Подмена в Академии, или Личная проблема инспектора

Глава 7

ЭлисаннаПроснулась я оттого, что на лоб мне что-то капнуло. Сначала я подумала, что это какой-то дурацкий сон, но когда провела ладонью по лицу, стало ясно, что нет — это вполне себе паршивая реальность. В подтверждение к этому вторая капля упала мне прямо в глаз, который я едва только приоткрыла.

— Чёрт! Что за шутки?!

Дождь с потолка становился всё интенсивнее. Не успела я встать с постели, как уже была мокрой почти до пояса. Потолок набух от влаги, и от него уже начали отставать крупные куски штукатурки, плохо прокрашенные стены пошли тёмными потёками. Меня кто-то натурально топил, чем грозил сделать мои условия проживания совсем уж невыносимыми.

Ругаясь самыми нехорошими словами, какие только знала, я нацепила халат поверх сорочки и отправилась выяснять, кому с утра приспичило так неудачно помыться. Путём нехитрых вычислений я определила комнату, где и творилось всё это безобразие, постучала в дверь — ничего. Постучала ещё раз — никакой реакции. Может, этот водяной просто боится, что ему сейчас за такие выходки навешают люлей?

Выламывать дверь я как-то не решилась, а то ещё сама угожу под санкции за порчу имущества Академии, поэтому пришлось топать к коменданту. Та восприняла мою проблему очень сочувствующе, хоть и не сразу вникла в неё спросонья.

— Какая комната? — переспросила она, вяло моргая. — Двадцать четвёртая? Так там же ремонт и никто не живёт! Ерунда какая-то.

Вооружившись ключом от той самой комнаты, она повела меня обратно, отперла замок, и вместе мы вошли в сырое, пропитанное парами горячей воды помещение.

— Кошмар какой! — сразу заверещала комендант.

Вода полилась в коридор, едва не ошпарила нам ноги. Пришлось мне бежать вниз, будить работников, чтобы они перекрыли вентили водоснабжения для всего стояка.

К тому моменту, как поток прекратился, комната, уже затронутая свежим ремонтом, превратилась в раскисшее месиво. Моя каморка была близка к ней по состоянию, но ещё имела шансы просохнуть, если я смогу открыть заколоченное наглухо окно. Однако ближайшие дни жить там будет попросту невозможно. Кровать насквозь сырая, вещи, которые были приготовлены к утренним занятиям — испачканы штукатуркой — включая новенькую, полученную только вчера форму.

Комендант пообещала всё исправить в самые кратчайшие сроки, но ждать я уже не могла: моё самое первое занятие на Драконьем факульте вот-вот должно было начаться, и уже было ясно, что прийти вовремя мне не удастся.

А учитывая, что сегодня планировалась работа над элефином, опаздывать было совсем уж нехорошо. И только по дороге к плацу, на бегу, я поняла, что мне по-прежнему нужно вылететь с Драконьего факультета как можно скорее, поэтому торопиться не обязательно.

С другой стороны, если Линнет прослывёт безалаберной опоздуньей, лучше от этого точно никому не станет, поэтому я припустила ещё быстрее. В итоге, мои наспех собранные в хвост волосы, совсем растрепались, лицо раскраснелось, и на площадку я вывалилась, похожая скорее на ведьму, чем на нормального человека.

— П-простите за опоздание, — выдохнула, едва не влетев в плечо инспектора Аймора, который, судя по выражению лица, уже давно наблюдал за моим кроссом через территорию факультета.

Он опустил на меня взгляд, который разве что только кожу с меня не снял, и сложил руки на груди.

— Что с тобой случилось, абитуриентка Тайкер?

Сервилия, которая стояла поблизости, готовая ассистировать ему на занятии, беззвучно прыснула, как будто у меня на лбу вдруг выросло ухо.

— Так, маленькие бытовые неприятности, — процедила я и заняла освобожденное для меня место.

