Попалась - не отпущу

Глава 13

Обратная дорога ощущалась иначе. Легче, спокойнее, будто между нами больше не висели невысказанные вопросы. Даня шел впереди, плечи непривычно расправлены, на лице играла теплая улыбка, из-за которой уголки глаз чуть сужались. Если бы не катушка филамента и коробка с винтами, можно было подумать, что мы возвращаемся не из магазина, а с обычного свидания.

Вечерний воздух был наполнен запахом влажной листвы и асфальта, остывающего после дневного зноя. Прогулка перестала казаться частью работы и обернулась маленьким личным событием. Мы дошли до подъезда слишком быстро: я только успела уловить ритм его шагов и поймать пару коротких взглядов, будто он проверял, не отстаю ли я и не потерялась ли в собственных мыслях.

В квартире стало светлее, когда я щелкнула выключателем на кухне. Даня поставил коробку и катушку на стол, но не притронулся к ним. Он отошел, остановился у двери, оперся плечом о косяк и, слегка приподняв губы в улыбке, наблюдал за тем, как я убираю блокнот со стола в рюкзак. В этой тишине не было неловкости, она походила на паузу, в которой можно спокойно собрать мысли и решить, что значит прожитый вечер.

— Завтра утром начнем модель? — легко спросил он.

Я застегнула рюкзак и подняла на него глаза. Его лицо оставалось расслабленным, улыбка — чуть теплее, чем обычно.

— Да, — ответила я и смутилась.

Он кивнул и прищурился, словно проверяя, не задержу ли я его для чего-то еще.

— Тогда завтра утром.

— Завтра, — подтвердила я.

Мы вместе отправились к коридор, и Даня замедлил шаг, подстраиваясь под меня. Я остановилась у своей двери, и он чуть повернулся, будто собирался что-то добавить. Слова не прозвучали, только внимательный взгляд задержался дольше, чем обычно.

— Спасибо за помощь сегодня, — сказала я негромко. Фраза прозвучала слишком личной, как будто мы провели не вечер за работой, а нечто большее.

Он улыбнулся шире, слегка наклонил голову.

— Мне понравилось. И проект, и сам вечер.

Я почувствовала тепло в щеках и отвернулась, открывая дверь своей комнаты. Хотелось спрятать улыбку, чтобы он не подумал, будто я слишком легко поддаюсь.

— До завтра, — добавила я, стараясь вернуть голосу привычную серьезность.

— До завтра, — ответил он.

Но когда я сделала шаг в комнату, его ладонь легла на край двери и не дала ей закрыться.

Я остановилась и ощутила, как внутри все сдвинулось, словно привычный ритм сердца дал сбой. Пальцы сильнее сжали ручку двери, и металл в ладони показался холоднее, чем был на самом деле. Это движение выглядело мелочью, но именно оно выдало тревогу, которую я пыталась удержать внутри.

Даня не сдвинулся с места. Он по-прежнему стоял спокойно, но его ладонь на двери не позволяла ей закрыться, а значит и мне не позволяла отстраниться. Он словно нарочно оставлял этот зазор — не только в дверном проеме, но и в пространстве между нами, будто давая мне право самой решить, приближусь я или нет.

— Я что-то забыла? — спросила я. Ровно, но ирония, которую я хотела вложить, показалась слишком легкой, будто я сама в нее не верила.

— Нет, — он слегка улыбнулся и не отодвинулся. Его взгляд стал теплее, но в нем же появилось упрямое напряжение, оттенок вызова. — Просто думаю.

— О чем? — слова сорвались быстро, почти шепотом, и я тут же пожалела, что спросила. Вопрос прозвучал слишком искренне.

Он медленно склонился ближе. Достаточно, чтобы я почувствовала, как воздух между нами меняется, становится плотнее. Его дыхание коснулось кожи, и я невольно подняла подбородок, словно само тело знало, чего хочет. Но Даня замер именно в этот момент, будто нарочно оставляя пространство, в котором я начинала теряться.

— Думаю, мне не стоило обещать «не искать тебя», — прошептал он у самого уха. — С тобой ведь невозможно соблюдать дистанцию.

Я почувствовала, как жар разливается по лицу, но взгляд все равно остался прикован к его глазам. В них не было ни тени сомнения, только честность, к которой примешивалась легкая насмешка над самим собой и над тем обещанием, которое он когда-то дал.

— Ты сам согласился на эти условия, — выдавила я. Хотела, чтобы голос звучал спокойно, но он предательски смягчился и прозвучал теплее, чем мне позволялось.

— Согласился, — он кивнул, и улыбка стала заметнее. — Но это не значит, что я не могу передумать. Или попробовать переубедить тебя.

Он наклонился еще ближе, и расстояние между нами сократилось до вздоха. Мое тело застыло, но где-то внутри я ощущала, как что-то тянется к нему, и сама едва заметно подалась вперед, будто притянутая невидимой силой. Он видел это движение и именно тогда, когда мне показалось, что все решено, он остановился. Улыбнулся шире, убрал ладонь с двери и вернул прежнюю дистанцию, оставив меня в этом напряженном ожидании.

— Спокойной ночи, Саш, — легко произнес он, но в голосе слышалась довольная усмешка, словно ему понравилось мое замешательство.

— Спокойной ночи, — ответила я. Теперь уже без попыток спрятать собственную улыбку.

Он развернулся и пошел по коридору, шаги постепенно стихали. Я закрыла дверь и осталась стоять, прислонившись к ней. Ладонь все еще лежала на холодной ручке, другая невольно коснулась губ, будто я проверяла, не осталось ли на них следа того прикосновения, которое так и не произошло. И именно от этого почти случившегося поцелуя сердце билось сильнее, чем от любого реального.