Очень странный факультет

Глава 20

Мое дорожное платье выглядело темным, скромным, но на удивление удобным, в отличие от более красивых нарядов, которых я вдоволь напримерялась за эти недели.

Единственным украшением была брошь, которая скрывала собой завязки плаща.

Слуги выстроились в шеренгу, провожая хозяйку дома, меня и Стефаниуса.

Сундуки с вещами уже были погружены в карету, дело оставалось за малым – погрузиться самим.

Я нервничала, перетаптывалась с ноги на ногу, потому что магистр лично запер моего монстра в комнате, убеждаясь, что я не взяла его с собой.

А после за руку отвел меня во двор к карете, которая сейчас находилась за нашей спиной. И теперь я переживала, удастся ли Эрику в этих обстоятельствах, под десятком взглядов, протащить монстра в экипаж.

– Почему мы не можем дождаться Седвига? – я специально тянула время, задавая эти вопросы. – Магистр Стефаниус, если вы уверены, что профессор Харлинг и Седвиг скоро приедут сюда, разве мы не можем просто дождаться? А что, если Лысяш не станет спокойно сидеть в комнате в мое отсутствие? Подумайте об обитателях дома.

– Император ждать не будет, – отрезал старик. – Мы и так тянули с твоей подготовкой максимальный срок. Что же касается Виктора и Седвига, то тебе не о чем беспокоиться. Утром я получил от них весть, мы лишь немного разминемся с ними. Они уже близко, к утру будут в поместье.

Я вздохнула.

Вот же я дурой была, когда поверила Стефаниусу, думала, путешествие Седвига и Виктора со мной – это уступка. На деле магистр ловко избавился от них уже на второй день. А у меня даже возможности не было хоть что-то противопоставить. Вся магия блокировалась артефактом.

Даже сейчас злосчастный ларец красовался в руках магистра, намекая, что в любой момент старик может надеть ненавистный кулон.

Провожать нас вышел Станислав.

Хозяин дома впервые за долгое время выглядел счастливым и откровенно не скрывал, что рад моему отбытию из поместья.

– Я верный слуга императора, – уверенно произнес он магистру. – Прошу заверить его в моей верности.

– Безусловно, – маг похлопал его по плечу. – Император никогда не забывает верных ему слуг.

Ожидающая Грэмми тоже удостоилась от мужа напутственного слова – представлять род Плесецких достойно, мне же достался скупой кивок и пожелание отличной дороги.

– Спасибо, – то ли прошипела, то ли с нереальным усилием и спокойствием выдохнула я, признаться, ожидая нечто большее от человека, мечтающего отомстить за дочь.

Стефаниус подтолкнул меня к карете, заталкивая в неудобный экипаж – где вместо сидений были лавочки с подушками.

Рядом приземлилась Грэмми, сам магистр расположился напротив.

Мы двинулись в путь, а мне оставалось лишь тоскливо смотреть в окно.

Я так и не поняла, получилось ли у Эрика подсадить кота в карету, поэтому невольно заламывала руки, не зная, куда их деть.

В ответ сосны по краям дороги жутко раскачивались и даже гром грянул в небе.

– Так дело не пойдет, – покачал головой Стефаниус и потянулся к ларцу. – Будь спокойнее, ты же отлично умеешь себя контролировать.

– Не тогда, когда меня везут в неизвестность, – ответила я.

Стефаниус цокнул языком, но ларец открыл и, видимо во избежание инцидентов, надел магический амулет.

Тотчас же лес вокруг угомонился – деревья затихли, и дальше дорога продолжилась лишь под тоскливый скрип колес, редкие всхрапы лошадей и команды кучера.

Незаметно даже для себя я задремала, чтобы проснуться, когда карету тряхнуло особенно сильно – похоже, колесо налетело на камень.

За окном была глубокая ночь.

Грэмми и Стефаниус спали.

– Лысяш, – едва слышно, почти одними губами прошептала я, будучи уверенной, что чуткий кошачий слух сработает. – Ты тут? Дай хоть весточку.

