсел рядом. — В отличие от меня, ты хотя бы потоп не устроила.

— Тимур, я перепутала все слова! — Лада закрыла лицо руками.

— Подумаешь, реплики местами поменяла. Зато ты никого не оскорбила, — рассмеялась Вета, устало опускаясь к напарникам. — На кастинге я заявила, что у жюри пафосные рожи.

Ребята подавились смешком.

Колли плюхнулся на скамейку последним:

— «Золотой» состав собрали. Я на пробы вообще не пришел.

— Помню, помню, — прыснула Вета. — Кстати, Тимур, а правду говорят, что ты завладел ролью через постель?

— Не врут. Пойдем, покажу, на что способен.

— Лада, а как ты получила роль? — Колли плавным движением отвел руки Лады от ее же лица.

— В меня ею кинули.

По студийным коридорам разнесся неугомонный хохот четверых ребят. Ни один съемочный день не обходился без их искреннего смеха, который навсегда останется в памяти, как теплое воспоминание о беззаботных днях.

Отношения труппы сложились удивительным образом: они не уставали друг от друга ни на репетициях, ни на съемках, ни во время рекламных мероприятий. Даже обед новоиспеченные друзья проводили вместе. Координатор проекта устала разгонять ночные посиделки в комнате Тима, но что она могла поделать? Ладе было девятнадцать лет, хотя выглядела она совсем школьницей. Вете — двадцать один год, Тиму — двадцать три, и друзья полагались на его «бесценный» жизненный опыт в решении любых вопросов. Колли вскоре должен был отметить двадцать второй день рождения. Ребята были совсем взрослыми, и координатор не могла распоряжаться их свободным от работы временем. Ей оставалось лишь удрученно ворчать, указывая на черные круги под глазами у всей четверки. Визажисты трудились не покладая рук, чтобы превратить артистов назад в подростков.

— Лада, ты почему в пижаме? В «Шепоте» закрытая вечеринка! Там будут все звезды. — Тим с недоумением разглядывал ночное одеяние напарницы.

— Такие тусы не для меня. — Лада попыталась спрятать неказистый внешний вид за дверью спальни.

Вета вставила ногу в проем:

— Только не говори, что собираешься остаться в номере!

— Развлекайтесь. С утра расскажете мне свежие сплетни.

— Это что, «Подземелья и драконы»? — Коля с любопытством просочился в комнату, растолкав Тимура и Вету.

Лада поджала губы:

— Тетя прислала подарочек. Все еще думает, что мне одиннадцать лет.

— Давайте сыграем разок? — предложил Колли, заметив, что по каким-то причинам Лада не покидала спальню после отбоя. Он сбросил куртку и с восторгом принялся распаковывать новенькую настольную игру.

Лада не смогла сдержать улыбки. Подсознательно больше всего на свете она хотела быть частью компании.

Жизнь Лады вращалась вокруг редкого медицинского состояния, из-за которого она находилась под присмотром врачей. Каждый вечер она принимала набор лекарств и отчитывалась о своем самочувствии. Препараты отдаляли ее от реальности, удерживая на грани сна и бодрствования, и, чтобы избежать недоуменных взглядов, Лада привыкла проводить досуг в одиночестве. Она и подумать не могла, что партнеры по шоу захотят подстроиться под скучную рутину. Однако, вопреки всем ожиданиям, совместные вечера стали доброй традицией. По выходным, скрываясь от прицелов объективов, четверо друзей выбирались на природу, а в будние дни собирались за настольными играми или встречали закат на крыше «Мосфильма». Актеры по-настоящему сблизились, изучив вкусы, привычки и, конечно, слабые места друг друга.

Сценарий наполнялся пылкими эпизодами, а между Колей и Ладой нарастало притяжение, что совсем не помогало начинающей артистке маскировать вспыхнувшие чувства. Хоть симпатия и была взаимной, Лада не торопилась погружаться в отношения: очень не хотелось разочаровать коллег, не побоявшихся доверить ей столь престижную работу. Она точно знала: по уши влюбиться в напарника означало подвергнуть риску и без того неустойчивое положение вещей во внезапной карьере. Однако сердцу не прикажешь, и романтические мысли упорно продолжали лезть в голову.

