Муж любовницы моего мужа

5. Танец страсти

Оказалось, офис Кирилла находился неподалёку от ресторана. Они с Зоей часто тут ужинали. Когда мы вышли на улицу и юркнули в облитый дождём лимузин, Кирилл указал пальцем на старинный особняк:

— Я здесь работаю. Забегай, если будешь гулять по городу, угощу тебя кофе.

Несмотря на позднее время, в здании светилось много окон. Там явно бурлила жизнь.

— А что, рабочий день ещё не закончился? — спросила я.

— В самом разгаре, — подтвердил Кирилл. — Только что открылась Нью-Йоркская биржа.

— А ты сбежал?

— Проголодался, — улыбнулся он. — Я знал, что Зоя привезёт тебя сюда, но не был уверен, что смогу вырваться.

— Если бы не Маша, ты торчал бы в офисе до полуночи! — шутливо упрекнула Зоя.

— Ты права, дорогая, — согласился Кирилл. — Спасибо Маше, что вытащила меня из кабинета!

Мне стало приятно, что ради меня он пожертвовал работой.

За рулём вместо водителя сидел телохранитель Виктор. Он даже ухом не повёл, слушая наши разговоры. Как жаль, что вечер подходил к концу! Меня отвезут в Мухобор, и на этом всё завершится. Эмоции, которые я испытала, никогда уже не повторятся. Слишком бурными и противоречивыми они были. Никто мне больше не предложит секс втроём, потому что такими порочными вещами занимаются лишь лысые женщины модельной внешности, переживающие кризис среднего возраста, и их терпеливые мужья-миллионеры.

Я верила, что Зоя не шутила по поводу дружбы, но с трудом представляла, как это осуществить на практике. Кто я, а кто они? У нас совсем разная жизнь. Если мы и будем встречаться, так разве что в салоне «Натали» или на конюшне, если я туда нагряну. Кто я для них? Просто девчонка из Мухобора. Сексуально привлекательная для обоих, но… не уникальная. Не особенная, не единственная в целом мире. Скоро они найдут другую и забудут обо мне.

Наверное, это к лучшему.

— Итак, — сказала Зоя голосом перебравшего тамады, — следующий пункт программы — танцевальная вечеринка! У меня есть пригласительные билеты на четверых человек! Машуль, ты любишь танцевать бачату? По глазам вижу, что любишь!

— Это латиноамериканский танец? Я не умею.

— Мы тебя научим! — пообещала Зоя.

— Я думала, мы поедем в Мухобор.

— А зачем нам Мухобор? Не нужен нам Мухобор! Мы будем пить, танцевать и развлекаться до утра, пока не закроется Нью-Йоркская биржа!

— Наталья Петровна меня убьёт.

— Да она будет счастлива, что вы с Димкой оставили её в покое! Поверь мне, у меня двое взрослых детей. Иногда я мечтала, чтобы они переночевали где-нибудь в другом месте, и желательно, чтобы их там покормили!

Я глянула на Кирилла, он лишь посмеивался, наблюдая за нами.

— Хорошо, — сдалась я. — Бачата так бачата!

Вечеринка проходила в закрытом клубе, куда пускали только по приглашениям. Гремела зажигательная музыка, под потолком крутились зеркальные шары, на танцполе извивались парочки. На танец это мало походило — скорее, на прелюдию к сексу. На бесстыдную и горячую прелюдию.

Я чуть шею не свернула, пока Зоя тащила меня к столику. Мы уселись втроём на диванчик, а Виктор устроился по соседству.

— А нельзя позвать его к нам? — вырвалось у меня. — А то как-то неловко. Что он как бедный родственник?

— Он не бедный, — ответил Кирилл. — Просто он на работе.

— На тебя могут совершить покушение? — мне приходилось перекрикивать музыку. — Думаешь, где-то здесь затаились киллеры?

— Не думаю. Но могут найтись люди, которые захотят сфотографироваться со мной, выпить бутылку водки и поболтать за жизнь. Виктор их отсеивает на подходе. Он охраняет мою личную зону комфорта, не беспокойся за него.

