Муж любовницы моего мужа

17. Настоящий секс втроём

Просыпалась я медленно, то выныривая из жаркого сна, то снова уплывая в дрёму. С двух сторон меня обнимали ласковые руки, я нежилась и потягивалась, не желая окончательно пробуждаться. Я не осознавала, что находилась в коттедже Ярцевых, что лежала между ними в их супружеской кровати.

Я тёрлась об Кирилла, а он гладил меня по плечам и бокам. Прижимал к себе. Я положила руку на его твёрдый член, как часто делала с Димкой в первый год нашего брака, но внезапно вспомнила, что в последние месяцы мы не прикасались друг к другу. Не ласкались по утрам.

Это не Дима! Мы с ним вообще скоро разведёмся!

Я окончательно проснулась и села в кровати.

Испуганно отдёрнула руку.

— М-м-м, — отозвался Кирилл, недовольный тем, что я перестала его тискать. — Иди ко мне, — и потянул на себя.

Я подумала и решила, что чего уж теперь? Легла обратно, а Зоя сзади пробормотала «Всем доброго утра» и нашарила мою руку. Положила её на член Кирилла и медленно подвигала взад-вперёд. Как будто подсказывала мне, что нужно делать. А то я не знала. Несколько минут мы спросонья гладили Кирилла в обе руки, иногда переплетая пальцы, иногда расцепляя. Он глубоко дышал и временами глухо постанывал.

Вскоре он приподнялся и содрал с себя пижамную кофту. Бросил её на пол и рухнул обратно на подушки — обнажённый по пояс, возбуждённый, чуть скованный из-за необычности ситуации. Так же, как и мы с Зоей. Мы все немного смущались и не решались переходить к главному. Тянули время, прислушиваясь к своим желаниям и привыкая к тому, что нас трое, и надо как-то заняться сексом — хотя бы доставить удовольствие Кириллу, который уже плавился от наших прикосновений.

Я с наслаждением вдыхала его терпкий мужской запах и тёрлась щекой о волосатую грудь. Он ласково перебирал мои волосы, рассыпавшиеся по подушке, а Зоя сопела мне в шею и прижималась горячим животом. Она легко могла перелезть через меня и лечь с другой стороны от Кирилла, но не делала этого. Ей нравилось быть поближе ко мне. Я не возражала. Я чувствовала её тепло, оно меня согревало и наполняло негой.

Зоя первой решилась на следующий шаг. Она развязала шнурок на поясе Кирилла и потянула штаны вниз. Кирилл приподнял зад, и они соскользнули к его коленям. Большой напряжённый член упёрся мне в ладонь. Я бережно сомкнула пальцы вокруг головки и сжала. А Зоя погладила яйца. Кирилл неразборчиво выругался и пробормотал: «Девочки, ну пожалуйста, я же сейчас взорвусь…»

Зоя усмехнулась мне в ухо, я тоже улыбнулась. Кирилл трепетал в наших руках — буквально!

Вдвоём мы дали ему то, в чём он нуждался. Я ритмично двигала пальцами по стволу, багровая головка то скрывалась в кулаке, то показывалась наружу. Мне хотелось сползти вниз и взять её в рот, сосать и облизывать, но я не осмеливалась. Меня сковывала неловкость. Я знала, что ни Кирилл, ни Зоя не подумают обо мне ничего плохого, но предпочитала, чтобы они сами проявляли активность. Мне было комфортней, когда они руководили процессом. Они взрослые, решительные, к тому же семейная пара — а я всего лишь гостья. Я приму всё, что они предложат, если… Если мне захочется. А я чувствовала, что мне многого захочется, — возможно, даже такого, о чём раньше я никогда не задумывалась.

Пресс Кирилла напрягся, а сам он привстал и схватил мою руку. Крепко сжал и повернул так, чтобы кончить себе на живот и никого не забрызгать. Он стонал, а сперма толчками выплёскивалась из узкого отверстия, растекалась по смуглой коже и скапливалась в углублении пупка. Одна маленькая капля долетела до моего носа. Она пахла пряно и сладко. Я приподнялась на локте и с удовольствием её слизнула. Мне давно хотелось попробовать, какой Кирилл на вкус. Он это заметил и прижал мою голову к своей груди: «Маша, Машенька, милая моя…» А потом выдохнул: «Зойка», — и поцеловал руку жены в ладонь. Это было так трогательно, что у меня защипало в носу.