Чтобы избежать неприятностей, Лада обращала в шутку любые комментарии, касавшиеся их киношной близости с Колей. Будь то двусмысленные статьи желтой прессы, романтические видео в интернете или враждебные подколы коллег из массовки. Колли было немного проще: он с легкостью мог переключаться между образами, опираясь на профильное образование и имеющийся опыт работы в шоу-бизнесе. Несмотря на то, что ему хотелось разделить с Ладой как можно больше мгновений, он уважал ее выбор.

Впервые Колли задержался у Лады допоздна из-за неожиданного поворота в сценарии. Много часов они репетировали в студии, а после отправились в номер, чтобы завершить этюд. Измотанные друзья рухнули на кровать, прихватив с собой распечатанный текст.

Лада пробудилась от невыносимой жары. Ее кожа горела, а щеки покраснели. «Заснуть в одной постели… Этого еще не хватало!» — Она в ужасе вскочила и замерла посреди комнаты, не зная, как поступить дальше. Коля же не выглядел ни смущенным, ни обеспокоенным.

— Пойду на свое место, — улыбнулся он. — Забирайся обратно.

Ситуация повторялась снова и снова, но со временем Лада привыкла к своим чувствам и к учтивому нраву напарника. Безмятежный сон в его компании стал самой комфортной константой. С Колей было тепло, даже когда в студийной гостинице отключали отопление. С ним было спокойно, если тревожили кошмары. С ним было уютно и безопасно, особенно в свете шокирующих новостей. Спустя месяцы подобных ночных «сотрудничеств» Ладе становилось все труднее засыпать в одиночку.

Контракт, который заключили с Колей Бордером, оказался самым сложным по структуре. В отличие от остальных участников шоу «Успех без помех», для которых съемки были единственной работой, у Колли была музыкальная группа, требовавшая времени на репетиции, концерты и гастроли. Ситуация усложнилась после его утверждения на главную роль в новом полнометражном фильме. Подготовка к съемкам пересекалась с датами тура его группы, и агенты ломали голову, пытаясь состыковать плотный график артиста. Единственное, что облегчало задачу, — оба мероприятия планировались в одном регионе.

Однако, когда Колли возвращался на съемочную площадку, его неисчерпаемой энергии могло хватить на поддержание жизнедеятельности целого города. Несмотря на напряженный график, Коля всегда находил время порадовать друзей: привозил любимые лакомства Лады, отвечал на все мемы, которые прислал Тим, и болтал с Ветой по видеосвязи, помогая придумать новую шутку для шоу. Ребята наслаждались совместной работой и старательно отгоняли мысли о неумолимо подкрадывающейся разлуке.

К концу октября съемочная команда собрала труппу для отсмотра первых материалов. Несколько серий были полностью готовы к эфиру, и организаторы затеяли изысканную вечеринку с фуршетом. Для праздника арендовали целый кинотеатр. Мероприятие началось с речи режиссера, посвященной трагичным событиям:

— Пострадавшие школьницы — это наша аудитория. Те зрители, ради которых мы каждый день приходим на работу и продолжаем творить. Мы не можем оставаться в стороне. Добровольцы из отряда «Алерт» — общественной организации, занимающейся поиском пропавших людей, — работают днем и ночью, а теперь и наша студия прилагает все усилия, чтобы придать проблеме максимальную огласку…

— Ну да, камера ее любит, не поспоришь, — игнорируя речь режиссера, шипела блондинка из массовки. Скривив губы, она изучала новенький постер с изображением главной героини сериала. — А я, между прочим, долго училась работать с объективом. У меня отличное образование!

— У меня тоже! — вторила другая девушка, мелькавшая в рекламе сока. — Лада на втором курсе, а уже целый сериал отхватила! Я в универе только в каких-то бездарных ток-шоу снималась.

Колли мрачно покосился на сплетниц и проворно поймал Вету за руку. Та, разделив на две части свою жвачку, уже тянулась склеить патлы болтушкам.

— Проклятые куры, — вместо приветствия фыркнула Ветриана, но спешно переключилась. — А ты быстро добрался! Потянешь вторую вечеринку подряд?

— Не мог пропустить дебют Лады в обществе.