— Ясно… — Я вспомнила, как Виктор поймал меня, когда я побежала за Кириллом, чтобы отдать деньги. — А я, значит, вхожу в твою зону комфорта?

— Определённо, — ответил он.

Принесли два высоких бокала со светящимся голубым коктейлем. Один поставили передо мной, другой — перед Зоей. Она припала к соломинке, жестом показывая, чтобы я последовала её примеру. Я попробовала коктейль. Холодный, сладкий, пахнет ананасом и разными тропическими фруктами. Но какой же крепкий, зараза! У меня ещё шампанское не выветрилось, а тут уже новый алкогольный напиток. Но оторваться невозможно!

— А Кирилл? — спохватилась я. — Почему он ничего не пьёт?

— Потому что я не пью, — ответил он.

— Но ты же не за рулём.

— Я совсем не пью, — он широко улыбнулся, снял пиджак и закатал рукава белой рубашки до локтей.

Какие красивые у него руки! Крепкие, волосатые, с изящными запястьями. Ну и часы, конечно, классные — тонкий золотой корпус, чёрный циферблат. Они ему шли.

— Ну хоть глоточек попробуешь? — не отставала я.

— Машуля, это бесполезно! — крикнула Зоя. — Этот упрямец пьёт только минералку. Никогда не видела его поддатым. Пойдём, я покажу тебе, как танцевать.

Он вытащила меня из-за стола и поставила напротив себя:

— Повторяй за мной, как будто смотришь в зеркало. Я научу тебя трём основным движениям: доминиканский шаг, шаг в сторону и квадрат. Это просто!

И действительно, через десять минут я научилась считать шаги, делать акцент на четвёртом и двигаться вдоль воображаемого квадрата. Когда ты нетрезвая — ты гибкая, грациозная и всё схватываешь на лету. Впрочем, себя я со стороны не видела, зато видела потрясающе пластичную Зою, которая казалась мне моим собственным отражением.

— А теперь попробуем в паре! — предложила Зоя и подтащила меня поближе.

Всунула колено между моими ногами и начала двигаться медленно-медленно, чтобы я успевала считать шаги и подстраиваться под ритм бачаты.

— Молодец, молодец, — приговаривала Зоя, — ты просто прирождённая танцовщица. Мягче, чувственней, не торопись. Слушай своё тело…

Я фыркала, но очень старалась танцевать правильно и красиво. Даже попой начала подвиливать, как делали другие девушки. Было здорово! Краем глаза заметила, что Кирилл, склонив голову к плечу и скрестив руки на груди, внимательно за нами наблюдал. Это воодушевляло. Если бы ему не нравился наш танец, он бы смотрел на другие пары.

— Всё! — объявила Зоя. — Ты готова идти на танцпол!

— Тогда пошли! — я взяла её за локоть.

Мне хотелось двигаться, отдаваться музыке, наслаждаться танцем.

Зоя засмеялась:

— Ты со мной собралась танцевать, что ли?

— Ну да. А что такого?

— Это танец любви и страсти. Его танцуют… эмм… разнополые партнёры.

— Пфф! Даже танго могут танцевать две девушки, я видела в кино. Да что там девушки! Даже мужчины могут танцевать танго в паре!

Зоя начала заливисто хохотать. Кирилл тоже улыбался, слушая нашу беседу. Он встал и подошёл к нам:

— Маша, ты можешь потанцевать со мной.

Я оторопело уставилась на него:

— А ты умеешь?

— Брал пару уроков несколько лет назад.

— Оу…

Я и не предполагала, что он танцевал бачату.

— Но если ты предпочитаешь с Зоей, я не против. Вы отлично смотритесь вместе.

Его язык скользнул по губам. Прядь тёмных волос свесилась на лоб. Выглядел он так сексуально, что по телу разлилось томительное ожидание его прикосновений. Если он вставит колено между моими ногами… Щеки начали наливаться жаром. Что ж такое-то?! Я быстро схватила бокал с голубым коктейлем, высосала прохладный напиток до донышка и сказала Кириллу:

— Я с удовольствием с тобой потанцую!

Он подал мне руку, и мы пошли в центр зала.

