Ошибка по совместимости

19 Алиса

Катюша никогда раньше не задерживалась так надолго. Да, бывало — выездные мероприятия, иногда даже в других городах, но она всегда предупреждала. Всегда. «Мы едем в Витебск, вернусь завтра вечером», «мероприятие до ночи, контора сняла гостиницу». Никогда не исчезала вот так — в никуда.

А сейчас уже почти вечер следующего дня. В квартире стояла подозрительная тишина. Всё было точно так же, как вчера утром: аккуратно сложенное одеяло, чашка на столе, не сдвинутый с места стул. Ни малейшего намёка на то, что Катя возвращалась домой, пока Алиса спала. Это начинало пугать.

Алиса уже тянулась к телефону, чтобы набрать её номер, как раздался звонок в домофон. Сердце радостно подскочило.

“Наконец-то! Вернулась… Слава Богу!” — с облегчением подумала она и кинулась к панели.

— Да? — сказала, нажимая кнопку.

Ответа не было, но она тут же поспешила к двери, выпрямилась, скрестила руки на груди. Уже мысленно готовилась отчитывать подругу — за такое поведение, за то, что оставила её в тревоге на целые сутки, за то, что не писала ни строчки.

“Пусть поймёт, каково это — волноваться и не знать, где ты” .

Щелчок замка.

Алиса распахнула дверь, готовая встретить Катю с укором. Но на пороге стоял не она. Перед ней стоял Костя.

Он выглядел взъерошенным, злым, нервным. Глаза бешено метались, в руках он мял куртку.

— Где она? — резко спросил и, не дожидаясь ответа, шагнул в квартиру. Напрямую, мимо неё, прямо в комнату Кати.

Алиса осталась стоять у двери, обомлев.

— Костя? Что…

— Где она шляется?! — обернулся он на неё с резким, грубым выражением лица. — Почему не отвечает? Вчера молчала, сегодня трубка вне зоны. Ты вообще знаешь, где она?!

Он говорил громко, почти кричал. Это был не тот Костя, которого она знала — весёлый, обходительный, всегда доброжелательный и нежный с Катей. Сейчас в нём бушевала злоба, будто его только что обокрали или предали. Он казался чужим. Опасным.

— Костя… — начала Алиса осторожно. — Слушай, я тоже волнуюсь. Она должна была вернуться ещё вчера. Я не знаю, где она. Не звонила, не писала. У неё никогда так не было…

Но Костя будто не слышал.

— Я говорил ей завязывать с этой фигнёй! — рявкнул он и начал расхаживать по комнате. — Но нет, ей ведь нужны “деньги”. Фон она, блядь, создаёт. Декорация! Ты вообще понимаешь, чем она там на самом деле занимается?

Алиса почувствовала, как всё внутри у неё сжимается.

— Костя, успокойся… может, с ней что-то случилось. Надо выяснить, где она. Надо звонить, ехать… — она говорила тихо, чтобы не провоцировать его.

Но тот взбесился окончательно. В этот момент в квартире раздался слабый щелчок. Повернулся замок.

Дверь тихонько приоткрылась, и на пороге показалась Катюша.

Та, которую Алиса не узнала бы, если бы не знала — это она .

Бледная, как мрамор. Глаза красные, ресницы склеены слезами. Волосы растрёпаны, макияж — если он был — давно размыт и стёрт. Куртка висела на ней как на вешалке. Она держалась за дверной косяк, будто не была уверена, что дойдёт до комнаты.

— Катюша… — выдохнула Алиса и тут же бросилась к ней, сжала её в объятиях. — Господи… ты цела… Ты хоть понимаешь, как я волновалась? Я думала, уже с ума сойду!

Катя обняла её слабо, всем телом дрожала.

— Алисочка… — прошептала она еле слышно, словно говорила сквозь вату. — Я... прости…

И тут Костя подошёл вплотную. Его лицо искажало что-то между злостью и отчаянием.

— Вы только посмотрите на неё! — с презрением фыркнул он. — Плакса. Шлялась чёрт знает где, а теперь сцена — как в кино.

— Костя, что ты несёшь?! — возмутилась Алиса.

Но он не слушал. Подскочил к Кате, схватил её за руку.

— Кто тебя трогал, а? Сколько вас было? Понравилось?— заорал и, не стесняясь присутствия Алисы, залез рукой под подол юбки. Катя испуганно вскрикнула и попыталась отстраниться.

Алиса кинулась между ними, толкнула его в грудь.

— Да ты с ума сошёл?! Что ты творишь?!

— Она без трусов, — заорал он. — А я, как последний дурак, берег её, верил в это “после свадьбы”. А она… она шлюха, поняла ты, Алиса?! Просто красивая декорация, с которой все хотят, но только я думал — особенная.

Он отбросил руку Кати и рванул к выходу.

— Катя, не смей мне больше звонить. Всё, поняла?! Всё! — выкрикнул он на прощание и хлопнул дверью так, что дрогнули стены.

Катя сползла по стене прямо на пол, руки обхватили колени. Она больше не плакала, нет — она стонала. Звук этот невозможно было описать — смесь боли, стыда, страха, усталости.

Алиса села рядом, обняла подругу, как могла.

— Тихо… Тихо, я рядом… Всё хорошо… Я с тобой… ты дома… ты не одна…

Катя только шептала сквозь рыдания:

— Я… не знала… я не хотела… я не знала, что она… Я просто пила сок… А потом всё поплыло…

И Алиса впервые почувствовала настоящий ужас. То, чего раньше не знала. И она поняла — в ту ночь с Катей произошло нечто страшное. Что-то, что изменит её навсегда.