Колли приехал на мероприятие прямо с музыкального фестиваля, успев лишь сменить кожаную куртку на пиджак.

— Как все прошло? — Вета чмокнула его в щеку.

— Концерт был классный, но группа злится, что у меня нет времени на тусовки.

— Теперь, зная тебя ближе, не могу представить, что ты делал на их гулянках. Оказывается, ты такой домашний мальчик!

— В основном ждал, пока все «наотрываются», чтобы развести «тела» по домам, — рассмеялся Коля.

— Как ты вообще оказался в группе?

— Учусь с барабанщицей в Гнесинке. Ее отец владеет звукозаписывающей компанией, и на двадцать первый день рождения он подарил дочке контракт. Кира не придумала ничего умнее, чем собрать группу из парней, с которыми хотела бы замутить.

Вета хихикнула, восхищаясь гениальностью Киры, но ее веселье прервала новая волна перешептываний:

— Уверена, неспроста ее взяли. Она же подрабатывала в офисе «Мосфильма», небось ошивалась на съемках и обхаживала режиссера.

Лада была новичком. Даже с багажом из нескольких курсов сценического мастерства за плечами погружение в деятельность давалось ей нелегко. В киноакадемию она поступила, чтобы преодолеть страх перед общением с людьми и раскрепоститься. Долгие годы, проведенные в интернате при частной клинике, почти лишили ее необходимых социальных навыков. Врачи уверяли, что актерская школа поможет ей сломать внутренние барьеры и подготовиться к жизни в большом городе.

Столько знаний пришлось усвоить за первый месяц съемок, что не было понятно, как она справлялась с беспрерывным потоком информации. Команде повезло встретить человека, столь приятного в общении и профессионального в работе. Лада была обходительна с напарниками, внимательно слушала все, что говорил режиссер, и зачастую выполняла указания точнее опытных актрис, в то время как блондинку, что кичится актерским дипломом, пришлось четырежды переснимать в простейшем дубле.

— Да режиссер просто на принцип пошел. Предыдущая старлетка его так разозлила, что он решил взять под крыло благодарную послушницу, которая слова поперек не скажет. А звезду он может сделать из любой замарашки.

— Знаешь, что больше всего бесит? Мне, может, тоже хочется с Колей и Тимом на выходные сгонять за город, ну или с Ветой пройтись по барам. Но нет! Они втроем вечно нянчатся с Ладой, будто она раненая птица, неспособная за себя постоять.

Как ни старалась Лада, злые языки артисток второго плана только сильнее разжигали неприязнь к ней среди массовки. Зависть всегда стремится уничтожить то, что есть у другого. Троих друзей же притягивали ее целомудрие, искренность и внутренний свет — редкие явления на просторах шоу-бизнеса. Вета искала в Ладе надежного друга, который не предаст и не ранит ее снова, Тима — младшую сестру, с которой можно подурачиться, а Колли чувствовал непреодолимую тягу к ее теплоте, которая напоминала о доме.

— Может, родители за нее заплатили? Наверняка договорились на кругленькую сумму и пропихнули дочку в бизнес.

Это был уже перебор. Коля недовольно прокашлялся, остужая пыл заносчивых дамочек. Они тут же обернулись и переменили физиономии:

— Колли, привет! Вот и наш красавчик! — Актрисы засияли улыбками и почти одновременно ринулись к нему с поцелуями.

Он отступил на шаг назад и остановил девиц легким жестом руки:

— Девчонки, бережем макияж: впереди фотосессия. Когда ваши дубли покажут? Интересно увидеть вас на экране!

— Я появляюсь буквально с первой сцены! — заверещала блондинка.

— А я в середине, с длинной репликой! — перебила ее «реклама сока».

Несдержанный смешок сорвался с уст Колли, но он замаскировал его под дружескую улыбку. Обе барышни напомнили ему злых сестер из «Золушки».

— Что ты несешь, Бордер? — Ветриана с силой притянула напарника к себе, держа за узкий галстук. — Обеих вырезали еще при первой склейке!

— А то я не знаю, — Коля улыбнулся и с удивлением достал из волос Ветрианы крупное перо. — Тиме удалось привезти Ладу?

— Как раз отходят от парковки. — Вета потрясла телефоном.