Кирилл положил ладонь мне на поясницу, и я шагнула к нему вплотную. Он чуть отстранился и склонился к моему уху:

— Мы ведь друзья теперь, верно?

— Ну да.

— Тогда не прижимайся ко мне слишком сильно, иначе почувствуешь, какой я плохой друг.

Я не сразу поняла фразу, а когда поняла, по телу прокатилась дрожь. Я опустила глаза и увидела, что ширинка на брюках Кирилла топорщилась — не настолько явно, чтобы привлекать внимание окружающих, но достаточно отчётливо, чтобы я догадалась, в чём дело. Словно в трансе, я подалась вперёд и прижалась к Кириллу всем телом.

— Всё нормально, — сказала я, — это же танец страсти.

— Ты испытываешь то же самое? — спросил он, касаясь тёплыми губами ушной раковины.

От его вопроса сбилось дыхание и потемнело в глазах.

— Да, — призналась я.

Да! Да! Да! Я тоже его хотела, как ненормальная. Это всё откровенные разговоры, алкоголь и воспоминания о поцелуе в салоне.

— Спасибо за честность, мне уже не так стыдно, — сказал он и сделал первое танцевальное движение.

Сначала я путалась в шагах и сбивалась в счёте, но через некоторое время расслабилась и позволила Кириллу себя вести. Я не видела никого вокруг, меня пронизывал ритм бачаты и дурманила близость желанного мужчины. Я знала, что наваждение скоро рассеется, но пока танец не закончился, я хотела получить всё удовольствие, какое только возможно.

Музыка стихла, Кирилл обнял меня и похвалил:

— Для первого раза просто замечательно!

Он проводил меня к столику, галантно усадил на диван и подал руку Зое.

Они вышли на танцпол с таким изяществом, словно участвовали в международных соревнованиях. Несколькими уроками тут явно не обошлось. Когда-то они всерьёз увлекались танцами, — видимо, пока Зоя не вспомнила про лошадок и не построила в Мухоборе конюшню.

Зоя закинула руки на плечи Кирилла и ласковым жестом взъерошила ему волосы. А он рванул её на себя, вжимаясь бёдрами и заставляя Зою прогнуться в пояснице. Она гибко прогнулась, как гимнастка или фигуристка, и описала рыжей макушкой полукруг. А потом выпрямилась, и они начали танцевать бачату. Парочки вокруг них расступились.

Это был самый страстный танец, который мне доводилось видеть. Оба высокие, красивые, артистичные, они танцевали так, что люди достали телефоны и начали их снимать. Зоя и Кирилл кружились в центре зала, то откровенно прижимаясь друг к другу, то распадаясь на две половинки и держась за руки переплетёнными пальцами. Её бёдра выписывали восьмёрки, ноги отстукивали ритм, а его мускулы играли под белой рубашкой.

Ярцевы выглядели как бесконечно счастливая семейная пара. Многие, я уверена, им позавидовали — их красоте, зажигательной страсти и любви.

Они обожали друг друга.

Они боготворили друг друга.

Какая разница, что они изменяли друг другу?

Если бы Димка любил меня так, как Кирилл любил Зою, я бы всё ему прощала. Всё-таки ревность — это от неуверенности и страха, что другая женщина получит то, чего не хватало мне самой. Внимания, нежности, секса. А Зое всего хватало. Она не ревновала Кирилла. Она твёрдо знала, что с кем бы ни спал её муж, любить он будет только её.

Как им удалось создать и сохранить такую идеальную семью? В чём секрет?

В конце выступления они поцеловались взасос, и все зааплодировали. Кирилл и Зоя вернулись к столу и рухнули на диванчик.

— Ты меня совсем умотал! — пожаловалась Зоя мужу, энергично обмахиваясь папкой меню. — Машуль, тебе понравилось, как мы танцевали?

— Вы офигенные, — ответила я. — Вы просто созданы друг для друга!

Зоя захохотала:

— За это нужно выпить! Нанесём ещё один удар по «Голубым Гавайам»?

— Нанесём!