— Итак, сегодня я нацелен оценить уровень вашей связи с драконами и артефактами. В любой опасной ситуации вы должны реагировать мгновенно и очень быстро передавать нужные импульсы вашему напарнику. Прежде чем кто-то из вас войдёт в новый летучий отряд, продемонстрируйте, как быстро вам удастся призвать к себе ваши элефины, — Анастериан помолчал, наблюдая за тем, как адепты усвоили его слова. — А мисс Тайкер понаблюдает и попытается понять принцип.

Я кивнула. Сервилия тихо фыркнула и сделала какую-то пометку на листе, закреплённом в планшете.

Тем временем студенты оставили свои элефины на специальных отметках примерно в десяти шагах от того места, где стояли, и вернулись. У кого-то это были браслеты, у кого-то перстни, у кого-то амулеты. Я тоже взяла свою заколку и сосредоточилась на её структуре.

— Начали! — рявкнул инспектор и нажал кнопку на верхушке устройства, которое было похоже на секундомер.

Все студенты сосредоточились на своих элефинах. Кто-то пытался смотреть на него в упор, кто-то — напротив — закрыл глаза. И это было правильнее, ведь при утере в пылу боя, например, связующий элемент не обязательно будет в поле зрения.

Элефины засветились, у кого-то даже сдвинулись с места, но дело шло не очень, я, можно сказать, была разочарована… И чтобы не испытывать совсем уж страшный испанский стыд, вновь вернулась к своему артефакту. Сосредоточилась, вникая в сложный состав материала, словно хотела вклиниться между его молекулами.

— Абитуриентка Тайкер! — прошипели мне в ухо так проникновенно, что я мгновенно покрылась мурашками.

Да что опять не так?!

Оказалось, мой собственный, выбранный магией элефин на призыв не реагирует, а вот кинжал инспектора снова бодро ко мне потянулся. Анастериан придерживал его рукой и сверлил мой висок взглядом.

— Я не нарочно!

— Постарайся перенаправить свою энергию новой дорогой, а не уже проторенной, — посоветовал мистер Аймор.

Тем временем дела у студентов пошли на лад. Один за другим элефины срывались с отметок и бросались в руки хозяевам. Даже тем, которые на них не смотрели. Каждый раз Сервилия делала соответствующую отметку в табеле.

— Очень плохо, — вздохнул инспектор, когда эксперимент был окончен. — Считайте, ваши драконы уже разлетелись, а вас самих сожрал Исполин. Или раздавил. Или поглотил огромным потоком энергии. В общем, ваша участь незавидна: никто не выжил. Годы, потраченные Короной на ваше обучение и подготовку, прошли зря, деньги выброшены в трубу, а жители близлежащих городов понесли большие потери и убытки.

— Да поняли мы, поняли, — хмуро отозвался один из адептов. — Но можно же призвать дракона и без элефина! Он просто усиливает “сигнал”.

— Хорошо, — согласился Анастериан. — Сдаём свои артефакты.

Он поднял с земли небольшой сундучок — судя по слабому свечению, он был зачарован. Горестно вздыхая, студенты один за другим подошли и опустили в него своих элефины, после чего инспектор безжалостно захлопнул крышку.

— Зовите, — повелительно взмахнул рукой и вновь приготовился запускать отсчёт времени.

Студенты начали один за другим вы крикивать, рычать и бормотать заклинания призыва. Выглядело это, надо сказать, странновато — как будто все они одновременно рехнулись. Кто-то даже помогал себе руками, вычерчивая в воздухе замысловатые знаки. За всем этим было так любопытно наблюдать, что на время я даже позабыла о своей задаче, и это, конечно, не укрылось от внимания Анастериана.

— Лучше бы тебе сосредоточиться на задании твоего уровня, — напомнил он.

— А что, во время призыва дракона всегда нужно так орать? — решила я устранить очередной пробел в знаниях.

На что мистер Аймор отреагировал не совсем ожидаемо.

— А об этом тебе расскажет мисс Майло, — он выжидательно взглянул на ассистентку.

Та сразу приободрилась, гордо выпятила грудь и отчеканила:

— Нет, конечно. При укреплении связи с драконом становится достаточно ментального призыва, — после этого она уставилась на инспектора так преданно, будто ждала от него хотя бы похвалы. Но Анастериан лишь устало отвёл от неё глаза.

