Побеги божественного пламени

3 Молодая госпожа

— Выписанные настойки совсем не помогают. Князь третью неделю просыпается, ест и снова готовится ко сну. Госпожа Мерина, прошу, позвольте пригласить нового врачевателя из города. Этот же шарлатан в могилу сведёт нашего князя, — Феврония сжимала фарфоровый горшочек с травным отваром. По искусанным губам можно было догадаться, что к просьбе женщина готовилась долго и тщательно. Мерину она всегда побаивалась, но сейчас в замке все решения принимала княжна. Больше обратиться было не к кому.

— Не нагоняй панику, — на ходу ведунья забрала лекарство и продолжила путь к покоям Избора, — папа просто устал. Отоспится и будет, как огурчик. Мы и так уже приглашали двоих лекарей со стороны. Всё с папой в порядке.

Феврония не решилась спорить, а только ограничилась тяжёлым вздохом. После поездки в Риинское царство госпожа сильно изменилась.

Аномальная сонливость князя, естественно, была делом рук Влады. Вернувшись в Сборск в теле Мерины, ведунья столкнулась с неудержимой лавиной заботы со стороны отца. Тот сразу заметил, что дочь ведёт себя странно, но связал это с потрясением от предательства Богорода.

Пригретый змеёныш отверг невесту, как только приблизился к трону. Такое невозможно простить.

Когда до Избора дошли вести об аресте и скором суде над самозванцем, он ни капли не сочувствовал бывшему зятю. Как бы его на самом деле не звали, мальчишка получил по заслугам.

Поначалу Влада, как могла, подыгрывала, но потом неусыпная опека стала надоедать. Отец не давал никакой свободы и настаивал на браке: чем скорее, тем лучше.

Можно было бы отравить старого князя сразу, но тогда придётся заниматься трауром, наследством и вникать в ведение дел. Зачем? Если можно просто на какое-то время задержать доброго папочку в постели, а там уже решить, на что или на кого переключить его любовь.

У самой двери Влада ещё раз окинула оценивающим взглядом свою печальную спутницу.

— А знаешь… С этого дня ты будешь давать папе лекарства, — она вернула настойку Февронии.

— Но, госпожа, князь будет спрашивать о Вас.

— Скажи, что я зайду позже. Отдыхаю. Нет. Лучше: вышиваю для него подарок, — улыбаясь, Влада похлопала по плечу растерянную женщину, — ты же хороша в вышивке? Вечером заскочи ко мне, я расскажу, что делать.

Феврония поклонилась и скрылась в покоях господина.

«Скоро разменяет пятый десяток, а дурная, как малолетка», — ведунья меньше всего понимала женщин, что готовы всю жизнь посвятить одному мужчине, с которым перспектив — ноль.

Вот пример.

Старшая дочь управляющего безответно влюблена в хозяина замка последние лет двадцать. Ни семьи, ни детей, ни молодости, ни красоты, ни состояния. Будет ухаживать за стариком, пока тот не помрёт, а потом и сама удушится от тоски.

Жалкая жизнь.

Княжну, уже собиравшуюся отбыть в город за приключениями, нашёл слуга и сообщил, что в замок прибыли незнакомцы.

Девушка представилась Русланой.

Ещё в начале лета молодая госпожа предупредила домашних и стражу, что ждёт подругу с таким именем.

— Двое, говоришь? — переспросила княжна, — она с мужчиной?

— Да, госпожа. Молодой светловолосый мужчина. Форма военная.

Влада недовольно зашагала в сторону двора, не понимая, зачем девочка притащила с собой кудрявого. Сто раз говорила ей — держись подальше. Вот ведь твердолобая.

Златояр был не на столько важной фигурой, чтобы слухи о его безвременной кончине пересекли границу, так что Влада первым делом подумала именно о нём.

— Девочка моя, ну наконец-то! — она чуть не сбила с ног Руслану своим объятием.

— Здравствуй… Мерина, — гостья покосилась на прислужника и двух охранников, стоящих неподалёку.

Влада поморщилась и отскочила на вытянутую руку.

— Ты ехала ко мне на жареном буйволе? Что за запах? — она всегда была прямолинейной.

— Дорога затянулась, мы несколько раз ночевали у костра.