Завтрак прошёл, как типичный завтрак первого января, — в пижамах, в два часа дня. Мы сидели на диване и ели вчерашние салаты и закуски. Открыли бутылочку шампанского. По телевизору показывали старую комедию. Ёлка у окна мигала разноцветными огоньками, а за окном кружилась метель. Мы смеялись, а Зоя подсказывала реплики актёрам. Поразительно, но она знала наизусть весь сценарий. Всё-таки разница в возрасте давала о себе знать. Они видели этот фильм на тринадцать Новых годов больше, чем я. От избытка чувств я прижималась то к Зое, то к Кириллу. Мне было комфортно с ними.

И… отчаянно хотелось большего.

— Ну что ж, — сказала Зоя, когда кино закончилось, а обильный завтрак переварился. — Кирилл, иди за дровами, будем сауну топить.

Пока Кирилл разжигал дровяную печь, Зоя устроила мне экскурсию по сауне, устроенной в цокольном этаже. Это не сауна была, а настоящий спа-центр! Просторная парилка, джакузи, куда могло поместиться человек десять, широкие плетёные шезлонги и мраморный массажный стол с желобками для стока воды. Сбоку столешницы светились кнопочки, блестели хромированные рычажки и душевые леечки. Я знала, что такие столы использовались для процедур по уходу за телом. В шкафчике, стоявшем рядом, я заметила многочисленные флаконы со скрабами и маслами. Сразу же захотелось попробовать все процедуры, какие только возможно.

Зоя проследила мой взгляд и спросила:

— Любишь массажики с маслом?

— Обожаю! Только у нас некуда сходить, а в городе дорого. Я три раза съездила, и меня жаба задушила. Но когда хожу в баню, всегда делаю скраб с мёдом и солью. Кожа потом нежная, как шёлк.

— Я тебя сегодня побалую, — пообещала Зоя. — Я умею делать массаж. Будешь шёлковая с головы до ног.

— Правда? Ой, я буду рада! А что у тебя есть?

Пока мы рассматривали баночки, выбирая кремы и масла для спа-процедур, Кирилл закончил растопку печи и переоделся в халат. Топал босыми ногами по тёплому полу, сходил наверх и принёс кувшин клюквенного морса, здоровый чугунный чайник и какие-то пахучие травки. Я различила только запах смородины.

Кирилл поглядывал на нас, пряча улыбку. Наверное, его смешило, что мы, как девочки-подростки, прилипли к полке с косметикой. Но я всегда любила заниматься вещами, которые делали людей красивее. Мне и стричь нравилось, и подбирать цвет волос, и даже делать фантазийные причёски. Жаль, что в Мухоборе мало кто нуждался в моих услугах.

— А Кириллу мы будем делать массаж? — спросила я.

— Обязательно, — серьёзным тоном ответил он. — Я не выпущу вас из подвала, пока вы не сделаете мне массаж в четыре руки. Всю жизнь об этом мечтал.

— Массаж чего? — поинтересовалась Зоя.

— А что, можно выбирать? Огласите весь список, пожалуйста! — Кирилл повторил фразу из фильма, который мы недавно смотрели.

Мы с Зоей расхохотались — не потому, что фраза была смешной, а потому что нас переполняли воодушевление и желание доставить друг другу удовольствие. У меня всё внутри звенело от предвкушения.

Зоя потушила верхний свет и включила подсветку на полу. Зажгла парфюмированные свечи в баночках, расставила около джакузи и массажного стола. Помещение наполнилось мягким светом, подчёркивавшим достоинства фигуры. Зое и Кириллу этого не требовалось, их тела и при ярком освещении выглядели упругими и спортивными, но меня полумрак раскрепощал. Я уже поверила, что их обоих восхищали мои женственные формы, но ещё не готова была бегать голышом.

Зоя выдала нам шапки из войлока и специальные банные полотенца, в которые удобно заворачиваться. Кирилл и Зоя обернули их вокруг бёдер. Я сначала последовала их примеру, но потом засомневалась. Мужчина топлесс — обычное дело, женщина с маленькой девичьей грудью — эстетический идеал для художников и скульпторов, а моя пышная грудь с нагло торчавшими сосками — это уже порнография. Лучше прикрыть. Я взялась за полотенце, чтобы завернуться в него целиком, но Кирилл и Зоя одновременно схватили меня за руки:

— Оставь, — сказала Зоя. — Ты очень красивая.