— Поаккуратнее, девчонки, — рассмеялся Кирилл, наливая себе газировку. — Нам не нужен второй Перл-Харбор.

Но мы, конечно, напились. И всё-таки станцевали с Зоей женскую бачату на радость зрителям! Я к тому времени совсем опьянела, ноги заплетались и не попадали в такт, зато попа виляла сама собой. Зоя меня вела, крутила и прижимала к себе, когда я пыталась свалиться на пол. Иногда мы останавливались, хохотали над чем-то, согнувшись в три погибели, а потом снова продолжали танцевать. Давно мне не было так весело! Кирилл нам не мешал и больше не просил быть поаккуратнее. Сидел на диване, вытянув длинные ноги в блестящих ботинках, потягивал минералку и отдыхал от своих нефтегазовых дел. Невероятный мужик!

А когда я выдохлась, Зоя станцевала супер-эротический танец с клубным негром, возможно, даже доминиканцем. О, это было полное бесстыдство! Не страсть, не любовь, а голый и неприкрытый секс. Этот негр перетанцевал даже Кирилла Ярцева! Я хлопала и орала от восторга, а Кирилл улыбался, глядя на меня.

Когда мы с Зоей отправились в туалет, я обнаружила пять пропущенных звонков от Димки, три от свекрови и сообщение: «Закончил работу в Ростове. Завтра выезжаю домой. Буду предположительно послезавтра вечером». Завтра, послезавтра — в моей голове всё перепуталось. Если сейчас три часа ночи, то послезавтра — это когда?

— Кто пишет? — спросила Зоя, заглядывая в телефон.

— Димка. Говорит, приедет послезавтра.

— Да, я в курсе. Он привезёт Ангела. Придёшь на него посмотреть?

— На ангела?! — я в шоке уставилась на Зою.

— Это жеребец, Машуля, а не реальный ангел! Великолепный белый жеребец!

— А, это лошадь… — смутилась я. — Дима прискачет на нём из Ростова?

— Ты что, не верхом же! Он привезёт его в специальном фургоне для перевозки животных. За пару дней должен управиться. Я выбирала между Ангелом и другими жеребцами, сегодня Дима всех проверил и сказал, что Ангел лучший. Завтра я переведу деньги конному заводу.

— Поздравляю с новым коником! Конечно, я приду посмотреть на Ангела, — меня пошатнуло, и я привалилась спиной к скользкой кафельной стене.

Главное, удержаться, и не сползти по ней на пол. Перед глазами плыло. Кого-то тошнило в одной из кабинок.

— Ой, да ты совсем расклеилась. Кому-то пора в постельку.

— Я сейчас вызову такси…

— Не надо никакого такси, поедем к нам.

— К вам домой? Нет, мне неудобно…

— Неудобно жопой огурцы собирать. Наша квартира недалеко отсюда — переночуешь у нас, а завтра утром тебя кто-нибудь отвезёт в Мухобор. Или я, или Кира, или Витя.

— Наталья Петровна будет недовольна, если я не вернусь.

— Да забудь ты про свою Наталью Петровну! Дай телефон. — Зоя вытащила из моей безвольной руки телефон и начала писать сообщение свекрови: — Только что освободилась. Переночую у Зои. Не беспокойтесь, у меня всё в порядке. — Зоя отправила сообщение. — Вот и всё, пусть человек спокойно отдыхает.

Мы вышли из туалета и в полутёмном холле, наполненном сигаретным дымом и бешеным драйвом латинской музыки, наткнулись на Кирилла. Увидев, в каком я состоянии, он обхватил меня за талию, а я расслабленно прильнула щекой к его груди. Словно на подушку легла, набитую не гречневой шелухой, а литыми мышцами. Век бы так лежала!

— Ты как? — спросил Кирилл.

— Немножко накрыло, — призналась я. — Не волнуйся, скоро отпустит.

Грёбаные Гавайи. Такие коварные — сначала сладкие, потом пьяные.

— Маша переночует у нас, — сказала Зоя. — Пойду позову Витю, а ты отведи её в машину. Боюсь, сама она не дойдёт.