— Верно. Это лишь означает, что нужно постоянно совершенствоваться.

На этом мистер Аймор осёкся, потому что вдалеке наконец появились силуэты драконов. Они всё приближались, росли, пока я не стала различать масть каждого из них. А дальше произошло странное: совершенно проигнорировав наездников, ящеры изменили траектории полётов и все, как один, направились ко мне.

Я сделала самое логичное, что вообще могла сделать в такой ситуации: спряталась за спину инспектора. Он не стал противиться, может быть, даже не заметил моё манёвр, а через мгновение молча и совершенно невозмутимо взял и сам обернулся драконом. Я на время ослепла от попадания в его силовое поле, а затем обнаружила, что стою под надёжным навесом его крыла.

— Пр-рочь! — чётко раздалось в моей голове, хоть я прекрасно знала, что говорить человеческим языком драконы не умеют. Они общаются скорее отдельными звуковыми сигналами, которые лишь с большой натяжкой можно назвать словами.

Реакция от остальных драконов последовала незамедлительная: они все затормозились и хаотично расселись вокруг нас, жадно на меня поглядывая и скалясь. Но никто не рискнул приближаться: дракон Анастериана был в полтора раза крупнее каждого из них.

Адепты пришли в какой-то панический ужас: они звали своих драконов, но те даже не поворачивали голов в их сторону.

— Дайте приказ улетать, — лучше всех сориентировалась Сервилия. — Немедленно!

Она раздала всем элефины, и лишь тогда ящеры услышали своих напарников. Нехотя они развернулись и вновь взмыли в небо. К тому моменту я поняла, что рядом с драконом инспектора начинаю замерзать: от него исходили странные эманации, в поле которых казалось, что ветер вынимает из-под одежды всё тепло, которое там есть.

В итоге, когда Анастериан вновь принял человеческий вид, я окончательно потеряла силы и начала медленно оседать на землю.

— Абитуриентка Тайкер! — попытался строго отчитать меня он.

Но это, конечно, не подействовало. Инспектор поймал меня, поднял на руки и обратился к адептам:

— Надеюсь, вы заметили, что без элефинов призывали своих драконов слишком долго. К тому же они оказались неуправляемыми и опасными. Это повод подумать над техникой призыва и развить навык владения связующим артефактом. Вам ясно?

— Ясно, — испуганно отозвались студенты.

— Мисс Майло зафиксировала все ваши результаты. На завтрашней тренировке я жду, что вы улучшите их хотя бы на каплю. Все свободны.

С этими словами он развернулся и понёс меня в сторону общежития.

Некоторое время я просто не могла пошевелиться, поэтому не возражала, но постепенно согрелась и почувствовала, что способна идти сама.

— Пустите! — попыталась вывернуться из рук инспектора.

— Нет, пока не скажешь, при каких обстоятельствах заполнила риголь.

— Говорю же вам, не знаю!

— Лжёшь!

— И вовсе нет! Иначе, если бы я знала о заполненном риголе, то сразу пошла бы на Драконий факультет. Разве не так?

— Кто тебя разберёт… — Анастериан опустил на меня взгляд.

А я поразилась, с какой лёгкостью он несёт меня — как будто ноша в виде вполне себе немаленькой девушки вовсе ничего для него не весит.

— Почему все эти драконы снова полетели ко мне? Они хотят меня убить?

— Это я и хочу выяснить, но пока не вижу в твоём ореоле никаких аномалий. Одно могу сказать точно: такого раньше я никогда не встречал.

Мы наконец добрались до здания общежития. Как назло, всю дорогу навстречу нам попадались студенты, которые как раз направлялись по своим делам. К тому же почти на самом пороге нас встретила комендант и по приказу инспектора сразу повела в сторону моей комнаты, постоянно при этим тушуясь и оборачиваясь.

— Что случилось с девочкой? — обеспокоенно спросила она.

— Перетрудилась, — буркнул Анастериан, толкнул дверь моей комнаты и обомлел. — Что это?!