— Подышим воздухом и встретим их?

Лада невесело ковыляла на каблуках, с трудом поспевая за широкими шагами Тимура, который то и дело подозрительно оборачивался, проверяя, не удрала ли она.

— Не могу поверить, что согласилась. — Лада снизу вверх посмотрела на Тиму, с удивлением изучая его прическу.

— Тебе надо выходить на публику хоть иногда! Люди скоро подумают, что твою героиню сгенерировали нейросетью.

— Это что еще за аксессуар? — Она извлекла перо у Тимы из-за уха. — Ненавижу напыщенные мероприятия.

Усаживаясь на поручни кинотеатра, Лада выдохнула и с облегчением скинула туфли.

— Да кто их любит? — Колли как раз вышел к парадной лестнице. Взглядом он оценил высоту каблуков — не было сомнений, что Ветриана приложила руку к созданию образа подруги.

— Привет. — Лада залилась румянцем. — Как ты успеваешь быть в двух местах одновременно? Я только досмотрела прямой эфир с твоего концерта. Ты когда-нибудь отдыхаешь?

— Ни за что не бросил бы тебя на первом светском мероприятии. — Колли осторожно поцеловал Ладу в щеку.

— Ты зря волновался, я до него все равно не дойду, — удрученно произнесла она, уставившись на шпильки.

— Ребята, поднимайтесь, мы вас догоним. — Коля отправил Тиму и Вету занимать места, а сам подхватил туфли с пола и повернулся к Ладе спиной. — Забирайся.

— Что ты придумал? — Та неловко обняла его за шею.

— Хочу вернуть тебе навык прямохождения.

Коля разблокировал джип. Придерживая Ладу одной рукой, он открыл просторный багажник и усадил ее внутрь. Та звонко расхохоталась:

— Согласна, нет ничего хуже пафосной вечеринки. Поездка ночью в лес и то звучит привлекательнее. Даже в багажнике! Даже в разных пакетах!

Колли громко прыснул со смеху. Юмор Лады всегда откликался его настроению.

— Открой коробку.

— Что там? — Лада искренне удивилась.

— Утром глянул наш чат и понял: Вета шкуру с тебя снимет, но не выпустит без каблуков.

Лада отбросила картонную крышку — внутри лежали белые кеды.

— Коль, ты лучший! — Она тут же нацепила обновку и с восторгом опробовала обувь, прыгая по ковру из осенних листьев.

— Теперь переживешь выход в свет?

— Еще минуту назад это был выход на тот свет. — Лада неуклюже обняла партнера, приткнув нос к его груди.

Финал первого сезона был запланирован на май, правда съемки проходили без Колли. Больше двух месяцев он совмещал изнурительный гастрольный тур с подготовкой к новому фильму. Все сцены «Успеха без помех» с его участием отсняли заранее, а для дальних планов взяли дублера. Съемки последнего эпизода постоянно откладывали в надежде, что всеобщий любимец успеет вернуться к прощальной вечеринке, однако с каждым днем шансы повидаться таяли все стремительнее.

Отсутствие артиста негативно сказывалось на работе всей команды, но для Лады его отъезд был сравним с наступлением вечной мерзлоты. В первые недели разлуки напарники постоянно оставались на связи, однако с увеличением числа концертов Лада заметила, как тяжело дается другу совмещение трех проектов. Не желая отнимать у Колли время, которое тот мог потратить на общение с семьей или отдых, она стала реже отвечать на звонки.

Наблюдать за вибрирующим в руках телефоном было больно. Все, чего Лада хотела в свободное от съемок время, — бесконечно слушать бархатистый голос друга, с задором рассказывающий о курьезах гастрольной жизни. Но сон был ему необходим, и она сбрасывала входящие, отправляя в ответ короткое сообщение:

LadaKalina:«Быстро в кровать».

BorderCollie:«Я все равно не засну».

К концу тура Коля совсем редко выходил на связь: интернет в Сибири был доступен не во всех местах, да и он подметил, что подруге необходим отдых от дистанционного общения.