Нет, я бы и сама дошла, но кто откажется от такой трогательной заботы? Бережно поддерживая, Кирилл повёл меня к выходу. От его горячих ладоней по телу разливался жар и концентрировался в одной точке.

В машине он тоже меня обнимал, а с другой стороны подпирала Зоя. Я чувствовала себя пятнадцатилетней девчонкой, которая впервые в жизни напилась, а родители разыскали её в шалмане и под конвоем увезли домой. Я посматривала то на Кирилла, то на Зою и хихикала.

Они жили в старом дореволюционном доме с атлантами. Я знала этот район. Самый центр города. Каждый раз, проходя мимо этого здания, я останавливалась и любовалась обнажёнными мужскими фигурами — такими мощными, такими монументальными.

— Вы тут живёте? Круто! Давно мечтала посмотреть, какие квартиры в этом дворце.

— Это не дворец, а доходный дом, — заметил Кирилл, подавая мне руку.

Мне не сразу удалось выйти из машины, и ему пришлось поднапрячься, чтобы вытащить меня наружу. Я плюхнулась к нему в объятия, как сорванное яблоко в ладонь. Мне это нравилось. Ему это нравилось. И даже Зое это нравилось. Мы все улыбались.

— Какие красивые мужчины, — я запрокинула голову, разглядывая статуи, прикрытые лишь клочками ткани в стратегических местах.

— Надо тебя в Эрмитаж сводить, что ли, — сказала Зоя. — В зале античности полно голых мужиков, тебе там понравится.

Я рассмеялась. Я была в Эрмитаже много раз. Меня завораживали причёски и костюмы прошлых веков. Когда я стояла перед портретом Дамы в голубом, мне казалось, что маленький зал наполняется ароматом пудры для волос и летающими в воздухе пёрышками.

Дружной троицей мы забились в старый лифт с резной дверью и поднялись на шестой этаж. Механизм скрипел, дверцы дребезжали, а потемневшее от времени зеркало отражало наши лица: моё с пунцовыми пятнами на щеках, Зоино остроскулое, и серьёзное лицо Кирилла. Он смотрел на меня, а не на Зою. И по-хозяйски держал руку на моей пояснице.

Он был похож на мужчину, который снял в клубе подвыпившую идиотку и привёл к себе домой, чтобы потрахаться. А я сильно смахивала на эту идиотку. Только Зоя не вписывалась в картину. С каких это пор жены сопровождали мужей во время съёма?

Всё с этими Ярцевыми было неправильно.

— А почему вы не купили квартиру в каком-нибудь новом доме? — спросила я, смущённая пристальным мужским взглядом. — Или вам нравится жить в центре?

— А мы её не покупали, — ответила Зоя. — Эту квартиру получил мой дедушка за вклад в освоение космоса. Я здесь выросла. Мы Кириллом ходили в школу, которую снесли, когда построили новую сцену Мариинки. Родители Кирилла до сих пор живут по-соседству.

— Очень удобно, когда родня по соседству, — заметила я.

— Да уж намного удобнее, чем жить у свекрови, — согласилась Зоя. — Приехали, выходите!

Их квартира оказалась просторнее, чем я думала. Мы попали в гостиную-кухню с несколькими окнами и дверями, которые вели в другие комнаты. Обстановка напоминала интерьеры из фильмов про советскую номенклатуру: мебель из красного дерева, кожаные диваны, хрустальная люстра с подвесками. Даже камин здесь был — мраморный и, похоже, действующий. Вот уж не думала, что менеджеры нефтегазовых предприятий жили в антикварных квартирах. Видимо, Зоя накрепко прикипела к родовому гнезду. Она отлично вписывалась в интерьер — он был таким же неординарным, как она сама.

Я с наслаждением скинула ботинки и пошевелила пальцами ног.

— Можно мне в ванную? И какой-нибудь… халат или штаны с футболкой?

— Пойдём, — сказала Зоя. — Я тебе помогу, а Кира сделает нам витаминный напиток. Или ты хочешь чего-нибудь покрепче? Капелька виски нам сейчас не повредит.

— О нет, только не виски! Я и так много выпила. Шампанское, потом коктейли… Последний точно был лишним.