Помещение, откровенно говоря, выглядело плачевно. Потёки на стенах стали ещё больше, а в тех местах, где они уже успели слегка подсохнуть, штукатурка пошла пузырями и какими-то подозрительными тёмными пятнами, похожими на плесень. Опять. Я даже и не подозревала, что она может расти так быстро!

— Это временное пристанище, — сразу попыталась оправдаться комендант. — С помощью специальных заклинаний мы исправим…

Она натолкнулась на взгляд инспектора и напрочь забыла, что хотела сказать дальше.

— Та-ак… — огненно выдохнул тот и поставил меня на пол. — Абитуриентка Тайкер!

— Студентка!

— Живо собирай свои вещи. Больше ты тут жить не будешь.

Даже не понимая до конца, что он имеет в виду, я всё равно кинулась сгребать свои пожитки в чемодан. Просушу потом — это не проблема. Главное, использовать эту внезапную возможность сбежать отсюда.

— Но мы… — заикнулась комендант.

— Вы отнеслись к размещению абитуриентки очень безответственно! — рыкнул Анастериан. — Сами бы захотели здесь жить?

— Здесь было вполне сносно, пока не случилось че-пэ! — обиделась женщина.

— “Вполне сносно” — это не тот уровень жизни, который положен только прибывшей к нам на факультет девице!

Больше коменданту нечего было сказать.

— И помойте окно! — напоследок бросил ей инспектор и, забрав у меня гигантский чемодан, другой рукой схватил мою ладонь и повёл прочь, как маленькую. Это было… странное ощущение, мягко говоря.

— Отправите меня домой? — спросила я с замиранием сердца.

К дядюшке мне точно не хотелось — уж лучше спальный мешок под деревом.

— Нет, зачем? — нахмурился мистер Аймор. — Я тут подумал… Мне выделили покои в преподавательском корпусе. Но я всё равно живу неподалёку, в городе, и мне они ни к чему. Сейчас большинство преподавателей в отпуске, так что я попрошу временно поселить тебя туда — до осени, пока не закончится ремонт в комнатах. Думаю, это не страшно.

— Это просто ужасная идея! — возразила я и вырвала ладонь из его пальцев. — Вряд ли это уместно. Как я буду смотреться?

— У тебя есть другие предложения?

— Поселить меня в общежитии другого факультета.

— Ты и так сегодня опоздала. Хочешь каждое утро бегать на занятия через всю территорию Академии? — нахмурился Анастериан и снова сгрёб мою руку в свою. — К тому же здесь ты под присмотром, а он тебе явно нужен.

В его словах было зерно здравого смысла, но от этого они не нравились мне больше. Жить по соседству с преподавателями — что может быть хуже?! Но поразмыслить над этим или тем более как-то повлиять на ситуацию у меня не осталось времени: мы уже добрались до нужного корпуса. Здесь всё было устроено с гораздо большим уютом и заботой: сквер, аккуратные дорожки и даже небольшой фонтан — сразу видно, что в Академии ценят преподавательский состав.

Беспрепятственно Анастериан провёл меня внутрь, на ходу достал ключ, и мы поднялись на третий этаж — там оказалось всего несколько комнат. Когда я прошла следом за инспектором, то едва не упала на месте: да это же просто роскошно! Полноценные покои с гостиной, откуда были выходы в спальню и ванную, огромными окнами с видом на парк и добротной мебелью, куда можно было садиться без страха за своё здоровье. Тут можно жить целой семьёй!

Оглядевшись, я мысленно буркнула “да ну на фиг!” и повернулась было уходить. Быть настолько обязанной Анастериану мне совсем не хотелось. За такую услугу он может потребовать с меня что угодно!

— Ты куда?! — искренне не понял он.

— Нет, я не могу, — пробормотала я и схватилась за ручку двери.

— А ну вернись! — грозно бросил мне вслед инспектор. — Студенты должны жить в нормальных условиях, а если ты собираешься вернуться в этот прокисший клоповник, то я сочту это за твоё нежелание учиться! Потому что сначала ты опоздала из-за потопа, потом ты заболеешь из-за нездорового воздуха, а ещё позже впадёшь в апатию, потому что жить в коробке с узкой прорезью в стенке спокойно могут только тараканы. А молодая и живая на вид девушка — нет!