— Ладно, ладно, не оправдывайся, — ведунья перевела взгляд на солдата, — а тебя я, кстати, помню. Ты из людей Златояра. Айдар?

— Агний, госпожа, — он поклонился.

— Не суть. Ты же ещё поëшь лучше, чем храмовые хористы. Да?

— Немного умею, госпожа, — солдат, застенчиво улыбнувшись, посмотрел на Руслану. Он решил, что девушка рассказывала подруге о нём. Значит, запомнился.

Влада подозвала служанку и приказала срочно подготовить купальню. Они пошли по широкой аллее, по краям украшенной яркими топиариями. Руслана с интересом оглядывалась по сторонам. Она слышала о том, что князь Избор богат, но масштабы оценивала плохо. По сравнению с этим местом, замок её отца представлялся деревенской избушкой.

— А с мальчиком, значит, так и не помирились? — как бы невзначай спросила хозяйка.

Улыбка моментально пропала с лица девушки.

— Помирились…

— Тогда почему не вместе?

— Влада! — она остановилась. Не может быть, чтобы до Болании так долго доходили вести. Вопрос ведуньи звучал, как издевательство. — Ты здесь в бочке что ли живёшь? Ничего не знаешь?

Теперь уже Влада смотрела с непониманием.

— Ты не слышала про суд? Про приговор? Про казнь? — по виду девочка в любой момент готова была скатиться в рыдания.

— А ну-ка за мной, — княжна завладела запястьем Русланы и быстро потащила её к летней беседке с широким столом в центре.

Агний поспешил следом. Имя «Влада» показалось ему знакомым.

— Естественно, я давно знаю, что его раскрыли, — упав на стул, ведунья отцепила с груди золотую брошь и поднесла к губам, что-то нашептывая. Из пузатого жука-оленя на стол высыпались несколько мелких фигурных косточек, — но вот. Посмотри. Кости говорят, что мальчик жив и вполне здоров. После новостей о его смерти, я несколько раз проверяла. Думала, он предупредил тебя.

— Не шути так, — голос девушки сорвался на дрожь, — я была там, я сама всё видела.

— Это очень хорошие кости, они не обманывают, — для уверенности Влада кинула снова, — тоже самое… Живее всех живых.

Это же невозможно. Руслана оторопело забегала глазами по столу и спросила:

— Где он?

За спиной продолжал стоять Агний. Он и раньше видел, как деревенские гадают на суженного, но всё это детские забавы. Нельзя же к ним относиться серьёзно.

— Мне откуда знать? Где-то далеко, — ведунья сгребла в руку костяшки и засыпала обратно в брошь, — с его стороны ужасно грубо держать тебя в неведении. Не думаю, что мальчик вообще относился к тебе серьёзно. Просто выбора не было. Он рассказал про приворот?

Девушка отрешенно смотрела вниз, затягивая тишину.

— Руслана, мы можем вернуться в Риин, если хочешь, — услышала она мужской голос.

Точно. Он всё ещё здесь.

— Княжна, пожалуйста, заплатите моему спутнику за защиту и помощь, — жестко отозвалась она.

— Это совсем не обязательно…

— Агний. Спасибо за всё. Дальше я сама справлюсь.

— Но, погоди…

— Агний, хватит! Отстань уже от меня! — Руслана отошла от солдата, как от прокажённого, став за спину ведуньи.

— Иди сюда, невежливая ты клуша! — Влада за шиворот притянула девушку к себе и зажала ей рот рукой, потом обратилась к отвергнутому парню, — Милый, оставайся здесь сколько хочешь. Девочке нужно хорошенько проспаться и переварить радость. Она пока сама не понимает, что говорит. Давай, я устрою тебе экскурсию по замку. А ты расскажешь, как угораздило связаться с этой неблагодарной дурёхой?

Руслана свела брови и недовольно хмыкнула. Её отпустили, когда из-за поворота показалась служанка, посланная в купальню.

…

— Ладно, сегодня отпущу, но завтра пойдёшь развлекаться со мной, — тем же вечером сказала Влада, провожая девушку до двери, — тут тебе и одной будет интересно.

— В спальне? — усмехнулась Руслана.

Ведунья продолжала хитро улыбаться, открывая врезной замок.

— Это спальня твоего мальчика, — она передала ключи от комнаты и тактично ушла. Сама она перерыла всё ещё в первую неделю, пусть и девочка покопается.

