(Не) Единственная

Глава 63

Наталья

— Когда-то я ходил с ней на такие вечеринки...

Я вскинула на него удивлённый взгляд.

— С ней? С женой? — переспросила я.

Все еще не могу поверить.

Он кивнул и снова откинулся на диван, глядя в потолок, будто видел там свои воспоминания.

— Да. Ей нравилось это. Все эти маски, правила «да или нет», свобода выбора… Она была одержима этим миром. Как будто искала там что-то, чего не хватало в жизни. — Он усмехнулся, но в этом не было веселья. — А я… я любил её. Любил настолько, что готов был попробовать всё, чтобы сохранить наши отношения.

Я молча слушала, стараясь не перебивать.

— Она просила меня участвовать, — продолжил он, и его голос стал тише, чуть глуше. — Я пробовал. Пару раз. Думал, может, это просто вопрос привычки. Что со временем перестанет быть… грязным.

Он замолчал, а я невольно сжала пальцы на подушке.

— И? — тихо спросила я.

— И это такая мерзость, Наташ, — Саша резко выдохнул, словно выплёскивая что-то из себя, — Люди, которые теряют себя, превращаясь в животных. Вечное ощущение липкой грязи на коже. Ты стоишь там, смотришь на них и понимаешь, что не хочешь быть частью этого.

Я молча кивнула, понимая его чувства. Я сама видела всё это несколько часов назад — тела, стоны, пустые взгляды.

— А Светке нравилось, — продолжил он. — Для неё это была игра, в которой не было правил. И знаешь, что самое ужасное? Когда я сказал, что больше не буду в этом участвовать, она даже не разозлилась. Она просто махнула рукой, как будто это ничего не значило.

Он сделал паузу и снова потянулся к своему бокалу, но, кажется, передумал пить.

— Потом я узнал, что она связалась с каким-то двадцатилетним придурком. Знаешь, какой у них был «кайф»? — его взгляд вдруг стал тяжёлым, почти мрачным. — Он её душил во время этого.

Я вздрогнула, едва дыша.

— Что? — прошептала я.

— Да, — ответил он ровно, как будто рассказывал что-то обыденное, но в его голосе сквозило столько боли, что меня кольнуло в груди, — В одну ночь мне позвонили и сказали, что я должен срочно вернуться домой. Я приехал. Зашёл в спальню.

Он сжал ладони так крепко, что побелели костяшки пальцев.

— И увидел этого мальчишку. Он сидел на кровати. Голый. Рядом лежала она. Моя жена. Уже холодная, — Он поднял на меня взгляд, от которого у меня по спине пробежал холодок. — Он её придушил, Наташка. Пока трахал, придушил просто в порыве страсти. Позор вообще пиздец.

— Боже… — только и смогла выдавить я.

— Удар по яйцам, Наташ, — Саша усмехнулся, но голос его дрогнул, — Я тебя понимаю. Когда тот урод сидел у её тела, у меня было одно желание — убить его. Но я не сделал этого. Полиция забрала его, а я… а я остался один в пустом доме, с её духами, её вещами и её грёбаными тайнами.

В комнате снова повисла тишина.

Я смотрела на него, пытаясь осмыслить всё, что он сказал.

Вот это откровение....

Его спокойствие казалось теперь не бронёй, а тяжёлым грузом, который он носил на себе все эти годы.

Божечки блин.

— Почему ты мне это рассказываешь? — спросила я, чувствуя, как ком подступает к горлу.

— Потому что ты не первая, кто остался с разбитой жизнью и пустотой внутри, — ответил он, — Иногда проще рассказать это тому, кто сможет понять.

Я не знала, что сказать.

В его глазах не было ни жалости к себе, ни злости.

Только усталость. Огромная, многолетняя усталость.

— Мне жаль, — прошептала я, хотя понимала, что эти слова бессмысленны.

Он только кивнул и снова отвернулся к экрану, где викинги снова что-то громко кричали.

Я сидела рядом с ним, прижимая подушку к груди и не зная, что сказать.

Впервые за долгое время я почувствовала, что не одна.

— Удар по яйцам, говоришь, — пробормотала я, пытаясь разрядить обстановку.

Удар вдруг улыбнулся — впервые за весь вечер по-настоящему.

— А ты думала, я тебя не пойму? Я про твоего муженька сразу прознал, и когда он предложил мне поухаживать за его женой однажды, я решил прознать, кто ты. А это ты, представляешь. Злая начальница, которой я в клинике нагрубил.

Я покачала головой, пытаясь улыбнуться в ответ.

— Я просто не ожидала такого.

— Не всё в этой жизни можно ожидать, Наталья Николаевна. Не все можно знать. Особенно как быть хорошим отцом. Знаешь, еще когда тело Светы забрали, я сидел в этот день и смотрел видео. Обучение, представляешь. Как быть отцом одиночкой, как воспитывать дочь подростка и как объяснить девочке, что такое менструация. Мне звонят со похоронного агентства и спрашивают будем ли мы хоронить вашу жену так или так, какой венок выбрать, — он сделал паузу и взял меня за руку.

Я не дергалась. Не стала. Не хочу. Мне так его жаль и вообще я просто не могу представить себе эту ситуацию, у меня сердце кровью обливается.

А он продолжает...

— Они спрашивают, а я смотрю на прокладки с крылышками. Я ведь ничего не знал и когда у Евы не осталось матери, я должен быть крайне резко включится. Она не должна была чувствовать, что я ее совсем не понимаю. Я хотел, чтобы у нее остался хотя бы отец.