Ответом была тишина, от которой мое сердце буквально разрывалось от тоски и обиды.

Нет, я не винила Эрика, что ничего не вышло. Разве он виноват?

Но было обидно, что все остальные меня бросили…

Карету тряхнуло еще раз. Сильнее предыдущего.

Колеса предательски заскрежетали.

Рядом заерзала Грэмми.

И еще один толчок, после которого экипаж начал заваливаться на бок.

Я даже испугаться не успела, когда кучер резко затормозил коней.

– Что случилось? – крикнула Грэмми на возницу, пока Стефаниус снимал с себя артефакт и прятал обратно в ларец.

– Колесо отлетело, нужно время, пока прилажу обратно. Простите, госпожа.

– Ну вот, час от часу не легче, – расстроенно всплеснула руками женщина. – Теперь до утра придется чинить карету.

Но ее жестом остановил Стефаниус и ответил, речь явно вернулась к нему вместе с магией:

– Никакого до утра. У нас нет столько времени. Сейчас я выберусь и посмотрю, что можно сделать. Если что, откроем портал и мы с Вероникой уйдем через него, а утром вы продолжите путь до столицы.

Он открыл ближайшую к себе дверцу и двинулся изучать повреждения.

Я задумчиво наблюдала за тем, как старик ходит вокруг кареты и цокает языком.

– Ничего не поделать, – сделал он совершенно ожидаемый вывод. – Придется открывать портал. Вероника, выходи!

– А может, дождемся утра? – взмолилась я, мне хотелось максимально отсрочить неизбежное.

– Нет, – отрезал Стефаниус. – Не тяни время.

Я со вздохом потянулась к ручке двери, но в этот миг какое-то движение привлекло мое внимание.

Будто огненный вихрь, откуда-то из под сидений кареты на лавку с ларцом выскочил Лысяш!

Я обрадованно кинулась к коту, чтобы подхватить на руки, но тот больно ударил по мне лапой, предостерегающе зашипел.

Я отскочила под визг Грэмми, которая теперь звала на помощь, пока Лысяш своим зубами, будто автогеном, перегрызал замки ларца.

Крышка откинулась, и кот схватил медальон в зубы.

Я даже ничего понять не смогла, кроме того, что уже открытый портал Стефаниуса схлопнулся. А мой кошак из огненной молнии превратился в куда более медленного, совсем не огненного, а обычного кота, словно всю магию с него срезало артефактом.

Даже Грэмми перестала верещать.

И все же кот умыкнул артефакт и унесся в сторону густых зарослей.

– Не к добру это, – прошептал кучер.

В этот момент из-за деревьев вышли двое. В темных плащах, со скрытыми масками лицами и вооруженные древними мушкетами.

Кот без стеснения рванул к одному из них, выплевывая медальон тому в руку.

– Предатель, – прошипела я на Лысяша, совершенно не понимая, зачем он это делает.

– Выходим из кареты! – крикнул один из нападавших, беря на мушку Стефаниуса.

Второй наставил мушкет на Грэмми, и теперь попеременно дуло смотрело то на нее, то на меня.

Под угрозами расправы пришлось выбраться наружу. Сердце стучало, как бешеное.

– Золото и драгоценности в сундуках, – взмолилась моя сопровождающая. – Берите что хотите, только не убивайте!

На нее укоризненно взглянул Стефаниус. Он, как и я, понимал, что люди, которые знали про артефакт к карете, вряд ли интересуются золотом-серебром.

А меня еще беспокоило предательство кота.

Иначе как объяснить, что Лысяш буквально терся о ноги более высокого бандита, державшего на мушке Стефаниуса.

– Девчонка! – прохрипел тот. – Нам нужна она.

– Нет, – я замотала головой и отступила на шаг назад.

Стефаниус выставил руки вперед, загораживая меня собой.

Невольно я испытала благодарность, ведь будучи даже без магии, он меня защищал.