— Просто сногсшибательная, — подтвердил Кирилл. — Я постараюсь не пялиться.

— Я тоже, — кивнула Зоя. — Если бы у меня была такая грудь, я бы специально ходила без лифчика, чтобы все падали в обморок.

Невозможно было не рассмеяться.

В парилке было жарко, градусов сто, но я любила париться. Мы уселись на раскалённые полки и притихли. Кожа впитывала жар, тело прогревалось до самых косточек. Кирилл плеснул воды на каменку, раздалось адское шипение, нас окутал обжигающий пар.

— Выходим, народ, — сдавленно скомандовала Зоя. — Пора охладиться.

Мы вывалились из сауны, и Ярцевы потащили меня на улицу.

— Вы куда? Зачем?

— В снег, Маша! Без снега хорошей бани не бывает!

Мы с визгом прыгнули в пушистые сугробы на заднем дворе, обтёрлись снегом и заскочили обратно в дом. От наших тел валил пар, лица у всех были красными.

— Пойдём в джакузи, — потянула меня Зоя.

Мы сбросили полотенца и голышом погрузились в тёплую бурлящую воду. Я застонала от наслаждения.

— Скажи, кайф? — улыбнулась Зоя. — Господи, как же хорошо!

Кирилл принёс поднос, где стояли стаканы с клюквенным морсом, угостил нас и тоже скинул полотенце. Я не отказала себе в удовольствии полюбоваться его мускулистой фигурой и идеальным членом с крупной головкой. Кирилл поймал мой взгляд и подмигнул. Сел напротив нас, откинул голову и закрыл глаза.

Пламя свечей колыхалось от работавшей вентиляции, пахло тонким итальянским парфюмом. Зоя предпочитала ненавязчивые итальянские ароматы — мыло, свечи, гели для душа.

Мы расслабились, лёжа в воде.

— Я по гороскопы Рыбы, — сказала Зоя. — И дети тоже. Мы все обожаем воду. Когда они были маленькие, у нас не было денег даже на Турцию. Мы ездили на дачу к родителям Кирилла. Ставили пацанам надувные бассейны, и они плескались с утра до вечера. Плавать научились в полтора года.

— Вы были бедными?

— В твоём возрасте — да. Меня воспитывал дедушка. Когда мне было двенадцать лет, родители разбились на машине. Гололёд, туман… — Зоя рассказывала спокойно, но делала длинные паузы. — Дед был учёным, конструировал космические ракеты, но в середине девяностых его КБ закрылось. Дед не смог приспособиться к новой жизни. Квартира в доме с атлантами — единственное, что он нажил за всю свою жизнь. Мне оставил, как единственной наследнице. Поэтому я и не хочу оттуда переезжать.

— Понимаю, — сказала я. — Я бы тоже не переехала.

Ни за что бы не переехала. Прекрасная квартира с историей. Родовое гнездо. Ну и что, что в старом доме, он ещё лет двести простоит. Мальчики женятся, привезут внуков — большая квартира наполнится детским смехом. У бабушки Зои пройдёт синдром опустевшего гнезда.

— Дети у нас родились рано, мы с Кириллом учились на втором курсе, — продолжила Зоя. — Так что пришлось покрутиться. Спасибо свёкрам, кормили нас, пока мы не окончили учёбу. С детьми помогали. Когда появились деньги, Кирилл купил им домик на море, и они стали забирать пацанов на всё лето. И вот там эти мелкие Рыбы отрывались за весь год — буквально жили в воде, домой не загонишь. Мне кажется, они с жабрами родились.

— Сама ты с жабрами, — усмехнулся Кирилл. — Федя и Вася — копия ты.

— У них твои глаза, — сказала я. — Голубые-голубые.

— Глаза мои, — согласился Кирилл. — И кое-что ещё, а в целом — мамочкины сыночки.

В его голосе звучала невероятная теплота. Он обожал своих сыновей. И хотел ещё детей — он сам об этом говорил. Если не от жены, то… от меня. Интересно, на кого были бы похожи наши дети?

— А ты кто по гороскопу? — спросила я Кирилла.

