Наталья
Машина плавно свернула с главной дороги на узкую аллею, окружённую высокими деревьями, припорошенными первым выпавшим снегом.
Я посмотрела в окно и на секунду замерла: всё, что открывалось моему взгляду, напоминало кадр из фильма.
Впереди возвышался огромный особняк. Больше, чем прошлый и совсем другой.
Четыре этажа с панорамными окнами.
Снег покрывал дорожки и кустарники тонким белым покрывалом.
Красиво. И как-то… непривычно тихо.
— Вы здесь живёте один? — спросила я, едва сдерживая удивление.
— Да, — спокойно ответил Александр, глядя вперёд. — Дом большой, мне хватает места.
Он сделал паузу, прежде чем добавить:
— Моя дочь учится в Лондоне. Ей всего двенадцать.
Повернула голову, еще более удивлённо глядя на него.
— Дочь? — повторила я, не сразу находя, что сказать.
Александр слегка улыбнулся, но в его глазах читалась грусть.
Он словно сам расстроился от того, что сказал.
— Да. И заменять ей мать у меня получается плохо, поэтому я доверил дело специалистам.
Напрягся и прикусил губу. Сжал пальцами свой телефон и посмотрел на часы. Кивнул и повернувшись на меня, нацепил лживую улыбку.
Моё сердце сжалось.
Его слова почему-то напомнили мне о сыне.
О Диме. Где он сейчас? Наверное, уже гуляет с друзьями, даже не подозревая, что наша семья окончательно распадается.
Мне придётся сказать ему.
Как? Когда? Да хотя наверное прямо сегодня. Он у меня мальчик уже совсем взрослый, все сам понимает.
Возможно, у меня тоже не получается быть матерью его мечты...
Но я то женщина, а у дочери Александра только отец — мужчина.
Я закрыла глаза, делая глубокий вдох, чтобы не раскиснуть.
Когда машина остановилась перед входом, водитель вышел и открыл дверь.
Александр первым шагнул на дорожку, которая была аккуратно расчищена от снега, оставляя только тонкий пушистый слой по краям.
Я вышла следом, стараясь не проваливаться каблуками в снег.
Воздух был чистым, холодным, и на мгновение я почувствовала себя лучше. Свежий воздух, тишина. Не тот разврат и не та гудящая в ушах музыка. Другая совсем атмосфера, даже странно, что тот дом тоже его.
Саша распахнул массивную деревянную дверь, и я вошла внутрь.
— Проходи, — сказал он, снимая пальто и небрежно вешая его на крючок.
Я вошла в просторный холл с высокими потолками.
Изящная лестница вела на второй этаж. Пол был тёплым, паркетный узор идеально чистым.
Ощущение простора и порядка.
Так и есть. Этот мужчина перфекционист.
— Уютно, — пробормотала я, почти себе под нос.
— Рад, что тебе нравится, — отозвался Александр, направляясь дальше, — Пройдём.
Я последовала за ним вглубь дома и оказалась на огромной светлой кухне с современным интерьером.
Островок в центре, встроенные шкафы из светлого дерева, огромный холодильник, плитка, блестящая, как новая.
Всё здесь выглядело так, будто на кухне редко кто-то готовил.
Не любитель, еще бы.
Занятой весь такой, весь в своих вечеринках грязных.
Александр уверенно подошёл к панели управления рядом с раковиной и сказал:
— Лиля, поставь чайник.
— Чайник включён, — раздался спокойный женский голос из динамиков.
Я на секунду удивилась и усмехнулась.
— Программа "Лиля"? — переспросила я, облокотившись на спинку высокого стула.
— Удобная штука, — спокойно ответил он, улыбнувшись. — Умный дом, все дела.
Я кивнула, продолжая оглядываться.
Вся эта обстановка, его тон, его уверенность будто вытягивали из меня усталость.
Но и странное чувство не покидало.
Я не знала, что будет дальше.
Почему он привёз меня сюда? Почему я вообще позволила ему это сделать?
Все как в бреду.
— Садись, Наташ, — предложил он, указав на стул.
Я осторожно присела, сложив руки на коленях.
Мои пальцы невольно сжались в замок, пока я смотрела, как он движется по кухне. Я закрылась. Пока и не могу ему открыться.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, не оборачиваясь.
— Нормально, — ответила я слишком быстро, а затем добавила, чуть мягче: — Уже лучше.
Он повернулся, внимательно на меня глядя.
— Заметно.
Все-то он знает, все видит. Не мужчина, а рентген.
От его взгляда мне стало не по себе.
Он смотрел так, будто видел больше, чем я хотела показать.
— Почему ты решили меня увезти? — спросила я наконец, прерывая молчание.
Он пожал плечами, наливая кипяток в чайник.
— Просто показалось, что тебе это нужно.
— Я не просила вас быть моим спасителем в прошлый раз, — напомнила я.
— Но в итоге попросила, — спокойно ответил он, встретив мой взгляд, — я смотрел в будуще.
Я отвела глаза, не зная, что ответить.
Внутри меня всё ещё бушевал клубок эмоций — от усталости до злости на себя и весь мир.
Но здесь, в этом доме, среди этой тишины, мне стало чуть легче.
— Чай или кофе? — спросил он, ставя чашку передо мной.
— Чай, зеленый.
Он закинул пакетик неизвестной мне марки, а я вцепилась в тёплую чашку, будто это могло согреть меня изнутри.
— И что дальше? — решила уточнить я, поднимая на него взгляд.
Он усмехнулся, опершись руками о столешницу. Навис надо мной, подобно скале, разодетой в дорогой костюм.
— Дальше вы решаете сами, Наталья Николаевна. Здесь вас никто не тронет. Делайте то, что считаете нужным.
Я кивнула, сделав глоток горячего чая.
Он обжёг язык, напоминая, что я живая. Дышу и чувствую боль.
— Спасибо, — тихо сказала я, впервые за долгое время понимая, что теперь действительно могу выдохнуть.
Снаружи за окном медленно падал снег.
А я решала свою судьбу прямо сейчас.
Закопать себя в сугроб или прыгнуть в новый водоворот событий?