— А если меня сочтут вашей… любовницей? — спросила я напрямую.

— Исключено, — уверенно отрезал мистер Аймор. — Любому здравомыслящему человеку понятно, что ты можешь быть интересна мне только в качестве объекта исследования. И никак иначе.

С этими словами он гневно прошагал мимо и, опередив меня, вышел из комнаты.

Объект исследования, значит… Ну и как прикажете разговаривать с этим штормовым деспотом? Не бежать же следом, особенно после того как он уравнял меня с бактерией под стеклом микроскопа!

Поэтому я вздохнула и пошла осматриваться в выделенных мне преподавательских апартаментах. Всё здесь было прекрасно, но больше всего меня порадовала просторная ванная комната, чистая, блестящая, с аккуратным окном, которое можно было закрыть выдвижной шторкой.

Спальня выглядела почти по-королевски! Она была даже больше, чем та, которую мне выделил дядюшка в своём доме. А в гостиной при желании можно было устраивать балы.

Похоже, ректор, когда зазывал мистера Аймора на службу, очень хотел его задобрить. Правда, настораживало меня в этом всём ещё и то, что теперь обо мне начнут болтать на факультете, когда узнают. Злых разговоров точно не избежать.

Поэтому я всё-таки решила, что попробую найти себе комнату в общежитии другого факультета. Неужели не найдётся хоть одной свободной? С этими мыслями, я села и написала несколько запросов на те факультеты, что располагались ближе всего к Драконьему — отнесу в Канцелярию. Может, повезёт.

А пока решено было наслаждаться жизнью! Может, это мой единственный день в настолько роскошной комнате.

Первым делом я разобрала вещи и, вспомнив бытовые заклинания, которые освоила ещё в Обители, привела свою форму в порядок. Да, подобного рода магией не пристало пользоваться студентам Драконьего факультета, но когда прижмёт — почему бы и нет? Не бежать же в прачечную по всякому поводу. Никто всё равно не узнает.

Затем я убрала одежду в небольшую, но удобную гардеробную и отправилась в Юношеский корпус, чтобы помочь Эгине и Доривану. Они в каникулы, пока многие работники Академии в отпуске, и так сбиваются с ног.

И первое, что я увидела, когда вошла на территорию корпуса — прекрасный дракон медного цвета, который сидел на площадке перед драконюшней и грел на солнце перепончатые крылья, развернув их в стороны, как навесы. Вокруг ящера с довольным видом вышагивала Эгина, касалась то одного, то другого его бока, а тот при этом разве что не мурчал, как кошка.

— У нас в корпусе новый дракон? — поинтересовалась я.

— Чего это новый? — фыркнула девушка. — Это мой дракон. Птенчик.

— Птенчик?! — недоумевающе переспросила я. — Так ты наездница? Я думала, дрэйг.

А спросить как-то не догадалась, будучи уверена в том, что такая девушка, как Эгина, точно двуликая.

— Нет, я наездница, — гордо подтвердила та. — Птенчик отдыхал, летал в родные места, а теперь вот вернулся. Но живёт он не здесь, а в гроте Зубастой гряды. Там гнёзда почти всех драконов Академии.

— Почему Птенчик? — всё-таки уточнила я.

— Потому что когда он был ещё таким подростком, как те, — Эгина кивнула в сторону драконюшни, — его чешуя была жёлтого цвета. Всем это казалось забавным, а я сразу в него влюбилась. Правда, однажды он едва не оттяпал мне руку, — она задрала рукав и продемонстрировала мне белёсые шрамы на предплечье, — но потом мы нашли общий язык.

Я осторожно приблизилась: остаться без руки мне совсем не хотелось, но Птенчик невероятным образом вызывал доверие. Или, возможно, доверие вызывала Эгина и её способность управляться со своим драконом.

— Можно? — спросила я, подняв руку.

— Валяй, он тебя не тронет, когда я здесь, — великодушно согласилась наездница. — Может, потом прокачу тебя при случае. Хотя это у нас и не заведено. А мы — тихонько, да?