Гостевая комната, в которой жил Алоис, казалось, ждала его возвращения. Личные вещи, что он не взял в поход, остались на своих местах. Несмотря на обиду, Избор не сжёг и не выбросил их.

Как знать. Может, он хранил это всё, как памятку о своей доверчивости, но Руслане приятнее было думать, что князь надеялся на мир. Она понимала, что несмотря на показную расчётливость, Ал на самом деле ценил то, как много старый князь для него сделал.

В первую очередь в глаза бросались стопки книг, разложенные по всем углам. Все так или иначе связаны с военным искусством. Если б не большая кровать, можно было бы подумать, что это рабочий кабинет, а не спальня.

На письменном столе стояла открытая шкатулка с небрежно брошенным листом бумаги. Это Влада после прочтения не удосужилась положить письмо на место.

Подпись: «Мезимир Мудрейший».

Ал говорил о нём всего один раз, но девушка хорошо помнила историю об учителе царевича из Боланского университета.

Сын покойного учёного весной нашёл запечатанный конверт для Богорода в вещах отца и сразу же отправил его князю.

Руслана распахнула окно. Прохладный воздух летней ночи ворвался в комнату. Она зажгла ещё одну свечу и стала читать:

"Мой милый мальчик, я только что получил твоë послание.

Словами не передать, как больно мне было узнать о твоём ужасающем положении, и как счастлив я лишь от того, что ты жив.

Ни до, ни после я не встречал людей столь одарённых. Прошу, и ты не считай своего старого слепого учителя глупцом.

Вашу маленькую шалость я разгадал с первой встречи, но твоя искренность и тяга к знаниям поразили старика. Я не нашёл в себе сил признаться, опасаясь, что больше не увижу тебя на своих уроках.

Не думай, что я не замечал, как тяжело жилось тебе в тени царевича. К стыду своему, я всё понимал. Понимал, почему на твоей шее появлялись багровые ссадины, почему ты избегаешь лишних движений, почему, порой, ходишь прихрамывая.

Но что я мог?

Я лишь надеялся, что наши занятия, смогут стать коротким отвлечением от выпавшей тебе жестокой доли.

Когда время моего пребывания в Риинском царстве подошло к концу, я хотел выкупить тебя и взять с собой в Боланию. Я мечтал продолжить твоё обучение. Мечтал, что когда-нибудь ты сможешь занять моё место и возглавить королевский университет.

Не думай, что это только громкие слова.

Из тебя вышел бы учёный, каких не видывал свет. Я сразу это понял.

Но царь не позволил тебя забрать, ведь ты был любимым холопом царевича Богорода. Он и слушать не стал моих объяснений и чаяний. Более того, не позволил мне задержаться в стране ни на один лишний день.

Потом случилась роковая охота.

К моменту моего отъезда стало понятно, что травма, полученная царём, — смертельна.

Во мне снова зажглась надежда.

Новый правитель мог бы быть более благосклонен. Я собирался, заручившись поддержкой своего старого короля, просить выслать тебя в Боланию.

Если бы ты только знал, сколько раз я корил себя за трусость. Ведь я мог бы выкрасть тебя, мог бы вывезти тайно.

Прости, мой дорогой мальчик, за то, что не сделал этого.

По прибытии в Боланию, я узнал, что конвой царевича попал в засаду. Говорили, что выживших не осталось.

Все эти годы я не мог простить себя.

А сегодня получил твоё письмо. Пусть ты представился Богородом, пусть буквы твои будто писаны его рукой, но я никогда бы не спутал ваши слова.

Мой дорогой ученик, я не знаю твоего имени и боюсь, беспощадное время не позволит мне дожить до нашей встречи, но я даю тебе слово, что приложу все усилия, чтобы вызволить тебя из плена.

Клянусь, скоро ты окажешься на свободе.

Мне осталось совсем недолго.

Пообещай не растрачивать данные тебе небом таланты на месть и обиду. Испытания посылаются тем, кто способен их пройти и остаться человеком."

Руслана отложила бумагу и задумалась. Всё могло бы сложиться совершенно иначе, попади это письмо в руки Ала до похода. А может и нет. Вряд ли он отказался бы от подвернувшейся возможности. Ради кого или чего? Учителя? Кто он такой? Просто тень прошлого.