А вот Грэмми, кажется, облегченно выдохнула, что требования бандитов оказались столь ничтожны.

Я растерялась. Магии не было, и что делать в подобных случаях, я не знала, разве что бежать куда глаза глядят и туда, где закончится радиус действия артефакта.

Я кинулась наутек.

Бросилась за ближайшие кусты и рванула в глубь темного леса.

Если что-то я научилась делать хорошо в этом мире, так это в совершенстве блуждать по ночным лесам – будь то шестой холм или незнакомый мне бурелом у дороги.

Позади раздались звуки борьбы, и даже грянул выстрел. По треску сучьев я поняла – за мной кто-то бежал.

– Вероника! Стой! – раздался голос Стефаниуса.

А значит, что бы ни произошло – ему удалось вернуть магию.

Но я все равно мчала вперед, уже сама не знаю зачем.

Просто неслась в надежде сбежать и от магистра, и от бандитов, и от Грэмми, и от императора – ото всех.

В крови кипела освобожденная сила, и больше всего на свете я жаждала, что сейчас сумею открыть, путь чудом, но портал. Куда угодно, лишь бы в безопасность.

Именно в этот момент я упала и кубарем скатилась куда-то в овраг, больно ударяясь грудью обо что-то…

Попыталась встать, но не получилось.

Захрипела… внезапно скованная нахлынувшей болью.

Что-то липкое потекло по платью, а я хватала губами воздух, пыталась нашарить руками то, что мне мешало… и натыкалась лишь на ветку, которая теперь будто росла из моей груди.

Позади раздался шум, меня все таки догнали.

Две фигуры в масках соткались передо мной, но я бояться их теперь не было никакого смысла. Потому что понимала одно – умираю.

– Нет, Вероника! Нет… – Один из бандитов подлетел, снимая маску, и у меня не было даже сил удивляться лицу Харлинга. – Седвиг, сделай же что-нибудь. Ты же лекарь!

Второй, чуть более медленный, тоже спешил на помощь, как и мой любимый кот-монстр, вовсе не предававший меня. Лысяш тыкался мордой мне в ногу, только я уже не ощущала почти ничего. Тело немело, мои глаза закрывались, сознание уходило.

Теперь, наверное, навсегда.

«Говорят, многие перед смертью видят именно такие двери перехода в тот мир, – вспомнились мне слова Гранта. – Тоннель и свет в его конце. Символично».

Видела его и я. Вспышка, свет и полная, кромешная темнота…

– Нет, ну вы поглядите! Опять эта девчонка, теперь еще и с друзьями! Феликс, отойти от них, вдруг они наркоманы! Я сейчас полицию вызову! – раздавшийся сверху голос был смутно знаком. – Это что, кровь? Феликс, фу! ФУ! ФЕЛИКС!

Рядом раздалось шипение, звук собачье-кошачьей драки. Вопли женщины, пытающейся разнять животных, крики про сорок уколов от бешенства, а затем все стихло.

Я пыталась открыть глаза, но выходило с трудом.

Все тело ломило так, будто меня пропустили сквозь мясорубку, а затем заново собрали.

– Мрмяу! – кто-то потерся о мою щеку, и я все же с усилием открыла веки, чтобы уставиться на наглую лысую морду.

– Предатель, – прошипела я, но как-то вяло.

Мне удалось сесть, попутно ощупывая себя.

Дорожное платье, в котором я была, оказалось заляпано кровью – в середине груди на ткани зияла дыра, а вот тело под ним оказалось целым.

– Как такое может быть? – пробормотала я, озираясь вокруг.

Место я узнала сразу.

Даже кучу неубранной листвы. Все та же гора мусора, которая послужила мне посадочной полосой, когда я провалилась в вулкан.

Вот только сейчас были нюансы.

Первый: я не проваливалась в вулкан. Я совершенно точно была ранена веткой в лесу, а после умерла.

И второй: я была не одна.