— Ну как хочешь. А я выпью рюмочку на сон грядущий.

Зоя провела меня в ванную комнату, где я уселась на край ванны. Силы меня оставили.

— Устала? — спросила Зоя и потянула за край моей водолазки.

Я безропотно подняла руки. Водолазка соскользнула с тела. Я осталась в одном лифчике. Я не стеснялась раздеваться перед Зоей, ведь мы обе были женщинами. Хотя я заметила любопытный взгляд, которым Зоя мазнула по моей груди. Как беличьей кисточкой по обнажённой коже — щекотно, но приятно.

— Теперь джинсы, — Зоя хлопнула меня по колену и полезла в шкафчик под умывальником.

Я расстегнула пуговицу и стащила джинсы.

— Резинка у тебя есть? — спросила Зоя.

— Резинка?

— Для волос.

— А-а…

Я скрутила волосы в жгут и прихватила заколкой-уточкой, а Зоя нахлобучила мне на голову полиэтиленовую шапочку. Включила воду в душе.

— Помочь тебе помыться или сама справишься?

— А ты хочешь меня помыть? — я посмотрела ей в глаза.

— А ты хочешь, чтобы я тебя помыла?

— Я первая спросила.

— Ты что, заигрываешь со мной? Не стоит, детка, — Зоя карикатурно пошевелила бровями, как какой-нибудь гангстер в кино. — Это может плохо для тебя закончиться.

Я не удержалась и фыркнула. Зоя тоже усмехнулась:

— Мойся. Сейчас принесу халат. Одноразовые зубные щётки найдёшь в шкафчике, там же всё остальное. Понадобится помощь друга — зови.

Я долго стояла под горячими струями воды, наслаждаясь тем, что она внезапно не кончится, как бывало в нашем деревенском доме. Потом выбрала ароматный гель для душа и растирала его по коже, пока не осознала, что мытьё постепенно превращается в другое занятие. В голове плавали мысли о том, что каждый день в этой ванне мылся Кирилл, — голый, полусонный, возможно, с утренней эрекцией. Пришлось срочно ополоснуться. Не хватало ещё заниматься рукоблудием в чужом доме! И не надо представлять Кирилла голым! Это неправильно и глупо после всего, что случилось в последние дни. Мы договорились быть друзьями — вот так и следует к нему относиться.

Халат оказался шёлковым чудом от известного французского бренда. Розовый, невесомый, длиной до пола. Приятно было надеть безупречно пошитую вещь. Он скрывал лишние килограммы и подчёркивал цвет волос. Если бы я носила дома такие халатики, а не вытянутые пижамы со смешными надписями, Димкина страсть не остыла бы так быстро…

Кирилл и Зоя сидели за барной стойкой. Он резал на деревянной доске кусочки сыра и передавал Зое — она закусывала ими свой виски. Идиллические семейные посиделки ночью на кухне. Уютно и романтично. Может, поэтому их любовь продлилась дольше трёх лет?

Они оба на меня посмотрели, когда я подошла к столу и неловко, бочком залезла на барный табурет. Глаза Кирилла блуждали ниже положенного. Я быстро себя оглядела и увидела, что соски напряглись. Они туго натягивали тонкий шёлк и отлично просматривались под тканью. На них Кирилл и пялился. Захотелось прикрыться, но это бы выглядело совсем нелепо. С трудом оторвав взгляд от моей груди, Кирилл протянул стакан с напитком малинового цвета:

— Выпей, — сказал он чуть хриплым голосом.

— Что это? Алкоголь?

— Нет, это витамины и минералы, полезные для здоровья, — ответила Зоя. — Завтра будешь свежа, как майская роза.

Я выпила кисло-сладкий напиток до дна. Во рту остался ягодный привкус.

— Ладно, девочки, мне пора спать, утром на работу, — сказал Кирилл, вставая. — А вы отдыхайте, не буду вам мешать.

Он поцеловал Зою в щёчку и потрепал меня по плечу, проходя мимо. Не поцеловал, как при встрече. Не захотел? Побоялся? Ну и правильно, хватит объятий и поцелуев.