— Овен.

— А, понятно, огненный знак, — улыбнулась я. — Упрямый и упорный?

Я изобразила пальцами рожки.

— Угу, я такой. А ты у нас кто?

— А я Телец, — ответила я.

Кирилл рассмеялся и сел в воде ровно.

— И это Телец будет рассказывать мне про упрямство?

— Я не упрямая! — запротестовала я.

— А какая ты? — спросил Кирилл, и они с Зоей на меня посмотрели.

— Я обычная. Земная… Земной знак.

Я переводила взгляд с Кирилла на Зою и видела в их глазах одно и то же. Они испытывали ко мне одинаковые чувства. Мужчина и женщина. Разве это возможно? Меня охватило волнение — словно я стояла на краю пропасти и готовилась спрыгнуть. Разобьюсь или полечу? Или мягко приземлюсь на землю, раз уж я земной знак?

— Всё! — воскликнула Зоя. — Пора в баньку на второй заход! А потом будем делать массаж Маше.

Мрамор был гладким и тёплым — работал подогрев стола. Я распласталась на нём щекой, грудью и бёдрами. Руки вытянула вдоль тела. Зоя деловито ходила вокруг меня, расставляя баночки с косметикой. Умело собрала мои волосы в узел на макушке, чтобы не запачкать во время процедуры.

Кирилл, завёрнутый в полотенце, сидел в шезлонге и наблюдал за нами. В мерцающей полутьме я не могла разглядеть выражение его лица, но не сомневалась, что на нём написаны интерес и ожидание. Вероятно, на моём лице были написаны те же эмоции, плюс немного смущения и робости.

Мы находились в необычной ситуации. Несколько месяцев назад я и помыслить о таком не могла: я лежала абсолютно голая и беззащитная на мраморном ложе, Зоя Эдуардовна Ярцева готовилась сделать мне массаж, а её муж, Кирилл Олегович, любовался нами, отдыхая после сауны.

— Расслабься, моя хорошая, — Зоя провела ладонью по моей спине — от лопаток к копчику.

По телу побежали мурашки.

— Сначала — скраб с минералами Мёртвого моря, — сказала Зоя, обойдя стол и остановившись в изножье. — Закрывай глаза и наслаждайся. Кира, включи нам музыку.

Я последовала совету. Закрыла глаза, расслабилась и приготовилась наслаждаться. Раздались чарующие звуки: словно капли дождя били по медным тарелочкам, а по камням журчали ручейки. И птички пели. Полный релакс.

Зоя нанесла скраб сначала на ноги и методично их отмассажировала, поднимаясь от ступней к бёдрам. Довольно профессионально. Видимо, специально брала уроки или научилась у своего собственного массажиста. Потом обработала мои руки и перешла к спине и ягодицам. Скраб таял на коже, пахло морем, водорослями и солью. Кожа горела в тех местах, где проходилась Зоя. Попа, которую она долго и безжалостно массировала, пылала так, словно меня отходили плёткой. Но это был приятный жар, расслабляющий, живительный. Мышцы благодарно ныли в ответ на воздействие.

— Перевернись, — сказала Зоя и я, постанывая от удовольствия, перевернулась на спину.

Зоя снова начала с ног. Дошла до паха и переключилась на руки. Аккуратно поскрабила живот. Её прикосновения сделались более нежными, они пробуждали желание. Я неосознанно сжимала ноги. Наверняка вся была влажной.

— Для бюста и зоны декольте у меня есть другое средство. Хочешь попробовать? Оно более мягкое, с полезными экстрактами и подтягивающим эффектом. Хотя он тебе и не нужен…

— Нужен, — возразила я. — Хочу попробовать всё.

Зоя нанесла на грудь прохладный мусс и начала медленно и очень бережно массировать круговыми движениями. Мне не было неловко. В конце концов женщины уже прикасались к моему телу — и врачи, и массажисты, и косметологи.

Зоя приподнимала мою грудь ладонями, сдвигала к центру и отпускала. Обводила пальцами соски, рисуя на коже сужающиеся спирали. Услышав моё тихое постанывание, она ласково сжала напрягшиеся соски. Покатала их между скользкими пальцами. Меня прошибло разрядом удовольствия.

Я открыла глаза. С трудом сосредоточила взгляд на лице Зои.