Лада добилась своего, но ночи напролет ворочалась, прокручивая в мыслях каждую минуту, проведенную с напарником. Она привыкла к их маленьким душевным репетициям, после которых Коля неизменно оставался в ее постели. Привыкла засыпать под тяжестью его руки, ощущая тепло тела. Привыкла делить утро в пустынном буфете, отдавая приятелю большую часть своего завтрака и с улыбкой наблюдая, как тот уплетает двойную порцию.

Колли всегда находил нужные слова, когда Лада была расстроена, защищал ее от колких замечаний завистливых артисток и был готов хоть до утра оттачивать этюды, чтобы Лада уверенно чувствовала себя на съемках. Он был для нее не просто напарником — он стал другом, о котором можно только мечтать.

Несколько раз в день Лада перечитывала последнее сообщение, полученное от Коли три недели назад:

BorderCollie:«Привет, Ягодка! Не грусти раньше времени! Думаю, я успею на прощальный вечер. Скучаю по твоему ночному сопению… Без него спать вообще не могу.

P. S. Тут никто не делится со мной едой! Нонсенс!»

LadaKalina:«Когда ты отдыхал в последний раз? Дуй в постель».

Лада пролистала пропущенные вызовы и с теплом посмотрела на любимое имя, выделявшееся в устаревшем списке звонков от неизвестных абонентов. Всю неделю она упорно нажимала кнопку«перезвонить», но номер оставался вне зоны доступа.

Верным источником новостей о Колли для оставшейся троицы был аккаунт группы «Грубое алиби». Менеджер вел страницу в строгом соответствии с контент-планом, но время от времени музыканты радовали фанатов спонтанными обращениями, за которыми Лада следила с особым вниманием. Она видела, что друг невыносимо устал, и, вспоминая его жалобы на бессонницу, с трудом представляла, откуда Коля черпает энергию. Различить подобные нюансы его состояния могли лишь самые близкие. Для поклонников артист всегда искрил оптимизмом и жизнерадостно улыбался на камеру.

Режиссер выкрикнул финальное «снято», итоговый эпизод был записан на пленку, и Лада бросилась к телефону, все еще надеясь на чудо. Не обнаружив звонков или сообщений, она открыла социальные сети и ввела в поиске слова:«Грубое алиби». Это стало переломным моментом, после которого Лада провела много часов в укромном уголке студии, не заметив, как коллеги свернули реквизит.

На странице группы появилось видео: уставший до изнеможения, Колли всем торсом улегся на стол в гримерке. Его голова безжизненно опустилась на руки. Он был не просто без сил, он был (замени на более литературное выражение) в отключке. Белокурые волосы, еще мокрые после концерта, растрепались а кожа лихорадочно блестела. Заголовок гласил: «Отыграли последнее шоу! Спасибо, Омск!»

Лада смотрела на экран, и ее сердце разрывалось от сочувствия. Как бы Коля ни старался держаться, она знала, что совмещение трех проектов дается ему нелегко. Но внимание быстро переключилось на следующую сцену. В кадре появилась девушка с багряными волосами. Она вела себя как самоуверенная королева бала. Бестактно она прижалась к Коле своими пышными формами, обняв его сзади. Ее прикосновения были чувственными и непристойными. Слишком нахально, слишком дерзко она давала зрителям понять, что теперь он — ее собственность. В завершение она медленно и демонстративно оставила на его губах отпечаток ярко-красной помады, бросив в камеру взгляд, который заявлял: «Шоу окончено. Он — мой».

Лада пересмотрела видео снова. И снова. Что-то внутри оборвалось. Она пыталась найти оправдание этой сцене, хоть какую-то лазейку, чтобы объяснить себе, что это недоразумение. Но с каждым повтором только сильнее убеждалась, что она больше не особенная для него. Ком в горле поднимался все выше, дыхание становилось тяжелым. Сердце сжималось, будто его заключили в тиски.

Слезы обожгли глаза, когда Лада, словно загипнотизированная, в очередной раз нажала кнопку повтора.

«Я не хотела, чтобы так вышло… Не хотела, чтобы мы стали чужими. Я отстранилась, чтобы у тебя было время на себя». Горечь подступила к горлу, превращая дыхание в короткие, прерывистые вдохи. Мысль о том, что первая любовь ушла из ее жизни навсегда, не укладывалась в голове.