— Спасибо за вечер, — сказала я ему в спину.

Он махнул рукой.

Мы посидели в гостиной ещё минут двадцать. Зоя цедила виски, а я медленно обошла комнату и задержалась у камина, на котором стояли фотографии в рамочках. Меня заинтересовал один снимок — два рослых рыжих парня на фоне величественного здания. Кажется, это был какой-то московский вуз. Ребята улыбались во весь рот и выглядели счастливыми. Они были похожи друг на друга как две капли воды и очень смахивали на Зою — цветом волос и тонкими чертами лица. Мамины сыночки. От отца им достались только глаза — яркие, голубые, пронзительные. Красивые парни.

— Мои мальчики, — сказала Зоя. — Люблю их больше всего на свете.

— Скучаешь по ним?

— Не то слово.

— Так заведите ещё одного, — предложила я. — Вы же ещё молодые.

— Вот уж нет! С меня хватит. А вы почему не заведёте?

Я пожала плечами:

— Сначала нужно встать на ноги и переехать от свекрови. Дети — это большая ответственность.

— Ладно, — сказала Зоя, — надеюсь, ты встретишь мужчину, от которого захочешь родить. Пойдём, я постелила тебе в детской комнате.

Она провела меня по коридору в дальнюю комнату. Под ногами поскрипывал паркет, пахло старыми книгами и чем-то смутно знакомым. Видимо, Зоиными духами или туалетной водой, которой пользовался Кирилл. В темноте квартира казалась таинственным замком с мрачными закоулками и дверями, за которыми могло прятаться всё что угодно. При каждом шаге полы халата оплетали икры, как шёлковые путы. Все чувства были обострены.

В детской горел ночник. Зоя указала на одну из кроватей:

— Надеюсь, тебе будет удобно. Спокойной ночи, — она легонько коснулась губами щеки.

И опять словно пощекотала беличьей кисточкой. Приятно.

— Тебе тоже, — ответила я. — Спасибо.

Зоя ушла, тихо притворив дверь, а я огляделась. Чёрные обои с японскими постерами (алые иероглифы, анимешные девочки с мечами), чёрная мебель и чёрные шторы на окне. Две кровати, два рабочих стола с компьютерами, игровая приставка, телевизор, стеллажи с учебниками. Братья жили в одной комнате. Видимо, они дружили и не хотели разъезжаться по разным помещениям, хотя места в квартире было предостаточно.

Я погасила ночник, скинула халат и скользнула под одеяло. Вытянулась на спине и представила, как Зоя возвращается по коридору в гостиную, ступает босыми ступнями по вытертому персидскому ковру, гасит везде свет и ложится в постель к мужу. И они занимаются сексом. Прямо сейчас. Где-то в этой квартире. Возможно, через стенку от меня.

Я затаила дыхание и прислушалась. Но нет, стонов слышно не было, только стук дождевых капель об оконное стекло. Я сжала грудь и потеребила соски, которые всё ещё стояли торчком. Скользнула рукой между ногами. Ох, как там всё было влажно! Я обвела средним пальцем клитор и набухшие губы. Какая-то мышца внизу живота отозвалась на прикосновение сладким и длинным содроганием. Как давно у меня не было секса! Я прикусила губу. Стыдно и неловко заниматься этим в детской комнате, но иначе я не засну. Так и буду представлять, как Кирилл трахает Зою в соседней спальне. У идеальной пары наверняка идеальный секс.

Пальцы знали своё дело. Дыхание стало частым, мне приходилось сдерживаться, чтобы не застонать.

Внезапно дверь открылась, и в комнату просочилась неясная тень. Я замерла и всмотрелась в темноту. Это правда или мне померещилось? Ни черта не видно в этой чёрной-пречёрной комнате! И ночник далеко, не дотянуться.

— Кто здесь? — спросила я испуганно. — Зоя, это ты?

Послышался шорох одежды, как будто кто-то раздевался около кровати, а потом одеяло приподнялось, и на меня навалилось горячее тело.

— Хочу тебя, — раздался тихий срывающийся голос. — Не могу больше терпеть…