Я покивала, осторожно гладя Птенчика по плечу. Он настороженно на меня косился, но не возникал против знакомства. В этот миг мне почему-то представилось, как можно было бы вот так запросто погладить дракона Анастериана Аймора, этого гигантского монстра — и воображение сразу нарисовало мне нерадостное окончание такого эксперимента.

— Что он тут делает? — раздался из-за драконьего крыла громогласный оклик. — Ты собралась куда-то лететь, Дюрант?

К нам вышел Дориван и, сложив руки на груди, уставился на Птенчика.

— Нет, он просто прилетел поздороваться, — сразу помрачнела Эгина.

— Давай убирай его отсюда, — Эсканн пошёл дальше. — Если ещё и я обращусь, что тут будет? Не протолкнёмся.

— Будет всего лишь на одну кучу дерьма больше, — пробурчала ему вслед девушка. — Ты посмотри, такой красавчик, и такой невыносимый! Что за несправедливость?

— Ты считаешь его красавчиком? — удивилась я.

Видимо, моё восприятие Доривана заочно было испорчено взаимной неприязнью, и я смотрела на него совсем другими глазами.

— Ну… он симпатичный, разве нет? — уши Эгины загорелись красным, как два сигнала опасного разговора. — И поклонниц у него немало. Но дрэйги редко когда обращают внимание на наездниц. Считают ниже своего достоинства. Хотя… если бы они выбирали достойных только среди женщин-дрэйгов, то давно бы вымерли, верно?

Она ткнула меня в бок локтем, и мы тихо рассмеялись.

Вскоре Птенчик улетел, а мы принялись за обычную работу: она в Юношеском корпусе никогда не переводилась. В итоге, слегка ослабленная дневным происшествием и трудом, до комнаты я едва доползла, причём по дороге случайно свернула к общежитию, а потом только вспомнила, что мне нужно не туда.

С великим блаженством я приняла ванну и отправилась спать в приятно пахнущую постель. И быть бы моему сну самым безмятежным на свете, если бы не наглое посторонее присутствие, которое я ощутила всем существом. Кажется, матрас подо мной слегка колыхнулся…

А вот когда меня кто-то обнял, я проснулась окончательно, едва не скатилась с постели, но, прежде чем падать, догадалась зажечь магический светильник у изголовья.

— Мистер Аймор, что вы?!. — на этом моменте я осеклась, потому что тот, кто пытался меня обнять, был вовсе не инспектором и даже не мужчиной!

На меня, недоуменно хлопая глазами, смотрела Сервилия. Была она одета в довольно фривольную сорочку, а остальная её одежда валялась на кресле.

— Что ты тут делаешь? — возмутилась она так, будто это я забралась в чужую комнату, а не наоборот. — Я пришла к мистеру Аймору.

А то я не догадалась!

— Вообще-то я тут сплю! А мистер Аймор живёт в городском доме, если ты не знала! — я выпрямила спину и грозно нахмурилась.

— Это не отменяет моего вопроса! Что ты тут делаешь? — Сервилия спрыгнула с высокой кровати и принялась одеваться. — Я увидела свет в окне его комнаты и подумала…

Она глянула на меня исподлобья и продолжать не стала. Естественно! Какая же девушка в здравом уме признается в том, что собиралась соблазнить мужчину прямо в его постели? Даже если это очевидно.

— Как ты вообще могла меня с ним спутать? — хмыкнула я, наблюдая за тем, как дёргано она собирается. — Мистер Аймор разрешил мне пожить здесь до осени. Моя комната по чьей-то халатности оказалась непригодна для жизни.

— С чего вдруг такая милость? — насторожилась Сервилия.

Ну, вот, началось…

— Он просто проявил сострадание. Слово, которое тебе, очевидно, неизвестно.

Девушка наконец оделась, тряхнула рыжими волосами и быстро собрала их в пучок, закрепив длинной заколкой-шпилькой.

— Расскажешь об этом кому-то — голову отверну, поняла? — бросила она мне напоследок. — И затопленная комната покажется тебе самым мелким из зол!

С этими словами она развернулась и гордо вышла. Будто её оскорбили.