Рядом на куче уже гниловатых листьев лежали Харлинг и Седвиг, и вокруг нас носился вполне себе обычного вида кот.

Мужчины пока в себя не приходили.

По какой-то причине нас перетащило в мой мир, и похоже, императору все же не светила скорая встреча с моей персоной.

Последнее не могло меня не радовать, оставалось понять – что произошло, почему и что делать дальше.

Я кинулась к Седвигу, принимаясь хлопать того по щекам. Он почти сразу принялся щуриться и моргать, попытался встать. Но выходило плохо.

Тогда я бросилась к Харлингу – не без удовольствия выдала ему парочку оплеух. Тот признаков пробуждения пока не подавал, тогда я залепила еще одну – особо сильную – от всей души.

Виктор поморщился, а в следующий миг резко распахнул глаза – хватая меня за вновь занесенную руку.

– Как? – единственное, что он выдал.

– Что как? – спросила я, не понимая, о чем он вообще. – Как мы тут оказались? Или что?

– Как ты меня коснулась?

– Руками, – прорычала я, понимая, что меня и в самом деле почему-то не убило током, но разве это была самая большая загадка? – Хотите повторю?

– Нет, отойди от меня. – Он выставил вперед руку, явно предостерегая к нему не подходить.

Я пожала плечами и вернулась к Седвигу, тот в отличие от Харлинга, пока даже говорить не мог.

Похоже, переход не для всех проходил гладко.

Коту вот явно было лучше всех. Он самозабвенно вылизывал свои бубенцы в сторонке и всем видом показывал, что после драки с собакой – это лучшее занятие для приличного кота.

– What's happening? [1] – внезапно произнес Седвиг, и я вытаращила на блондина глаза.

Тот с ужасом закрыл рот и зачем-то прикрыл его ладонью, словно боясь, что еще какие-то слова вылетят из него.

– А по-русски? – с опаской спросила я.

Седвиг испуганно замотал головой.

– I do not understand [2] , – прошептал он.

И моих знаний английского хватило, чтобы осознать – Седвиг ни слова не понимает из того, что я ему говорю.

– Твою ж маковку… – выдохнула я, вспоминая, что Седвиг из Англии. Точнее его разум.

Кажется, проблему стал понимать и Харлинг, при этом говорящий вполне по-русски.

– Он что, не понимает нас?

Я мрачно кивнула.

– Его душа… хм… – Я даже сама растерялась, пытаясь объяснить произошедшее. – В общем, он жил в другой стране, где говорят на другом языке. И видимо, при переходе что-то пошло не так. Его тело из другого мира не может знать русского языка, душа, соответственно, тоже.

– А как же я? – Харлинг пребывал в таком же непонимании, как и я.

– А это тело откуда? – решила уточнить я, от стресса неожиданно перейдя на «ты» с профессором. – Твоя душа – понятно, перенеслась сюда, после чего тебя забрали в академию. Но откуда это тело было изначально?

Виктор недоуменно пожал плечами.

– Я не силен в вашей географии. Не имею ни малейшего понятия. Меня достаточно быстро забрали обратно.

– Да уж. Ситуация.

Седвиг схватился за голову и принялся о чем-то говорить, что мало поддавалось переводу и моим знаниям английского.

Тогда он перешел на жесты. Руками показывая, будто набирает номер на ладони и подносит к уху.

– Ты хочешь кому-то позвонить, – додумывала я. – Мобильный? Рhone?

Седвиг закивал.

– Гугл транслейт, – выдал он, и до меня дошло.

Да, мы вполне могли бы воспользоваться переводчиком в мобильном, оставалось дело за малым – найти телефон, да и вообще – крышу над головой, деньги, и сообразить, что делать дальше.

Я озвучила эту мысль для Харлинга, тот кивнул, а после на ломанном английском я попыталась донести идею для Седвига.

– Хелп, Хоум, Мани, ноу меджик!

– ?

– Ноу-ноу, – я закачала головой.