— Нравится? — спросила она спокойным тоном, словно спрашивала о том, понравился ли мне её чай.

— Да. У меня чувствительные соски… — призналась я, остро ощущая свою наготу.

Зоя своё полотенце так и не сняла.

— Ты вся чувствительная, Маша, — улыбнулась она. — Кирилл, нам требуется твоя помощь. Будем мазать Машу маслом, но сначала её нужно помыть.

Кирилл подошёл к столу с другой стороны, поддержал меня под спину. Я попыталась сесть, но руки заскользили по мыльному мрамору. После основательного массажа я чувствовала себя такой слабой, такой разнеженной.

— Лежи спокойно, а то голова закружится, — сказала Зоя.

Я перестала дёргаться и отдалась в руки Зои и Кирилла. Она включила душевую лейку и направила на меня струю тёплой воды.

Мыть меня вдвоём у них получалось быстро и ловко. Их руки скользили по шее, груди и животу, смывая частички скраба. По бёдрам, коленям и ступням. Зоя усилила напор воды и направила на пальцы ног, от чего я вздрогнула и засмеялась. Щекотно! А потом Зоя тщательно вымыла крупинки, застрявшие между ягодицами. Струйка воды ударила по клитору, я не выдержала и застонала в голос. Кирилл прижал меня к себе. Я плавилась от его близости, меня вело от желания заняться сексом.

Я знала, что сегодня это случится, но понятия не имела, как всё произойдёт. У меня не было никакого опыта, у них тоже, поэтому никто из нас не торопился и не пытался изобразить сцену из порнофильма. Мы ластились друг к другу и прислушивались к собственным чувствам. Пока что всем было комфортно.

Зоя набросила на меня пушистое полотенце, а Кирилл обнял, промакивая капельки воды. Как же непривычно, когда тебя нежат два человека. Непривычно, но приятно. Какие острые, волнующие, восхитительные ощущения. Ничего подобного я раньше не испытывала. Всё внутри трепетало и замирало в ожидании.

— А теперь — масло карите, — скомандовала Зоя, доставая золотистый флакон и наливая в протянутую Кириллом горсть щедрую порцию масла.

В четыре руки они обмазали меня маслом. Нас окутал солнечный ореховый аромат. В этот раз их руки были смелее — они не боялись ранить нежную кожу частичками скраба. Скользкие масленые пальцы исследовали самые укромные уголки моего тела, теребили соски, гладили анус и клитор, пробирались внутрь — очень деликатно, очень ласково, очень возбуждающе. Я не знала, кто именно доставлял мне удовольствие, — женщина или мужчина. Возможно, оба сразу? Какая разница, если меня скручивало от предчувствия скорой разрядки, если тело сладко раскрывалось для моих любовников и просило ещё, ещё, ещё. Пусть продолжают меня ласкать, пусть делают со мной что хотят, только не останавливаются!

— Возьми её, — тихо попросила Зоя.

— Ты уверена?

— Я хочу этого, — Зоя подняла руку и погладила мужа по лицу костяшками пальцев.

Они смотрели друг на друга, а я любовалась их чеканными профилями и задыхалась от желания. В тот момент мне было плевать, что Зоя женщина. Я готова была отдаться ей, как мужчине, — если она захочет меня взять. Моё тело не отвергнет её.

Они прервали зрительный контакт.

Зоя подхватила меня под коленки и потянула на себя. Я ахнула и скользнула на край стола. Зоя оказалась между моими разведёнными ногами. Она наклонилась и обхватила пухлыми губами клитор. Пососала, облизала промежность горячим влажным языком и выпрямилась. У меня помутилось в голове от этого неожиданного поцелуя. Зоя тоже выглядела, как пьяная. Кирилл дышал так, словно находился на грани оргазма. Он схватил жену за затылок и рванул к себе. Впился в её губы, слизывая мой вкус и рыча от возбуждения. А Зоя сдёрнула с него полотенце и развернула ко мне.

Кирилл вошёл в меня мощным толчком, и я закричала от невыносимого наслаждения. Закинула ноги на плечи Кириллу и ловила его бешеный ритм, чувствуя, как в глубине моего тела зарождается будущий взрыв. Скоро, уже скоро, совсем скоро — как всегда с этим невероятным мужчиной. С ним я могла кончить за считаные секунды, так яростно и страстно я его хотела.

