(Не) Единственная

Глава 21

Наталья

Я вышла в коридор, напряженная, слегка растерянная. Стучала каблуком по кафелю, пока не пришла к выходу.

В дверях стоял мужчина. На голову выше меня, широкоплечий кареглазый брюнет со стиснутыми зубами.

— Это ты тут руководишь? — принялся тыкать мне, а у меня аж ком в горле.

— Не ты, а вы, это во-первых, а во-вторых, что у вас здесь случилось? Какие претензии?

Он осмотрел меня презрительно с ног до головы. Задержал взгляд бешеный на моем лице.

Испепелял. Пилил. Да кем он себя возомнил? Ругается на мою сотрудницу и мне тыкает. Зазвездился, мужчина?

— Надо вам, что? — это хоть и не профессионально, но в таком тоне разговаривать со мной я ему не позволю.

Я ему не девочка на побегушках. Он в моей больнице. И что его там не устроило, может сказать сразу, а не тянуть быка за яйца.

— Чтобы мне сделали все нормально, может, вы сами? — он держал одну руку в кармане коричневых брюк из плотной ткани.

Ухмыльнулся и прикусил губу. Что не болит уже? Голова пуста, а яйца полны?

Ну понятно.

— Приходите через неделю, к сожалению, уже сегодня у нас график плотный. Как раз у вас будут готовы временные коронки. Примерим. Лично сделаю.

Он нахмурился, но как-то с сарказмом.

Сделал шаг ко мне. Навис, как скала и снова оглядел меня, как осматривают товар те, кто очень его хотят, не хватает денег.

Нахал. Бестактный и бескультурный. Такой же, наверное, как и дружки моего мужа.

Не удивлюсь, если он тоже один из них.

— Буду ждать звонка вашего администратора с точным временем, — он вытащил руку из кармана и достал оттуда телефон, направился в сторону коридора.

Я подождала, пока он выйдет, а после обернулась на Катюку, которая закусывала щеки от смеха.

— Бу-бу-бу. Сколько ему лет сорок? А ведет себя как на семьдесят. Чего хотел? Бог его знает.

— Как его зовут? — я обернулась к провинившейся.

Та стояла, щеки красные, руки в замок. Распереживалась вся. Вот тебе и стажерка, наворотила уже. А я Кате не зря тогда про ее работу говорила, спрашивала как и чего.

Ой, беда с ними.

— Александр Александрович...

Не успела она договорить, как я ее прервала.

— Запиши его ко мне, я с ним сама разберусь, — кинула я вслед девочкам, направившись в свой кабинет.

Почему мужчины, богатые мужчины, думают, что им можно относиться ко всем как к вещам?

Судя по его часикам и перстню, он явно не бедствует. И виниры у него, как крыло самолета стоят, поменять решил, оттенок не понравился. А мне вот не нравится его поведение. Нахал.

Терпеть не могу таких мужчин. У меня аж злость накатила. Охватила меня всю, я словно в речку на крещение упала. Продрогла.

А этот...

Ладно, забудь Наташа, забудь. Тебе надо продолжать работать. Выдыхай уже.

Я села на кресло и открыла список контактов в телефоне.

— Кать, — подозвала я девицу, которая на цыпочках шла в мою сторону, словно в шутку боялась мне что-то сказать.

— А? — короткое, но такое многозначащее.

Да, великий русский язык, одна буква может обозначать множество. А? Как вопрос. Аааа... — как понятно. Ааа! — как страх. Ааа — с интонацией как презрение.

— Мне нужен юрист. Хороший, который специализируется на разделе имущества при разводах, можешь поискать через себя? Точнее, со своего номера позвонить, чтобы вдруг, что ко мне не привело?

Подруга нахмурилась, подвернула рукава на белом халате.

— Ну, могу, конечно. Ты решилась?

— Я решила, что мне нужно иметь спасательный круг. Кажется, этот мужик напомнил мне, какими сущностями могут быть эти... Ой, не буду даже называть.

— Поищу, конечно, поспрашиваю у знакомых. Ты права, надо, — она сделала паузу и открыла свой блокнот, черный кожаный с шитым переплетом, — быть подготовленной.

— Особенно, когда у вас есть дети и бизнес, — я обвела головой комнату, — я ему свою стоматологию не отдам. Не зря я здесь годами пахала и гробила свои ноги и спину. Не отдам, чтобы он там не делал. Если он за свое, то есть за нашу семью не борится, то я за свое, за клинику буду.