Седвиг сжал указательный и большой пальцы, будто спрашивал: что, даже самую малость?

Кивнула.

– Никакой магии, – уже на русском продолжила я, хотя и знала: Седвиг не поймет. – Нас тут же засекут. Мишель обмолвился, что именно так и находят переселенцев – мы оставляем следы, поэтому придется действовать как-то иначе. И для начала я бы ушла из этого парка.

Подхватив кота, я двинулась уже знакомым маршрутом и тропами, в точности повторяя свой прошлый путь.

Седвиг и Харлинг пошли за мной.

Оба мрачнее тучи, но без возражений.

Так как у Седвига теперь спрашивать было бесполезно, мне пришлось допрашивать Виктора.

– Что произошло в лесу?

– Мы пытались тебя похитить, – развел руками он. – Не думали, что ты рванешь в лес. Несколько дней назад на нас вышел Мишель и обо всем рассказал. Он придумал план, и все шло отлично, пока ты не рванула в лес.

– План? – возмутилась я. – А почему мне никто ничего не сказал? Я думала, меня бросили!

– Вот поэтому и не рассказали, чтобы ты нигде не выдала себя.

– А Лысяш? – я потрясла котом. – Он же украл артефакт из ларца, значит, даже он знал?

– Мишель сказал, что это задача Станислава – незаметно донести информацию и план монстру. Ты ничего не должна была знать. То, что это существо имеет зачатки разума, очевидно, и мы не сомневались, что свою часть плана оно выполнит.

– Отлично! – Если бы руки были свободны, я бы ими всплеснула. – Даже у монстра была роль. А мне ничего не сказали. Если бы я знала, то дала бы себя похитить без проблем.

– Так и должно было произойти. Мы должны были скрыться в лесу, избавиться по пути от медальона и уйти порталом, который открыл Мишель чуть дальше. Но теперь я даже не знаю, удалось ли ему самому уйти тем порталом.

– Что произошло на дороге?

– По всей видимости, на артефакте, лишающем магии, лежат дополнительные чары. На случай, если им захотят воспользоваться те, кому он не предназначен. Стефаниус явно знал об этом, и если в зубах твоего Лысяша, – Харлинг взглянул на кота, – артефакт продолжал работать по причине того, что он не человек и ограничивающая магия попросту не рассчитана на подобные случаи, то стоило медальону коснуться моих рук, как через некоторое время его действие прекратилось. Магия вернулась ко всем, и к Стефаниусу в том числе. Ты же рванула в лес. Пришлось отбиваться от магистра и бежать за тобой, а потом…

– Вы меня нашли, – догадалась я. – Мою рану успел вылечить Седвиг?

Харлинг запнулся.

– Я не уверен.

Тогда я остановилась и недоуменно взглянула на него.

После – на чуть отстающего лекаря.

Жестами попыталась задать свой вопрос, указывая на рану.

Но судя по мрачному и растерянному лицу Седвига, тому нечего было ответить.

– No, it's not me [3] , – изрек он.

– Тогда как? – Я сглотнула, пытаясь смочить пересохшее горло.

– Видимо так же, как мы оказались в этом мире, – мрачно отозвался Харлинг. – Так же, почему этот кот выглядит нормальным, так же, почему Седвиг не может с нами разговаривать. С этими и другими вопросами мы еще разберемся, а пока давай решать проблемы по мере их поступления. Если нельзя использовать магию, нам нужно вначале найти хотя бы крышу над головой. Смеркается. Становится холодно, и… – Тут он осекся, потому что впереди замаячило уже знакомое мне кладбище. – Это то, о чем я думаю? Место погребения людей в вашем мире?

– Угу, – мрачно отозвалась я. – А в частности – мое. По какой-то причине уже второй раз меня выносит недалеко от собственной могилы. Так что, если можно, в этот раз я бы не хотела к ней приближаться. Давайте обойдем кладбище левее, там дорога – попробуем поймать попутку.