Я поймала Зою за руку и подтащила поближе — чтобы она не уходила, не отворачивалась, чтобы была рядом и разделила наше удовольствие. Я бы подарила ей свой оргазм, — и этот, и многие другие, — если бы могла. Она почувствовала моё лихорадочное состояние и прижалась щекой к щеке. Положила ладонь на живот, словно желая ощутить толчки члена в глубине тела. Содрогнулась вместе со мной, когда меня накрыло. «Маша, Маша, девочка моя…», — шептала она, пока я кончала.

Её трясло мелкой дрожью, она всхлипывала и прикусывала губу. Я догадалась, в чём дело. Она впервые видела женский оргазм. Не просто видела, она принимала в нём участие. И я не знала, обрадовало её это или расстроило. Она ведь не умела кончать.

— Зосенька… — вырвалось у меня.

Я встревоженно села на столе, спустила ноги на пол.

— Малыш, с тобой всё в порядке? — Кирилл взял Зою за плечи.

Она кивнула. И внезапно взяла в руку толстый багровый член Кирилла, всё ещё эрегированный, предельно твёрдый, увитый венами и блестящий от масла.

— Мне кажется… — начала она неуверенно. — Да нет, не кажется. Я кое-чего хочу, — Зоя толкнула мужа к шезлонгу.

Кирилл упал на спину, а Зоя запрыгнула на него, как на Ангела, — без седла и стремян. Медленно, глубоко дыша, опустилась на член. Кирилл громко застонал, а я смотрела на них во все глаза, потому что ничего красивее в своей жизни не видела. Они трахались так же, как танцевали бачату, — горячо, умело, слаженно.

— Машуль, иди к нам, — позвала Зоя, обернувшись ко мне. — Без тебя ничего не получится. У нас будет настоящий секс втроём.

Я растерянно шагнула вперёд, не понимая, что делать.

— Дорогой, ты справишься с двумя девушками? — спросила Зоя, поднимаясь и опускаясь на члене мужа.

— Всегда мечтал попробовать, — хищно улыбнулся Кирилл и ухватил меня за бёдра.

Развернул и усадил себе на лицо. Я испуганно ойкнула и привстала, а потом поняла, что они задумали.

Вот это да!

Можно танцевать бачату втроём!

Меня захлестнула лавина эмоций. Я устроилась так, чтобы Кириллу было удобно меня ласкать и упёрлась ладонями в широкую мускулистую грудь. Рядом располагались узкие изящные ладони Зои. Наши с ней лица находились на расстоянии пяти сантиметров, мы могли бы поцеловаться или потереться грудью, если бы захотели.

Кирилл сосал мой клитор, вылизывал набухшие губы и в то же время жёстко трахал Зою, поддавая бёдрами. Иногда он стонал в голос и до боли сжимал ягодицы. Меня уносило, я задыхалась, мышцы напряглись до предела. Накатывал второй оргазм — неистовый и сокрушительный. Я крутила бёдрами, как в танце. Зоя тихонько постанывала, когда Кирилл вбивался особенно глубоко, и сорвано дышала. По груди скатилась капелька пота.

Не раздумывая ни о чём и не анализируя, я погладила Зою по плечу:

— Ты кончишь? — спросила я.

— Не знаю… — она облизала пересохшие губы. — Может быть.

— Помочь тебе?

Её глаза подозрительно блеснули, как будто были наполнены слезами. Но это ведь нормально — плакать во время секса? Я иногда плакала.

— Помоги.

— Как? — меня накрывало, я соскальзывала в оргазм, как в сладостный бездонный омут. И я точно знала, что там найдётся место ещё для одной девушки, для Зои Ярцевой. — Что мне сделать?

— Поцелуй меня, пожалуйста…

Меня не нужно было просить дважды. Я преодолела разделявшие нас пять сантиметров и поцеловала припухшие губы — мягкие, нежные, женские. Такие непривычные, ни разу в жизни не пробованные. В ответ Зоя обвила меня сильными руками и прижалась горячей грудью.

И меня сорвало.

А потом сорвало Зою. Она билась в моих объятиях, как выброшенная на берег рыбка, а я держала её и помогала пережить первый в жизни оргазм. А потом кончил Кирилл, стискивая нас обеих и рыча от наслаждения.

А потом мы с Зоей расплакались.